Байки Гремлинов – Невозвратимость III (страница 2)
Мое тело обдало вялостью перенатруженных мышц, словно я позанимался часок тяганием железа в спортзале. Я хрустнул шейными позвонками, разминая сведенные мускулы от перманентного скачка в Характеристиках и последующего из-за этого физического проявления. Радужка правого глаза все время нещадно чесалась, размазывая его зрение мутью, отчего я никак не мог сфокусироваться на гоблинке. Но вот еще один миг, и все прошло. Вернее, тело перестало ныть, а вот правый глаз рвануло наружу, будто из него вырвались черви. Тем не менее его зрение расширилось до невероятного объема. При этом я, смотря им только на Эмлин, видел все вокруг и постоянно выделял какие-то маленькие детали в окружении, причем по несколько сразу. Я видел, как гоблин в третьем ряду справа от Королицы навел на нее мощный арбалет, еще один с пятого, но уже с левой стороны от Эмлин, готовит какой-то мешок с порошком. Это Третья Королица Хамшан что-то пакостное нашептала тому, гаденько пялясь в спину Эмлин. И со всем этим я за раз легко считывал информацию нескольких профилей существ и вещей вокруг, пристально следя за гоблинкой. Она же нахмурилась, призадрав подбородок, и, держа свои ладони на двух железных цилиндрах Июрс у бедер, с подозрением вглядывалась в мой правый глаз. Ей явно не нравились мои новые полумесяцы, кружащие по радужке вокруг обычного зрачка: я уже посмотрел в профиле, как я выгляжу со стороны, – ужасное зрелище. Мои дополнительные зрачки имели цвет сырой умбры, и они постоянно кружили и перемещались, как это было у Проводника Джукубы, вот только у меня их было целых три.
Наконец, приведя мысли в порядок и попривыкнув к новому типу зрения, а один из зрачков теперь еще и воспринимал реальность на две секунды вперед, разграничив для разума это шальное восприятие, я широко улыбнулся, показывая длинные острые зубы Инкуба. Эмлин нервно сглотнула, и я, обламывая ее отступление, проказливо молвил:
– Я принимаю твой вызов.
Я уже видел, что два цилиндра в ладонях Эмлин резко разъезжаются в длинные палки, становясь двумя короткими копьями с причудливыми длинными в локоть синими наконечниками, и так же резко от ее молниеносного выпада пронзают мою грудь. Поэтому я за секунду до этого уклонился вбок и затем, делая скачок на один шаг вперед, наотмашь влепил ей пощечину тыльной стороной ладони. Два копья, выпущенных из ослабевших пальцев, по инерции наносимого сдвоенного удара пронеслись мимо меня, а саму Эмлин отбросило в сторону. От силы удара, в который я не стал вкладываться и на половину возможностей, использовав лишь скорость, гоблинка припала на колено, а ее глазки переполнились слезами обиды от обжегшей щеку унизительной боли. И она не поняла, что только что проиграла, так как в следующий момент меня обдало аурой ярости, и она, вскакивая с рыком, прыгнула на меня. В ее руке появился уже знакомый мне длинный стилет, который она сжимала на манер сая. Удар шел снизу вверх от живота, нацелившись мне в подбородок. Но тут ее тело крутанулось ногами вверх, и ее голова оказалась на уровне моего живота, и острие стилета стремительно полетело в область паха. Красное лезвие было молнией, сама же гоблинка – меняющим траектории бешеного полета метеором. Впрочем, я успел подставить ладонь под кончик устремленного в меня тонкого лезвия и сформировать на нем шар Инфернального Огня.
Восприятие собственной чумовой скорости у Эмлин было на уровне, и разгоряченная бешенством маленькая женщина оценила, как ее странный сплав Мифрила принялся опадать жидкими каплями, стоило его кончику соприкоснуться с моим огнем. Тело гоблинки дернуло спиной назад, а между кистей ее рук и моей грудью протянулись две красные ленты. За один лишь удар сердца гоблинка успела, крутанув стилет, спрятать его у себя за спиной и кинуть в меня два красных сюрикена. Однако она не превосходила скоростью будущие, и я видел ее действие еще секунду назад, поэтому я просто рухнул плашмя на спину, пропуская две ленты над собой. Два смертоносных диска убили двух несчастных гоблинов, что сидели за моей спиной в первом ряду. Я же телекинезом, надавив Силой на свою спину, заставил свое тело подняться, подобно пафосному вампиру из гроба, обратно на ноги и, использовав Твердую Опору Амбала, перенесся вплотную ко все еще отлетающей назад Эмлин. Она только начала крутиться в воздухе, поменяв для себя гравитацию на нормальную, отчего очередная моя пощечина свалила ее, прибив боком к полу.
Гоблинка приподнялась на локте и, потирая щеку, недовольно уставилась на меня. Теперь у нее горели синевой обе щеки, а на упрямых глазах появилась блестящая пленочка. Ее же обида перерастала в злобу. А я, уперев руки в бока, спокойно проговорил:
– Сдавайся, Эмлин: это все бесполезно… Мне еще надо бежа…
Эмлин взорвалась фиолетовым огнем. Ее тело покрылось пылающей аурой, а ее движения стали настолько быстрыми и непредсказуемыми, что мое виденье будущего показывало мне лишь, как ее удары руками и ногами сминают меня, а ее многочисленные орудия уже пронзили мое мертвое тело. Однако передо мной изневесть возникло ограждение, загасив первую хаотичную волну ударов, чем стабилизировало для меня бешеный ураган Эмлин, и я смог приспособиться к новым маневрам гоблинки: возникла Эстиас.
Невидимая для неимоверно быстрой и мощной Королицы призрак отбила черным мечом, взятым у вампиров, часть летящих в меня лезвий и врезала голенью в бедро Эмлин. Визуально все это выглядело, как черная дуга, появившаяся где-то со стороны передо мной, отклонила с десяток летящих в меня смертоносных керамбитов и кинжалов и в выпаде направленных мне в грудь красных коротких копий. Сама гоблинка слегка подсела на вторую ногу, и ее смертоносный выпад с копьями просвистел мимо моего укорачивающегося тела, но прямо на грани, чуть не зацепив. Тем не менее Сил Эстиас явно не хватало, чтобы даже навредить гоблинке, впрочем, моя родная душе Демоница спасла меня, давая так нужные моему разуму мгновения на переосмысление боя и вхождения в новый темп.
Эстиас, все еще стоя перед Эмлин, попыталась нанести по гоблинке удар мечом наискосок, что визуально выглядело, как черная дуга, отбив оружие, изменила направление полета и расчертила воздух там, где была грудь зеленокожей злобной фурии. Гоблинка отпрыгнула, и Эстиас, удовлетворившись своим вмешательством, не оборачиваясь на меня, процедила:
– Будешь должен.
Однако голос ее прозвучал даже очень пылко и радостно. И призрак, чуть повернув свое самодовольное лицо к плечику, презрительно зыркнула на меня, после чего пропала с арены, куда-то перенесясь, и мне теперь предстояло выложиться по полной. Но я был благодарен столь щедрому поступку Эстиас.
Проявив меч Рэйджи, я принялся парировать и отбивать все, что в меня полетело, так как Эмлин поняла, что ближний бой со мной ей не вытянуть, да еще вокруг меня возникает непонятная защита из черной дуги. Она перед этим еще выстрельнула в меня остатками своих вооружений, попутно попытавшись пару раз нанести по мне удары пылающими фиолетовым огнем ногами, и теперь в меня летело вот прям все и со всех сторон, так как Эмлин принялась мотаться и скакать по всем рядам амфитеатра и необузданно швырять выхватываемые из рук гоблинов вещи и оружие. Меня спасало лишь новое приобретении с глазами, что четко видели все эти предметы, а гиперразум рассчитывал их баллистику. Какие-то вещи, соприкоснувшись с лезвием Оскала Деко’Резиа, вмиг ломались и разлетались на куски, какие-то, будучи отклоненными, все же оставались целыми.
За двадцатку секунд безумно радостная и странно хохочущая Эмлин отобрала под сотню предметов у несчастных чмочмаков, причем порой, если попадалось что-то из дальнобойного, она сначала стреляла по мне, а затем кидала мне уже и само оружие. В итоге очень быстро вся арена превратилась в захламленное пространство под моими ногами, и во мне стало пробуждаться недовольство Дракона. Эта скачущая по трибунам коза уже порядком меня утомила, став вызывать раздражение.
Поймав момент, когда Эмлин очутится подле того гоблина, что по поручению Третьей готовил какой-то мешок, да так все время схватки его и продержал наготове перед собой в руках, я телекинезом вырвал его из потной хватки и вдарил кулем по затылку поехавшей головой гоблинки. Но буквально до этого момента Эмлин умудрилась удивить меня: еще будучи не там, гоблинка выхватила лук у очередного зрителя и резко сменила свой выстрел, попав им в грудь Хамшан, после чего и оказалась рядом с нужным гоблином. И когда в ее затылок уже полетел мешок, Эмлин вытянула припрятанный керамбит и вспорола Третьей Королице живот, вываливая кишки той на сидящего трибуной ниже гоблина. Окровавленный чмочмак, прифигев от таких событий, вскочил и рванул подальше от боя, однако на его шею уже намоталось пара лент кишок Королицы, и вышло, что тот, убегая прочь, стал вытягивать внутренности из Хамшан дальше. Тем временем Эмлин стремительно крутанулась на месте и попыталась отбить летящий ей в голову предмет, отчего ударила по нему изогнутым лезвием, а следом, потому как я тянул этот мешок дальше, и всем кулаком.