Байки Гремлинов – Неудержимость VII (страница 13)

Сартах же всё ещё продолжала стоять на одном месте, перезагружая операционку, поэтому на мой последний вопрос принялась отвечать Ранж, чьё знание и владение общим наречием оказалось более складным из всех трёх девушек:

– Да особо ничего Вождь и не делает. Он просто самый сильный воин племени. Но он как бы является рупором воли Роал, хотя и сам в конечном счёте решает, поступать ли ему, как советуют Роал либо Хаса племени, либо как он сам считает нужным. Основные вопросы – это, конечно, кочевание, но там уже сезонное время больше влияет. Так что только проблемы внутри племени в основном. Подобные: два парня не могут поделить девушку или, наоборот, девушки парня. Ещё… раздача трофеев воинам да сражения с другим вождями, если есть претензии между кланами… А ещё я помню, ты спрашивал, почему Сартах выглядит иначе, чем мы. Это потому, что в неё вселилась Гирал, активировав в ней спящую родовую кровь, сделав её тело близким к образу нашей праматери.

Я взглянул снизу вверх на Сартах, что продолжала смотреть на выход из шатра, и окликнул её:

– Любимая! Садись. Тут сейчас всё съедят без тебя.

Сартах повела лисьим ушком на макушке, медленно повернув лицо в мою сторону, и изумлённо прохрипела:

– Что? Как? Любимая?..

Ранж тоже, перестав есть и выпрямив спину, воззрилась на меня с изумлённым лицом, одна лишь Элех переспросила:

– Любимая? Что это? Как обозначать?

Ей ответила Ранж:

– Сэ’Шал Шэк’Сэ – Орха’Сартах Ахао’Оя’Омар. Сэ’Шал Шэк’Сэ – Жеро’Ала Сартах… (Он сказал, что он хочет Сартах сделать своей семьёй. Он сказал, что он (живёт и думает) любит Сартах.)

Элех перестала жевать, склонившись над тарелками, и тоже выпрямила спину в струнку, изумлённо посмотрев на меня, но продолжая держать кусок мяса во рту. Сартах же наконец села, но словно робот и возле Ранж, а не со мной, и стала с каменным лицом молча кушать, стараясь не смотреть на меня. И уже я непонимающе воззрился на девушек и сказал:

– А’Шэк Са’Шал Лэуро? (И что я сказал не так?)

Это вызвало ещё большее эмоциональное напряжение среди девушек, и даже Сартах, перестав нарочно избегать меня, ошеломлённо воззрилась. А через минуту её взгляд нахмурился, и она строго спросила:

– А Урахш’Хо Ахао’Шал Ос’Хаса’Ядах? Ях Оракш‘Укхар Лэ’Шал Е’Хо Ос’Ох’Ядах? Шэа? Шэр’Хо Яухар‘Орахш Ор’Ихао? Хо’Орахш Ос’Сэ Лэ’Шал. Хо’Укхар – Ле’Орахш Са’Шах’Ала, Шэк’Хо Лэжеро’Шал? (И давно ты стал говорить на языке Хаса? Мы до этого старались не говорить перед тобой на нашем языке. Как? Где ты (быстро до этого) так быстро его выучил? Ты же на нём не говорил. Ты старался (но до этого момента я знала), но было видно, что ты (не умеешь говорить) его не знаешь).

Я тоже нахмурился и, пропустив её тираду мимо ушей, потребовал ответа на свой вопрос:

– Са’Ашал’Орахш Шэк’Лэуро О‘Ор Шэк‘Са Оядах’Хо Оя’Жеро’Ала? (Я спросил, что не так с тем, что я назвал тебя любимой?)

Казалось, что девушки ещё сильней охренели, так как их глаза бегали между собой от одной к другой, будто ища друг у друга поддержки.

Сартах ещё долго держала гордо выпяченную вперёд грудь, буравя меня взглядом, но вдруг сдулась, плечи её поникли, и она устало вернулась к еде, став меланхолично кушать. За ней тотчас последовала Элех, но с юношеским пофигизмом, выбросив всё ненужное из головы, и стала энергично жевать мясо, украдкой бросая вопросительные взгляды на Ранж и меня. А вот Ранж, глубоко вздохнув и погладив плечо Сартах, заговорила:

– М-м-м… Ты не можешь любить Роал, не говоря уже о Сартах. Она – проявление Гирал в этом мире, а значит, не может полюбить в ответ…

Я не знаю, какую чушь она была готова сказать мне и дальше, поэтому перебил её:

– А то, что Гирал любит меня, вам в голову не приходило?

Сартах подняла свой ехидный взгляд на меня, но тем не менее Ранж задумалась. И тут вдруг за них ответила Элех, продолжая жевать кусок мяса, что соком тёк по её подбородку:

– Он правда… Гирал прийти и сама иметь его… надевать себя много раз…

Длинные брови Сартах изогнулись, и она с интересом спросила, но, на мой взгляд, уже совершенно ненужное:

– Сколько раз?

Элех же с энтузиазмом принялась показывать руками, дополняя это словами:

– Три… Два ряд… Бам‑бам… сама… потом Ранж, потом я… и в конец третий… очень хорош… большой взрыв, как сила Роал убить яла‑яла Хаса, но внутри в теле. Ба‑ам! – Элех, жуя, показала пальцами этот самый взрыв, разведя их в стороны, да ещё и зажмурив при этом в удовольствии глаза, а затем и, затрясшись и попрыгав на попке, показала оргазм своим телом. Ранж хихикнула, а Сартах в неверии лишь покачала головой, на что Элех ткнула в неё указательным пальцем и с возмущением заявила: – Я видеть… Ранж видеть… Богиня три раза в живот источник жизни водопад… Мой Д’хокар – Уро’Роух! Ты до этот видеть, что я не помочь ему там… мы Рам’Ис’Сан! – она указала пальцем на ванну, в которой мы мылись.

Сартах опять покачала головой, но уже c осуждением, которое предназначалось для меня. Глаза её опасливо блеснули в мою сторону, и она, поправив своё ушко на голове, повернулась к Ранж:

– Ты ещё никак?

Та, весело улыбнувшись ей в ответ, интенсивно закрутила головой, показывая, что не готова. Сартах вздохнула, и тут я всё понял, когда её ладонь непроизвольно заскользила по бедру за спину, где она хотела потрогать себя между ягодицами. Но, поймав на этом моменте мой взгляд на своей руке, она нахмурилась и, медленно убрав руку от ягодиц в сторону, вдруг показала мне язык. Это сбило меня с толку, и я уткнулся в свою яичницу. Она успела остыть, но всё равно оставалась чертовски вкусной, хоть и без соли. Я уже успел и позабыть её вкус.

Моя реакция на вкуснятину не укрылась от Элех, что по‑пацански ткнула меня локтем в плечо и громко заявила, продолжая жевать:

– Любимая яйца?! Я тоже… Но мясо лучше! Ешь мясо. Быть сильней! Но яйца тоже любимая… особо тво…

Но тут прозвучал очень строгий голос Ранж:

– Элех. Ты что себе позволяешь?! И ты мне ответь, ты, вообще, специально так коверкаешь язык? Или ты Эмжа? Вот не верю я, что в Доме Матери тебя плохо учили.

Элех лишь пожала плечами, не придавая особого отношения замечанию, и в своём же стиле ответила:

– Да… смех… думать, это поднять… Д’хокар всё, что подниматься… Он знать, я глупо говорить… И я зна…ю. Я не Эмжа. Мало говорить на Общий… язык в Доме Мать…ери. Меня взять… очень маленькой в Роал, затем взять маленькой для Хеса. Я из другой клан Роал. Мой клан конец. Чжокх напасть. Все умирать. Я второй дочь Рокх Клан Бадаож. Долж…на… была… стать Роал Клан…а…

На этих словах её перебила Ранж, заговорив:

– Я знаю, бедное дитя. Твоя мать была Роал из Клана Бездушного Ящера. Очень древний Клан, что сейчас малочислен и разбросан по всем землям Хаса. А ты была единственной малышкой, кто выжил в бойне, когда пятнадцать лет назад Чёрные напали на Клан Туманной Змеи, что располагался в наших землях у границ с… Рэйконом. Ты была столь юна, что не имела клановых рисунков, поэтому наша Роал решила забрать тебя в Клан Синей Лисы. Ужасная история. Хочешь… если наш Д’хокар разрешит, я нанесу тебе эту историю?

Элех лишь равнодушно пожала плечами, снова впившись в очередной кусок мяса, что вызвало улыбку у Ранж:

– Так вот почему ты так сильно любишь мясо… Мой Д’хокар, можно, я запечатлею ей эту историю?

Я вопросительно взглянул на неё:

– А почему ты спрашиваешь меня? Я думал, вы и так всё сразу рисуете? Да и не должна ли ты спрашивать у Сартах?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.