Баррингтон Бейли – Звездный вирус (сборник) (страница 14)

Наконец экран погас, но еще несколько секунд в зале стояла зачарованная тишина.

Командующий кашлянул.

— Эта ночь — особенная в жизни общества. Всем известно, что теперь мы владеем артефактом стриллов. И, естественно, не случайная цепь событий привела его к нам. Вероятно, это знак свыше. Предвестник грядущих перемен. Скоро мы и все остальные человеческие существа сможем, наконец, избавиться от страданий и очистить наше преступное бытие в океане блаженного небытия.

Теперь давайте проведем уникальный эксперимент. С помощью научных технологий, давно открытых Мастером, мы установили прямую связь артефакта с сознанием. А сейчас несколько слов Мастера.

Он выжидающе повернулся к занавесу. Затем, немного поколебавшись, добавил:

— Мастер слегка недомогает сегодня.

Командующий ударил в маленький золотой гонг.

— Мастер, мы готовы. Если вы желаете говорить…

Из-за занавеса послышалось хриплое дыхание. Затем продолжительный нечеловеческий кашель, сквозь который с трудом можно было расслышать тихий, агонизирующий шепот:

— Друзья, тайна жизни… должна быть… сохранена…

Снова кашель и хриплое дыхание. Затем все стихло. Ожидание затягивалось, но стрилл молчал.

— Мастер… ушел в свои апартаменты, — тихо произнес командующий.

Он подошел к аппаратуре, нажал какие-то рычаги и опустился на свободную подушку.

Родроун не ожидал от предстоящего ничего, кроме грандиозного обмана. С его места картинки кристалла казались вихрем радужных мерцаний. Однако общее возбуждение передалось и ему.

Сначала раздавался лишь слабый прерывистый гул, постепенно становящийся все громче. Потом Родроун перестал понимать, слышит ли он что-нибудь на самом деле, или же звук теплыми волнами вливается прямо в его сознание.

Внезапно гул прекратился. Все молча, словно зачарованные, смотрели на мерцающий кристалл. Что-то изменилось. Еле заметная картина-точка на кристалле росла, и увеличивалась до тех пор, пока не поглотила все. Люди, комната, предметы были сметены и заменены чем-то совершенно чужим.

Родроун стоял на краю обрыва. Внизу, насколько хватало глаз, тянулись желтые пески пустыни, кое-где пересекаемые мелководными речушками. Неожиданно он почувствовал грубый толчок. Он попытался пошевелить руками, но тут же понял, что они крепко связаны по бокам. Вокруг толпились какие-то двуногие существа. На их отвратительных черепообразных лицах блуждали гнусные ухмылки.

Поднялся сильный ветер. Только сейчас несчастный осознал, что происходит. Тщетно пытался он бороться, его неумолимо волокли к самому краю обрыва. Странный нечеловеческий смех. Последний толчок, и вот уже он летит в воздухе, с ужасом ожидая неминуемой гибели.

Невыносимый страх еще владел им, но сцена резко изменилась. Кажется, теперь он оказался в подземелье. Небольшое помещение, чьи очертания терялись в темноте, было наполнено всевозможными инструментами, от вида которых мурашки пробегали по телу. Вопли и стоны раздавались повсюду.

Родроун в отчаянии осознал, что это комната пыток и что-то ужасное приготовлено и для него. На этот раз ноги несчастного были так же крепко связаны, как и руки. Его отнесли к какой-то жуткой машине и бросили в нее. Раскаленные добела лезвия неумолимо приближались. Острая боль пронзила тело. К счастью, мука длилась недолго.

Селектор двинулся в другую часть кристалла. И снова сцена изменилась. На этот раз руки и ноги Родроуна оказались свободны. Теперь он был членом пестрой армии сброда, собравшегося под стенами прекрасного города. Осада была в полном разгаре. Катапульты забрасывали город огромным количеством камней. Однако и осажденные отвечали залпами из мощных орудий. Постепенно становилось ясно, что горожане в состоянии выдержать такую неподготовленную атаку.

Родроун огляделся в поисках безумного монаха, ведущего своих рабов к поражению. Он попытался рассмотреть под капюшоном его лицо, но не сумел. Черты лица оставались затуманены, даже когда монах неожиданно посмотрел на Родроуна. Что-то привело его в бешенство. Кнут, со свистом рассекая воздух, метнулся по направлению к пирату. Тот успел вовремя отскочить. Однако, отскакивая, не заметил баллистической машины, двигающейся прямо на него. Еще секунда — и…

Селектор снова двинулся в другую сторону. Казалось, он специально спасает жертву прямо перед тем, как она умрет или потеряет сознание.

На этот раз Родроун плыл под водой, дыша жабрами, словно рыба. Он ощущал такое сильное давление, будто находился на глубине нескольких миль. Рядом с ним плыли амебообразные рыбы. Все они направлялись к входу в пещеру, но, видимо, против своей воли. Те, кто подталкивал их туда, были вооружены стимуляторами, причиняющими строптивым невыносимую боль.

Прежде чем Родроун успел оценить ситуацию, он был уже в пещере. Здесь начинался настоящий кошмар. Ужасные существа, словно водоросли, облепившие стены пещеры, свешивались вниз, вытягивая навстречу жертвам мерзкие щупальца и алчные челюсти. И из всей этой уродливой массы безумным огнем сверкали дьявольские глаза. Невозможно было представить себе что-нибудь более отвратительное, чем эти смертельные джунгли. Они выбрасывали в воду ядовитое вещество, парализующее жертву, прежде чем схватить ее.

Увидев, что несколько собратьев уже беспомощно бьются в щупальцах чудовищ, Родроун поплыл было назад. Но поздно. Склизкие щупальца схватили его и медленно поволокли в сторону алчущей пасти. Словно тысяча игл впилась в тело несчастной жертвы…

Внезапно кошмар прекратился. Вокруг творилось невообразимое. Люди в панике носились по залу, что-то крича в безумном страхе. Натыкались друг на друга, падали и снова бежали, пытаясь спастись от воображаемых преследований. Родроун тоже в ужасе попытался кинуться к дверям, но быстро взял себя в руки. Среди этой беснующейся толпы он разглядел знакомые лица Клейва, Ридей-са и еще двух членов экипажа «Стоунда». Они стояли в стороне и недоуменно следили за происходящим. Бледность лиц, впрочем, обычная для Клейва, но не характерная для Ридейса, говорила об их растерянности. Излучатель Клейва еще дымился. Энергетический луч, только что выпущенный из него, спалил оборудование вокруг кристалла, вернув, таким образом, окружающих в реальный мир.

— Вы вторглись в Святилище! — злобно прошипел командующий.

Всеобщая суматоха не задела его. Он стоял в стороне от толпы и держал наготове излучатель. Блеснул тонкий луч. Пираты, отстреливаясь, кинулись врассыпную. Командующий снова поднял излучатель. Один член экипажа упал замертво, а Клейву серьезно обожгло руку. Он выронил оружие. Впрочем, и ответные выстрелы не остались безрезультатны. Командующий получил смертельную рану и бессильно опустился на пол.

Однако следующий выстрел пришел оттуда, откуда его никто не ждал. Синт и Фойел все это время молча стояли в стороне. Проекции кристалла, видимо, не оказали на них никакого действия. Их восприятие сильно отличалось от обычного. Теперь тонкий алый луч, выпущенный камерой Синта, прошел всю комнату, поразив второго человека Родроуна прямо между глаз. Тот упал на пол, не проронив ни звука.

— Не двигайтесь, — спокойно произнес Синт, — надеюсь, вы понимаете эффективность нашего оружия? Стоит только мне или Фойелу воспользоваться камерой, и…

— Не будь идиотом, Синт! — перебил Родроун. — Это шанс выбраться отсюда и забрать кристалл!

Теперь, кроме них пятерых, в зале никого не было. Остальные успели покинуть страшное место. Где-то далеко слышались отголоски недавней суматохи.

— Но вы забываете, что теперь я один из них, — покачал головой Синт.

— Вы такой же сумасшедший, как и другие! — с негодованием фыркнул пират.

Камера Синта плавно повернулась в его сторону. Хотел ли он убить Родроуна или же просто взглянуть на него — этого теперь никто не узнает. Ридейс угрожающе поднял излучатель. Камера моментально среагировала, повернувшись назад. Алый луч поразил несчастного.

И в ту же минуту Клейв начал действовать. С кошачьей ловкостью метнулся через всю комнату к Фойелу и, рванув провод, соединяющий камеру с мозгом мальчика, порвал его. Фойел завопил от боли и упал на колени, схватившись за голову.

— Отец!!!

Лицо Синта исказилось страданием. Камера завращалась в поисках Клейва. Однако тот быстро передвигался, постоянно меняя направления, при этом старался держаться все время слева от ученого.

Между тем Родроун отыскал среди дымящегося оборудования металлический прут и, размахнувшись, обрушил его на камеру Синта. Удар чуть не сбил ученого с ног. Камера разлетелась вдребезги.

Синт с трудом удержал равновесие. Он стоял посреди зала, вытянув вперед руки, слепой и абсолютно беспомощный.

— Мальчик, мой бедный мальчик, — тихо прошептал он, шагнув на звук рыданий ребенка. — Иди ко мне. Мы сейчас пойдем домой. Все еще можно поправить, не обращай внимания на боль. Идем, идем…

Никто не пошевелился, чтобы помочь им, когда эти два жалких существа, цепляясь друг за друга, пошли к двери.

— Как твоя рука?

— О’кей, шеф! — маскируя боль непроницаемой усмешкой, ответил Клейв.

— Ну, в любом случае, спасибо. Ты здорово справился с ними.

— Это было так очевидно! Камера Синта вмонтирована в правое плечо. Значит, слева у него находится постоянно «слепой» сектор. Все, что оставалось сделать, это держаться левее. Вот только у меня до сих пор нехорошо на душе. Обидеть ребенка!