Барри Кельман – Биполярка (страница 1)
Барри Кельман
Биполярка
Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или случайно
Посвящаю своей матери, которая всегда со мной и вытаскивает меня из любой ямы
Пролог
«Ты болен», – «Я не болен». «Ты болен» – настаивает заведующий отделением психонервологического диспансера Борис Анатолиевич, «У тебя биполярное аффективное расстройство (БАР). Такими словами начинается наша беседа в кабинете психиатра, в отделении которого я лежу уже месяц. Как ранее он говорил моей матери, обычно купировать приступ мании занимает 14 дней. Как видно лечение не идет мне на пользу, в отделении мне предстоит пролежать еще полтора месяца. Мне 24 года, на дворе лето, я только что закончил 4 курс, но не сдал в мае курсовые работы и экзамены по некоторым предметам и рискую тем, что на 5 курс меня не переведут. На дворе 2010 год.
Сальто в бассейне
Мне 17 лет я собираюсь со школьной группой вечером в бассейн. До плавания есть еще 3 часа, и я решаю вздремнуть дома. Я вижу сон, как падаю и ударяюсь головой о край бордюра и просыпаюсь с мыслью, что, наверное, нужно быть аккуратнее, вдруг сон вещий.
В бассейне я веду себя аккуратно, хожу в тапочках двигаюсь осторожно, чтобы не упасть (влияние обеденного сна). В конце, когда я уже собрался выходить из бассейна и направился в душевую я увидел, как мальчишка делает сальто с высотного бортика бассейна и погружается с прыжка в воду. Мне нравится его затея и я решаю повторить.
Еще меня подзадорило то, что за нами наблюдали взрослые девчата, видимо вожатые, так как бассейн находился при лагере для одаренных детей. И мне захотелось произвести на них впечатление, а иначе «выпендриться, понтануться» эффектным прыжком.
Вечер с перебинтованной головой
Когда тебе накладывают швы из лески прямо посередине головы и натягивают кожу, – эта процедуру сложно назвать приятной. Врач шутит – «Сделали тебе бесплатную подтяжку лица» и правда, когда я поднимаюсь с кушетки, я ощущаю, что кожа от лба до темечка как будто натянута и возникает ощущение нехватки кожи.
Сальто вышло неудачным. Когда я прыгнул спустя несколько секунд почувствовал легкий удар без боли и погружение в воду. Первым что я увидел, как вожатый, парень 23-25 лет бежит ко мне по краю бассейна и на ходу снимает кроссовки чтобы быть готовым нырнуть в воду за мной. Все подумали, что я потерял сознание от удара. Но я вынырнул инстинктивно и первое что я сделал это потрогал пальцем место, где я ударился, я нащупал ямку в голове, словно от удара угловым предметом по темечку.
Вожатый кричит мне «Плыви-плыви сюда!» и машет мне рукой. Я подплываю, выхожу из бассейна и меня под руку ведут в санчасть. Медсестра делает мне укол от столбняка я вижу в зеркале как с головы идет кровь, она делает перевязку. Сотрясения мозга не было, череп я не повредил, порвалась только мышца на голове.
Меня отвезли на автобусе в городскую больницу, где и зашили голову. Потом отвезли домой. Открыв дверь, родители, увидев меня с перебинтованной головой были очень расстроены. Мама сразу ахнула и начала ругать меня при вожатой. А я стоял улыбался, ведь думал, что все самое сложное уже позади, подумаешь головой ударился.
«Эпизоды»
«Ярких» маниакальных эпизодов, где требовалась либо госпитализация, либо курс сильнодействующих средств случилось у меня 3. Третий случился в мае 2026 года, через 16 лет после 1 эпизода, между ними был эпизод в мае 2013 года, через 3 года после начала первого.
Такой стойкой ремиссии удалось добиться только благодаря ежедневному приему лекарства, которое с большим трудом после 2 месяцев поиска подобрал Борис Анатолиевич. Это лекарство я пью по сей день.
Третий эпизод был не случаен, осенью 2025 года я перестал пить таблетки и уже в январе-феврале 2026 года началась гипомания.
Таблетки я начал отменять сам, потому что они были токсичны для печени, а у меня с ней проблемы. Хотя ранее один московский врач-психиатр предупреждал меня не делать этого. Что может случиться скачок или сильной депрессии или мании.
Никогда не отменяйте самостоятельно врачом-психиатром лекарства.
Первая работа
После окончания университета летом 2012 года я получил должность бизнес-аналитика на проекте «цифровое лицензирование», проект был частью компонента «цифрового правительства».
Наша команда была частью большой команды и взяла часть работ по оформлению документации и ее согласованию у Заказчика.
Написание документации для вчерашнего студента, который никогда такие документы не писал и не видел их структуру было вызовом.
Мне дали шаблон-образец и названия нескольких цифровых услуг, которые требовалось автоматизировать на портале.
Я видел, как другие аналитики с обзванивали представителей закачика, что-то с ними обсуждали, просили согласовать документы.
Я не знал ни кому звонить, ни кто ответственный за эту гос.услугу и какой вообще мой порядок действий.
Самые сложные в работе были 2 недели. Но мне помогла настойчивость и слова как мантру которые я повторял про себя: «Я хочу, я могу, я сделаю».
И смог, и сделал. У меня была сильная мотивация остаться на этой работе, тем более что я снимал койко (а по сути, матрасо-место) в квартире, где со мной жили еще 3 парня и 2 хозяйки квартиры. Нужно было зацепиться в столице, тем более что зарплата на тот момент у меня была 100 000 тенге, по курсу 5 к 1 это 20 000 рублей. Для молодого специалиста, недавнего выпускника это были хорошие деньги, учитывая, что зарплата была выше средней по стране.
Первым делом я стал воспринимать документ по блокам и выделил для себя непонятные блоки. Первым был «Форма сведений» по сути эта форма напоминала декларацию с квадратиками для заполнения букв, только она была электронной. Я нашел исходный файл в Excel-программе, в которой он создавался и стал потихоньку его переделывать. Исходные данные для этого мне дал руководитель.
Дальше уже было дело техники я составил документ, нарисовал бизнес-процессы – блок схемы алгоритма подачи и рассмотрения документов на получение лицензии. Бизнес-процессы нас хорошо научили моделировать и отрисовывать в университете.
Моим преимуществом в работе было, что я устроился работать именно по специальности, никто из коллег не получил подобного образования. Специальность, которой я обучился «Бизнес-информатика» как раз была про автоматизацию работ клиентов посредством ИТ-программ. Специальность была новая и я попал в первый поток выпускников. Забегая вперед, скажу, что выпускался я уже со вторым потоком, потому как раз во время обучения на 4 курсе случился первый «эпизод», после которого мне порекомендовали взять академический отпуск на полгода.
Через месяц нам сообщили, что мы вместе с командой переезжаем поближе к нашему непосредственному заказчику. Новость и обрадовала, и растревожила меня. «Где я буду сидеть, хорошее ли мне достанется место, понравится ли?». Но сама локация нового места была удачной, стало ближе добираться.
Впоследствии я буду ходить по длинным коридорам офисов заказчика и собирать подписи на написанные мной документы от эксперта, до директоров департаментов и вице-министров. То, чего я боялся – позвонить кому-то в министерство и поговорить со временем стало обычной рутиной и с моей общительностью (видимо отчасти благодаря эпизодам гипомании, когда все кажется легким и ты становишься очаровательным и обаятельным, с тобой легко общаться и идеи возникают одна за другой) у меня стало получаться подписывать документы быстрее чем у остальных.
Второй «Эпизод»
В марте 2013 я почувствовал необычно быструю работу мысли. Казалось, стоит подумать о проблеме, а мозг словно быстрый суперкомпьютер мгновенно производит какие-то «вычисления», набрасывает варианты и быстро выдает решение на проблему.
На работе я отпускал остроумные, как мне казалось шутки, был обаятелен окружающие были в восхищении или мне так казалось. Все казалось легким и быстротечным. Стоило мне получить задачу подписать какой-то документ, я с радостью за это брался, звонил ответственным, договаривался о встрече, если надо было добиться подписания я настойчиво ждал.
В мае настойчивость превратилась в маниакальное упорство. Я мог ходить к одному и тому же директору или заместителю председателя или иного специалиста подпись, которого мне требовалась на документе по нескольку раз в день и в итоге брал их «измором». Документы мне подписывали, начальство радовалось.
Проблемы были в другом. Я не мог ни на чем сконцентрироваться, если требовалось долго писать документ, не отвлекаясь я был на это не способен. Поэтому предпочитал подписывать документы коллег у заказчика, чем писать свои.
Стоит отметить, что с момента выхода на работу летом 2012 я не пил свое лекарство, которое мне прописал психиатр.
Незаметно во мне стало возникать чувство «безграничного величия» я стал думать, что мне все по плечу. Любая задача, требующая взаимодействия с людьми, казалась мне легкой и у меня действительно получалось.
Надлом случился с новостью от старосты группы с университета. Очень уважаемый мною преподаватель по стратегическому и креативному менеджменту попал в автокатастрофу и погиб. Он возлагал на меня большие надежды и сказал на защите диплома обо мне «надеюсь еще услышим о нем» имея в виду большую веру в меня как будущего специалиста и профессионала.