Барбара Хэмбли – Воинство Рассвета (страница 20)

Ваир На-Шандрос кого-то окликнул, и один из офицеров поспешил оставить строй. Ваир выпалил ряд приказов на певучем южном наречии, офицер, низко поклонившись, удалился. Через мгновение вновь зазвучали барабаны, ряды двинулись, следуя за человеком, которого Алвир назначил проводником. Золотой солнечный свет сверкал на копьях колонн.

– Увечье милорда Ваира не позволило ему преуспеть на избранном военном поприще, – пояснил Стюарт, в то время как все стоявшие на ступенях наблюдали за командором. – Но пробыв несколько лет градоправителем Кхирсрита, а затем возглавив отряд, посланный на усмирение мятежа в городе, он приобрел достаточно опыта, чтобы возглавить этот поход. – Его изящные смуглые пальцы теребили отделку экстравагантных перчаток. – Однако именно я официально считаюсь главой войска, и именно со мной вам предстоит обсуждать окончательные условия союза, который вы желаете заключить с моим дядей.

Алвир внимательно посмотрел на своего собеседника.

– Мне казалось, милорд Стюарт, мы уже договорились обо всех условиях.

Посланник тяжело вздохнул.

– Я тоже так считал. Но, к сожалению, вернувшись на юг, я получил новые указания от моего дяди. Эта зима оказалась тяжелой, как на севере, так и на юге. Хотя на нас не нападали Дарки, плохая погода вызвала неурожай, и многие отряды, которые мой дядя с удовольствием бы предоставил в ваше распоряжение, брошены на усмирение беспорядков. – Он слегка повернул голову, сверкая бриллиантами, украшавшими мочки ушей. – Но при обоюдном желании обо всем можно договориться, не так ли?

– Несомненно.

Последний раз Джил видела такую улыбку, когда наблюдала, как проигравший теннисист пожимал руку победителю чемпионата.

Командор Ваир спустился к группе людей у основания лестницы. Бледное зимнее солнце отражалось в его полированной золоченой кольчуге, а разноцветная радуга играла на парчовых камзоле и плаще, делая его похожим на яркую смертоносную тропическую рыбку. Изуродованной рукой он подал знак инквизитору Пинарду проследовать с ним на крыльцо Убежища. Но этот жест оборвался на середине, лицо посуровело, а в тусклых глазах внезапно промелькнул огонек застарелой ненависти.

Среди гвардейцев у подножия лестницы он заметил Ингольда.

– Ты... – прошептал он.

Ваир медленно двинулся вперед, и негромкий гул голосов гвардейцев, поднявшийся, когда они услышали, что телохранители будут расквартированы в Убежище, внезапно стих. Крюки сверкнули на солнце, – это командор взмахнул обрубком руки. Без видимой поспешности Ингольд перехватил их своим прочным, как железо, деревянным посохом. Брови волшебника нахмурились, лицо выглядело озадаченным.

– Ты меня не помнишь? – прошептал командор.

Алвир поспешил вмешаться.

– Милорд Ваир, это Ингольд Инглорион, глава Совета Магов и Архимаг... – произнося этот витиеватый титул, его голос звучал почти насмешливо, – ...волшебников Запада.

– Мы встречались, – сквозь зубы прошипел Ваир.

Внезапно глаза Ингольда расширились: он узнал командора.

А тот с горечью продолжил:

– Так, значит, ты колдун. – Его крюки стукнули о посох. – Как же я сразу не догадался, что лишился руки и всякой надежды на боевую славу из-за проклятого колдовства!..

Ингольд вздохнул.

– Отнюдь не волшебство позволило мне в тот день одолеть вас, милорд командор, – спокойно произнес он. – Я тогда еще не стал магом, и все преимущества были на вашей стороне.

– Ты никогда не владел мечом лучше меня! – усмехнулся Ваир. – К тому же, ты был в ту пору уже взрослым мужчиной. Разве бывает, чтобы маги столь поздно открывали свои способности? – Он повернулся к смущенному Алвиру, оскалив зубы в презрительной усмешке. – Так, стало быть, это ваш... союзник? – процедил он. – Ваше оружие против Дарков? Смотрите, милорд, как бы оно не обернулось против вас и не отсекло ту руку, что держит его.

С этими словами командор расчистил себе путь среди стоявших на ступенях и поднялся к воротам, где его ждали Стюарт и Пинард.

Бросив на Ингольда взгляд, полный жгучей ненависти, Алвир поспешил к ним.

Близился закат. Стоя на холме, там, где располагались пещеры, Джил наблюдала за Убежищем. Мужчины и женщины спешили из леса, волоча на спине вязанки дров. Счастливые обладатели коров или коз направлялись к заборам, отгораживавшим загоны для скота и хлева, на вечернюю дойку. Настало время и ей возвращаться восвояси.

Весь день Джил прочесывала секретные уровни Убежища, собирая видеозаписывающие кристаллы. Джил знала, что скорее всего проведет ночь за терпеливым изучением собранного, кристалл за кристаллом. Тело молило о сне, но она прекрасно понимала, что до дня зимнего солнцестояния осталось менее двух недель, а после этого армия выступит, так и не разгадав загадку прежнего поражения Дарков.

Так что вместо отдыха она предпочла совершить небольшую прогулку по морозу и дала себе обещание, что обязательно поспит, но только после того, как немного поработает.

В верхней части долины завыли волки, и мысли Джил перекинулись на лошадей южан и на котел с провиантом, который они взяли с собой.

Ну, от этой угрозы они вполне смогут защититься... Она поплотнее запахнулась в плащ и поспешила по широкой утоптанной дорожке, которая вела обратно к Убежищу. Температура падала, с вершин, с серых, вечно скрытых облаками ледников, подул ветер.

– Джил-Шалос!

Серый туман между деревьями, казалось, немного поредел, и из него выступила высокая фигура Ледяного Сокола.

– Гуляешь?

– Собираю ромашки, – ответила она, и он осклабился.

Одетый в знакомую черную форму королевской стражи, он казался таким же, как и тогда, когда Джил впервые встретила его в шумном хаосе Карста. Он уже избавился от костей в волосах, и длинные белые косички ровно висели вдоль спины. Единственной приметой того, что он кочевал с Всадниками, оставался легкий загар и настороженность в глазах.

– Я тоже искал ромашки, – спокойно сказал он, – только я искал их дальше, вдоль утеса, около озера под тем местом, где расположены пещеры.

– Стюарта там нет, – пожала плечами Джил.

Точеные ноздри ее собеседника слегка раздулись.

– Рано или поздно появится.

Он как кошка обходил замерзшие лужи, почти бесшумно ступая по взрыхленному по краям дороги снегу.

– И когда это случится, поверь мне, сестра, он будет мечтать хотя бы о половинной дозе того яда, который подсыпал мне в ту ночь у реки.

– Я все гадала, как ему удалось с тобой справиться, – немного помолчав, сказала она.

Ледяной Сокол усмехнулся.

– Не знаю, хотел ли он меня отравить, или просто усыпить. В долине, под открытым небом, нет никакой разницы. – Его бесцветные глаза внезапно сверкнули как льдинки. – Для него было бы лучше, если бы он довел дело до конца.

Джил вздохнула. Она не стала бы ничего говорить, ибо знала, как близок к смерти был Ледяной Сокол, но... если Стюарт умрет, то командующим армии станет Ваир На-Шандрос. «Это меня совершенно не касается, – с отчаянием подумала она. – Я уберусь отсюда еще до вторжения, а что тут случится после – пусть разбираются сами». Однако она вспомнила ту ненависть, которая светилась в глазах Ваира, когда он разговаривал с Ингольдом на ступенях Убежища, и ее передернуло.

– Странно все же, что Стюарт не удосужился убедиться, что ты мертв, – заметила она. – Если уж он взял с собой в дорогу яд, значит, с самого начала собирался его использовать.

– Не обязательно. – Ледяной Сокол пожал плечами. – На юге все по-иному. Такой человек как Стюарт носит с собой яд как нечто само собой разумеющееся.

Почему-то Джил вспомнились изящные, разодетые, увешанные драгоценностями люди, которых она видела в кристалле, во время древней церемонии на причале... Интересно, они тоже были отравителями?

– Расскажи мне про юг, – попросила она.

Он поморщился.

– Мужчин ты видела сама. Юг – земля многоцветья. Люди наряжаются, как попугаи. Цветы пурпурные, с желтыми прожилками... прямо как в бредовых снах. И даже муравьи там всех цветов радуги.

Его высокий выразительный голос рисовал в ее мозгу удивительно четкие цветные картины.

– Море там теплое. Алкетч – страна джунглей, пальм и многомильных нетронутых белых песчаных берегов. На западе – горы, неприступные, как стена. – Его рука очертила туманный горизонт. – И люди там тоже разных цветов кожи: черные, красные, золотистые. В пищу кладут слишком много специй, воняют пастой для удаления волос, а к женщинам относятся как к скоту. И на юге нет Дарков.

– Почему?

Он пожал плечами.

– Спроси Дарков. Спроси Ингольда. Спроси леди Джованнин. Она тебе скажет: это потому, что в Империи так сильна Церковь и там верят в Истинного Бога. Местами ходят какие-то странные слухи... но это всего лишь россказни. Якобы где-то пропадают люди, или кто-то видел что-то странное... Однако все, с кем я разговаривал на юге, похоже, полагают, что нашествие Дарков – это нечто вроде чумы, свалившейся на север.

Джил притихла, встревоженная случайно всплывшим в памяти воспоминанием. Что-то такое говорил Ингольд...

– Однако, – возразила она наконец, – Унголард, старик-ученый из Алкетча, который вступил в Совет Магов, сказал, будто Логово есть под развалинами старого города в джунглях, недалеко от тех мест, где он родился. И еще он сообщил, что архивы их империи тоже не сохранили никаких записей о древних временах... как и здесь, у нас.