Барбара Хэмбли – Воинство Рассвета (страница 10)

– Вы ему не верите? – проворковала Джованнин.

Как командир, Янус не мог ответить, но Мелантрис уже было открыла рот, и густой голос Алвира не дал ей произнести нежелательную фразу.

– Конечно, верим. Человеческие земли подверглись разрушению, жизнь не может остаться прежней. Мы все испытали это на себе. – Канцлер обвел надменным взглядом потрепанных гвардейцев, словно бросая им вызов. Но в душе они и сами признавали его правоту. – Он богато одет и выглядит сытым. Слишком богатым и сытым для человека, чей мир лежит в развалинах. Нет, – продолжил Алвир, – Будь это благословение Господа, или заслуга императора, или просто судьба, но Дарков в Алкетче нет. Мы были бы глупцами, если бы не стали основывать на этом нашу политику.

В его словах явно сквозили и недоговоренность, и беспокойство, и в то же время осторожность. Мелантрис сложила руки на длинном неуклюжем оружии, лежавшем у нее на коленях; Минальда внимательно рассматривала ногти. Джованнин откинулась в кресле и опять сцепила пальцы перед лицом, в ее глазах поблескивало недовольство.

Алвир продолжал:

– Мы послали сообщения всем правителям земель королевства: Гарлу Кингхеду на север и Томеку Тиркенсону в Геттлсенд; Дегедне Марине и ее вассалам в Долину Бурой Реки на востоке. Ни от кого из них мы не получили ответа. Рука Тьмы довлеет над всем королевством. Никто и не пытался сразиться с ней. Я слышал, что самый великий из властителей земель, принц Дила, мертв, остальные, видимо, объявили себя независимыми князьками, и каждый засел в своей жалкой крепости, забыв про клятвы, которые он давал королю в Гае. Поэтому мы должны действовать заодно с нашими союзниками из Алкетча и сдерживать наше недовольство... – Как бы случайно, его взгляд остановился на худой фигуре аббата, и тот в ответ поднял глаза, в которых тлел огонь. – Нам нужен этот союз, – мрачно произнес канцлер. – Нужен, как раненой руке для выздоровления нужно здоровое тело. У южной империи есть все то, чего нам не хватает, – торговля, образование, искусство, культура, оружие и, наконец, законы.

– Ага, – проворчал Янус, облокотив огромные, покрытые рыжими волосами руки на стол. – Вопрос только в том, какие это законы.

Лицо Алвира заметно посуровело в красных отблесках камина.

Джованнин наставительно заявила:

– Писаные законы, мой мужественный друг. Как те, какие милорд Алвир с самого начала старался уничтожить в архивах.

– Бесполезное словоблудие церковных законников, чьи кости гниют на улицах Гая! – Церковные архивы были у Алвира больным местом. – Клянусь всеми льдами севера, женщина, даже от бумаги, на которой они написаны, гораздо больше пользы, чем от них самих!

– И в чем польза? Написать на этой бумаге свои собственные законы?

– Чтобы вести летопись и архив Убежища! – закричал он, теряя самообладание. Позабыв о своей выдержке, он сделал невольное движение в ее сторону, но, заметив на лице Джованнин усмешку, сумел взять себя в руки.

В полутемной комнате никто не шелохнулся. Лишь Гнифт-оружейник бросил на стол засаленную карту, со смехом объявив:

– Восьмерка против черной дамы!

Алвир глубоко вздохнул. Ноздри его раздувались от гнева.

– Я говорю вам, сударыня... и говорю это всем остальным... помимо всего прочего, союз с Алкетчем очень важен для Убежища и для всех тех, кто находится в его стенах. Иначе мы потеряем последнюю надежду на цивилизованное существование и превратимся в невежественных дикарей и станем добычей для более сильных и лучше вооруженных. А такого я никогда не допущу. Я не позволю никому вмешиваться в мои дела. Поверьте мне, нет ничего и никого, кем бы я не пожертвовал ради длительного союза с Империей.

– Включая и себя самого, милорд? – Из глубокой тени донесся хрипловатый и добродушный голос. Заслышав его, Джил торопливо обернулась, чувствуя, как кровь быстрее струится по жилам.

Алвир повернулся, узнав, как и все остальные, несмотря на темноту, знакомые очертания сутулой фигуры.

– Итак, вы вернулись, – сказал он.

Отсветы огня поблескивали на снежинках, усыпавших перепачканный плащ Ингольда. Когда он вышел на свет и отбросил капюшон, Джил поразилась, насколько старым он сейчас выглядел. Следом за ним из темноты молча появились Руди и Кара, их одежду тоже покрывала грязь. Джил заметила, как Минальда подняла глаза, и Руди отвернулся, словно не мог вынести радости, сверкнувшей в них.

– А вы думали, что я не вернусь, сударь? – Ингольд поставил на пол сумку, которую принес с собой.

Джил услышала, как в сумке стукнулись друг о друга восковые дощечки. Янус был уже на ногах, его тень заслонила свет камина, когда он наклонился, чтобы налить чашку так называемого вина королевской стражи из маленького котелка.

– Нет, – наконец сказал Алвир. – Вы, сударь волшебник, доказали, что способны постоять за себя в любых передрягах.

– Или умеете вовремя уклоняться от них, – кисло добавила Джованнин.

– Это одна из причин, как мне удалось прожить такую неприлично долгую жизнь, – с легкой улыбкой согласился Ингольд. – Спасибо, Янус... а это еще одна причина, как мне удалось прожить так неприлично долго.

Он начал отхлебывать горячую жидкость, которая была вовсе не вином, а жгучей смесью горячей воды и домашнего джина.

Командир королевской стражи предложил ему сесть на одну из скамеек у стола, и Минальда подобрала свои тяжелые юбки, чтобы освободить место рядом с собой. Руди и Кара расположились возле камина рядом с Мелантрис, их одежды начали оттаивать, и с них закапала влага. Кта отправился на кухню, не желая участвовать в совете сильных мира сего.

– Сударь, – наконец начал Ингольд, – вы все еще не отказались от мысли о вторжении в Логово?

– Конечно. – Голос Алвира звучал резко, но в нем чувствовались нотки осторожности. – Конечно, не отказался. Вы считаете, это осуществимо?

Глубоко запавшие глаза волшебника блеснули.

– Руди полагает, что да.

– В самом деле? – Брови Алвира удивленно выгнулись. – А, стало быть, сами вы придерживаетесь противоположного мнения?

– Это безумие, – пожал плечами Ингольд.

Канцлер улыбнулся еще шире, но теплоты в его улыбке не прибавилось ни на йоту.

– К счастью, теперь вы уже не единственный источник сведений по этому вопросу. Разве безумие помогло владыке Дейра одолеть Мрак?

Ингольд промолчал, не обратив внимания на подначку. Алвир обратился к Руди:

– Так что, эти твои волшебные устройства, в конце концов, могут стать ответом на нашу загадку?

Руди вздрогнул и вскинул голову, словно только что пробудился от ужасного сна.

– Я не знаю, помогли ли огнеметы людям прошлого. – Голос его звучал тихо и устало. – Но мы в состоянии основательно разрушить Логово. Настолько серьезно, что, возможно, Даркам придется навсегда покинуть его.

И, запинаясь от усталости, он рассказал о том, что обнаружил в Логове: огромную систему тоннелей и пещер этого темного отвратительного царства, способность Дарков подавлять свет и огонь. Не забыл он сообщить об удивительной горючести высохшего мха.

– Если мы нанесем сильные удары в направлении обоих главных ответвлений Логова, тем самым прикрыв отряд, вооруженный огнеметами, который должен будет пробраться еще дальше и потом, при отступлении, поджечь мох, то, думаю, это может привести к успеху.

– Особенно, если мох в экосистеме Логова действует как азотособиратель, – неожиданно вступила в разговор Джил. – Похоже, что именно так оно и есть. Значит, все Логово пропитано азотными соединениями.

Все, в том числе и Руди, непонимающе уставились на нее, будто она вдруг заговорила на этрусском наречии. Запоздало напомнив себе, что имеет дело с доиндустриальным миром, Джил поспешила пояснить:

– Мои исследования показали, что такой тип мха может быть очень горючим.

– Правда? – задумчиво протянул Алвир. – Я и не подозревал, что вы настолько учены, Джил-Шалос. Странное занятие для солдата... Но вот видите, милорд Ингольд, оба ваших ученика не разделяют ваше мнение...

Он опять повернулся к Руди:

– Итак, ты полагаешь, если королевская стража прикроет отряд с огнеметами от Дарков, и, допустим, волшебники окружат всех световой аурой, можно будет спалить Логово, как ты это нам только что описал?

– Думаю, да, – ответил Руди, – но, к несчастью, тогда мы не сможем отбить пленных людей у Дарков. Если, конечно, они не побегут за нами по пятам...

– Печально, – вздохнул Алвир. – Но, может, оно и к лучшему... Наверняка время, проведенное в царстве Тьмы, не прошло бесследно для их разума.

– Для человека, который и в глаза их не видел, вы слишком в этом уверены – прокомментировал Ингольд, подняв глаза от чашки. – Что касается меня, я бы не пожелал никому такой смерти. Даже стадным животным Дарков, которые тоже ни в чем перед нами не виноваты.

– Пф-ф! – с отвращением фыркнул канцлер.

– Кроме того, я бы подумал о том, что ждет Убежище, если вторжение окончится крахом, и армия, которую вы пошлете уничтожить Логово Дарков, так там и исчезнет. На обратном пути при подъеме из долин, примерно в двух милях ниже старых дозорных башен у Высоких Ворот, мы обнаружили останки людей, принесенных Белыми Всадниками в жертву своим богам. Да и в долинах есть такие, кто попытается захватить Убежище, если узнает, что его защитники погибли.

– Это мы уже знаем. – Алвир бросил неприязненный взгляд в сторону аббата из Пенамбры.