Барбара Хэмбли – Мать Зимы (страница 44)
Дрожащими руками Руди достал из-под подушки свой кристалл. «Господи, этого не может быть! — Камень вспыхнул магическим светом. — Отвечай! Скажи мне, что это неправда!» Ничего. Серая злоба ледяных магов окутала его плотным непроницаемым коконом.
«Проклятье! Проклятье! Отвечай!»
Он опустил руки. Магический свет понемногу угас.
«Нет. Нет...
Не оставляй меня последним магом в этом богами проклятом мире! Не заставляй меня самому идти на бой с ледяными колдунами.
Я не справлюсь, черт возьми!»
Боль. Головокружение. Холод. Боль.
Он не мог разобраться в своих ощущениях, но знал, что чувствует боль Ингольда, чувствовал это так же ясно, как если бы слышал крики старика.
«Сейчас три часа ночи, черт возьми! — хотелось закричать Руди. — Какого дьявола ты сражаешься с чудовищами в три часа ночи!»
Если Ингольда уже нет в живых, то, возможно, он сумеет отыскать Джил... Но даже этого Руди сделать не сумел.
«Не мог он умереть, — прошептал он чуть слышно, всем сердцем желая, чтобы это оказалось правдой. — Не мог умереть».
Время до рассвета тянулось бесконечно.
Едва лишь открыли двери Убежища, вместе с Янусом, Мелантрис и Ледяным Соколом Руди взобрался на холм, где было поменьше сланча, и начертал Круг Силы, призывая энергию из земли, воды и угасающих звезд.
Он так и не смог понять, жив или мертв Ингольд, и где находится Джил, — магический камень молчал. Тогда Руди попытался связаться с Вотом, но увидел в аметистовых гранях лишь тусклые образы бледных, уродливых монстров, атакующих Убежище Черных Скал.
Ему казалось, он видит людей с оружием в руках на каменных стенах, но образы были такими тусклыми и затуманенными, что даже в этом он не мог быть уверен.
Внезапно в спину подул холодный ветер. За спиной Руди услышал какой-то шорох, свист, а затем тяжелый удар, как будто кто-то разрубил топором дыню. Обернувшись, он ощутил запах крови.
— Лучше нам вернуться. — Ледяной Сокол вонзил в землю топор, чтобы очистить лезвие. Тварь, выскочившая из сланча, чтобы напасть на мага, лежала у его ног, разрубленная на куски. — Скоро подоспеют и другие. Что-нибудь увидел?
Руди с отчаянием покачал головой. К ним подошли изможденные, усталые Янус и Мелантрис. У подножия холма в лесу сланч был повсюду, свешиваясь грязными прядями с ветвей умирающих деревьев. Что-то двигалось там, в этих омерзительных зарослях, и Руди, сунув кристалл в карман куртки, торопливо направился к Убежищу.
— Если Джил со стариком...
— С ним не могло случиться ничего плохого, — заявил Янус.
Уже на ступенях убежища гвардеец оглянулся, чтобы в последний раз взглянуть на лес. Рука его была перевязана, — три недели назад Януса покусал волк-мутант, — но рана даже не начала заживать. И дело было не в каком-то яде, как в случае с Джил... в последнее время раны не заживали ни у кого.
Внезапно деревья и кустарник у подножия холма содрогнулись, — словно раздвинулся занавес. Руди выдохнул:
— Матерь Божья!
А Янус лишь проронил:
— Пожри его лихорадка! Рано или поздно такое должно было случиться. Ступай внутрь, мы им займемся.
Мелантрис уже созывала остальных гвардейцев.
Тварь, размашисто шагавшая по склону, с низко опущенной головой, оказалась мутировавшим мамонтом...
Когда Руди вернулся в свой рабочий кабинет, то обнаружил там Скелу Хогширер.
Сперва он заметил лишь ее тень в тусклом свете мечущуюся туда-сюда, и еще из коридора услышал всхлипывания, а затем звуки, от которых Руди пришел в ярость.
Он остановился на пороге, пытаясь взять себя в руки.
Она разорвала на куски пергамент, куда Руди заносил имена из уничтоженной «Черной Книги Списков», опустошила все коробки, разбросала и разломала костяные рунные палочки, разбила фарфоровую чашу и растоптала ее в пыль каблуками. Шкаф, где были заперты все по-настоящему ценные вещи, выглядел так, словно на него обрушился ураган. Она пыталась разбить его в щепы и вырвать двери из петель...
Из-под ногтей сочилась кровь. Грязные волосы падали на распухшее от слез лицо.
— Я не могу колдовать! — завизжала она, когда Руди наконец вошел в комнату. Девочка ухватила астролябию — точнее, то, что от нее осталось, и принялась колотить ею по столу, оставляя в деревянной столешнице глубокие отметины. — Я больше не могу колдовать! Я пыталась! Пыталась!
Она швырнула в угол металлический круг и набросилась на Руди с кулаками.
— Скела, ты все можешь, — мягко заметил он, сам удивляясь своему терпению.
В глубине души ему хотелось схватить эту маленькую избалованную дрянь и колотить головой об стену, — но он все же держал себя в руках. «Черт возьми, — отстраненно подумал Руди. — Должно быть, я взрослею...»
— Эй, — пробормотал он, когда она принялась лупить его по плечам. — Эй, эй, эй... Полегче, Детка.
Ее злость была направлена не против него лично, и, помимо страха утратить уважение таких важных персон, как леди Скет, чувствовался ужас иной потери, понять который мог один лишь Руди.
— Ты меня неправильно учишь! — Ее голос сорвался на истошный вопль. — Ты не учишь меня тому, что я должна знать! Папа говорит, ты обязан! Папа говорит, что ты еще пожалеешь! Папа говорит...
— Ты и впрямь веришь, что я тебя плохо учу?
— Я не могу! — Скела внезапно отпрянула, попыталась ударить Руди по лицу и промахнулась. Ее лицо, побагровевшее и распухшее от рыданий, в неярком свете ламп казалось почти черным. — Я пыталась! Пыталась все утро! Я делала все твои дурацкие упражнения и твою дурацкую медитацию, и все, что ты говорил. И все равно не могу колдовать! Раньше я могла! Раньше могла, а теперь не могу!
Оттолкнув наставника, она бросилась прочь. Он слышал, как она всхлипывала на бегу и натыкалась на стены.
Руди шагнул было за ней, но затем покачал головой.
— Будь оно все неладно... Значит, теперь еще будем ждать в гости папочку. Только этого мне и не хватало.
Он потер глаза, болевшие от недосыпания.
Он застыл, держа в руках обрывки.
«Это злоба? — спросил он себя. — Или что-то еще? Голоса ледяных магов в ее мозгу?»
Он вновь проиграл в памяти всю эту сцену — Скела падает. Габугу скачут мимо, перепрыгивают через нее, а она отчаянно визжит, хватаясь за голову.
«Они нападают только на чародеев», — говорил Вот.
— Руди? Господин маг? — В дверях показался Тир.
Он по-прежнему вел себя сухо и церемонно, это проявлялось даже в его позе. Руди тотчас выпрямился, сделал поярче магический свет и склонил голову.
«Все пройдет, — сказал он себе, чтобы унять боль при виде такой отчужденности. — Со временем он перестанет винить тебя в гибели своих друзей, и эта холодность пройдет».
— Чем я могу помочь тебе, Тир? — Он пододвинул стул, которым Скела, судя по всему, пыталась разбить двери шкафа. Тир огляделся, созерцая следы разгрома, но ничего не сказал. Должно быть, он встретился со Скелой в коридоре.
— Руди, люди исчезают. — Он уселся на стол, болтая ногами. Подобно почти всем прочим обитателям Убежища, он сильно похудел за последнее время, и теперь казалось, что на лице остались одни глаза.
— Исчезают? — Все прежние страхи отступили, когда Руди вспомнил о запертых дверях на пятом ярусе и о странном запахе в опустевших помещениях.
Мальчик облизнул губы, собираясь с мыслями.
— Я не думал... Знаешь, иногда так бывает, что кого-то не видишь несколько дней. Они что-нибудь делают по хозяйству, помогают маме... — Он говорил очень тихим, испуганным голосом. — Но я попросил Линнет сделать мне календарь и стал отмечать каждый день, кого видел, а кого — нет.
«Он слишком юн для всего этого, — подумал Руди, глядя на малыша. — Слишком юн, чтобы справляться с таким проблемами».
— Люди исчезают, Руди, это правда. Брикки Гатсон и Нуп Фаррер, и папа Нупа, и брат его папы Йент, и Меллека Биггар, и Роза Уайт со своими братьями и мамой. С них я начал.. Я их долго не видел, а теперь посчитал, и получилось, что целых три недели. Потом пропали старик Виккет и Иреб Браун, и еще кое-кто. Но я не стал ни у кого спрашивать, давно ли их не видно.
— Пятый северный ярус, — негромко проговорил Руди. — Все они там живут, кроме Фарреров, а те обитают прямо под Биггарами, на четвертом северном уровне.
— И есть лестница, которая ведет от Биггаров прямо туда. Они там все время ходят. Это не чума, потому что целители... — продолжил мальчик, — ...другие целители сказали бы тебе... Или мама. Но никто не обращался к гвардейцам или охотникам, чтобы искать пропавших в лесу, и никто не говорил маме, что они исчезли, и не просил тебя разыскать их с помощью кристалла. Ведь правда?
— Да, — негромко подтвердил Руди. — Никто не просил.
Он выудил кристалл из кармана, хотя и знал, что ничего не сможет увидеть. Воздействие сланча в Убежище многократно усиливалось, и к тому же кристалл почти никогда не показывал мутантов.
— Старик Виккет, Нупы, Уайты, — проговорил он скорее сам себе. — Корам Биггар — старший в этой части Убежища. Он не мог не знать. Должен был увидеть...