Барб Хенди – Ведьмы в красном (страница 41)

Обе сестры отпрянули назад, когда волк-зверь приземлился на их кровать, пуская слюни, рыча и нюхая воздух. Его красные глаза остановились на них, и он прыгнул снова. Выругавшись, Эмили оттолкнула Селин в сторону, а затем огляделась в поисках чего-нибудь, что она могла бы использовать в качестве оружия.

Но она не видела ничего, кроме зверя в воздухе, летящего прямо на нее.

Внезапно он взвизгнул и был отброшен в сторону, и Эмили вскочила на ноги. Меньший волк — черный — сбил с ног массивного зверя и принялся рубить его зубами и когтями.

Волк-зверь взревел от боли, когда меньший схватил его за горло и удержал. Придя в себя, Эмили бросилась за своим сапогом, за кинжалом — единственным оружием, которое у нее было в этой палатке. Схватившись за ножны, она выдернула клинок из сапога и повернулась к паре рычащих Волков, катающихся по земле.

— Не трогай черную, — крикнула Селин. — Это Маркус.

Но как только слова слетели с ее губ, черный волк взвизгнул, когда более крупный полоснул его по груди, а массивный рванулся к задней стенке палатки, прорвавшись под брезентовую стену, вырвав при этом колышек палатки и оставив большую часть ткани хлопать на ночном ветру.

Раздался стон, и Эмили обернулась, чтобы увидеть Маркуса, лежащего на земле, обнаженного и истекающего кровью из ран на груди.

— Эмили! — раздался голос.

Рюрик пробежал мимо полога шатра в шатер, размахивая мечом. Он дико огляделся в поисках чего-нибудь, с чем можно было бы бороться, и его глаза опустились на Маркуса, лежащего на полу. Селин опустилась рядом с Марком и прикрыла нижнюю часть его тела своим красным плащом.

— Что… что произошло? — спросил Рюрик

— Оно было в палатке, — Эмили — Один из волков, но Маркус его победил и оно было вынуждено убежать. — Она указала на разорванную палаточную стену, которая колыхалась в ночном воздухе.

— Маркус? — Повторил Рюрик в замешательстве, глядя на обнаженную фигуру Марка и полное отсутствие оружия.

Но затем что-то еще пришло в голову Эмили, что-то более тревожное. — Рюрик… оставайся здесь с ними. Если это существо было Грэмом, то оно должно было напасть на Яромира, чтобы выбраться из сарая!

Она повернулась, чтобы бежать, нырнув в новую «дверь» в задней части палатки.

— Эмили, ты не можешь идти туда одна, — крикнул Рюрик.

— Просто оставайся здесь с Селин!

Оказавшись снаружи, она уже могла слышать, как некоторые солдаты кричали друг другу, так как теперь в лагере был еще один зверь.

Яромир услышал крики и вышел из своих вязанок сена. Грэм лежал на полу и встал.

— Сэр, что это? — Спросил Грэм.

— Даже не знаю.

Яромир услышал, как открылись двери сарая, за ними послышался тихий топот бегущих ног, и крепко сжал дубинку. К его изумлению, в поле зрения появилась Эмили, босая, но одетая в свое светло-голубое платье и с кинжалом в руке.

Она резко остановилась при виде Грэма, привязанного к столбу. — Это не он, — выдохнула она, словно разговаривая сама с собой.

— Эмили! — Яромир чуть не закричал, ожидая ответа.

— В лагере бродит солдат-волк… большой… — выдавила она, все еще тяжело дыша. — Он напал на меня и Селин в нашей постели. Я думала… я думала, что это был Грэм, и что он мог убить тебя. — он напал на тебя в твоем… — она замолчала, оглядываясь на Грэма.

Если чудовищем был не Грэм, то тот, кто стоял за всем этим, изменил тактику и обратил кого-то другого. Это было единственное объяснение, которое пришло в голову Яромиру.

Крики снаружи становились все громче, и он услышал капрала Куинна. — Нет! Не позволяйте ему выйти за периметр! Кто-нибудь, прекратите!

Последовала смесь неразборчивых криков, кульминацией которых стал крик Куинна: — Как ты мог это пропустить?

— Оно вышло за пределы лагеря, — выдохнула Эмили. — Свободно бродит по деревьям. Что же нам делать?

Яромир посмотрел на Грэхема. — Когда одна из этих тварей забирается на деревья, что они обычно делают?

— Обычно они идут прямо к лагерю шахтеров.

Яромир взглянул на клинок в руке Эмили. — Отпусти его.

Селин пережила несколько неловких моментов, в то время как Рюрик явно задавался вопросом — но был слишком вежлив, чтобы спросить — что Маркус делал голым в их палатке, но она осмотрела раны на груди Маркуса, которые были не такими глубокими, как она сначала боялась. Его кожа была исцарапана когтями, и он испытывал некоторую боль, но раны были только поверхностными.

— Надо их обеззаразить, — сказала она поднимаясь.

— Не сейчас. Позже, — сказал Маркус, поднимаясь на ноги с плащом вокруг талии.

Рюрик стоял на страже в дверях, поэтому Селин наклонилась ближе к Марку и прошептала: — Где твоя одежда?

— Снаружи. — ответил он.

— Ты можешь выскользнуть через ту новую дверь в задней части палатки и забрать ее?

Прежде чем она закончила говорить, он был в движении, и несколько мгновений спустя, Эмили прибежала обратно в переднюю дверь, промчавшись мимо Рюрика.

— Это не Грэм! — крикнула она, оглядываясь вокруг и хватая свои ботинки. — Это кто-то другой. Мы пока не знаем, кто именно, но оно вышло за пределы лагеря.

Селин была поражена

Маркус нырнул обратно в разорванную заднюю часть палатки, надел бриджи и натянул рубашку. Он вернул ей плащ.

— Что случилось? — спросил он.

— С Яромиром все в порядке? — Спросила Селин почти одновременно, снова обретя дар речи.

— Он в порядке, — ответила Эмили, натягивая сапоги, — но он перемещает всех в лагерь шахтеров, чтобы мы могли защитить этих людей, пока начнем формировать охотничьи отряды.

Маркус внимательно слушал, потом бросил взгляд на полог палатки.

— Иди, — сказала Селин. — Скорее. Мы встретимся там. — Она потянулась за своими ботинками.

Рядом с Яромиром шли Грэм и Куинн, когда он шел через палатки, поднимая полномасштабную тревогу и выкрикивая приказы, чтобы все двигались в лагерь шахтеров, чтобы защитить гражданских.

— Нам понадобится несколько человек, чтобы принести носилки и перенести капитана, — сказал Куинн. — Я оставил его одного в палатке. У меня не было выбора.

— Конечно, нет, — ответил Яромир. — Используй кого хочешь.

Все солдаты Палена быстро отреагировали. Некоторые из них уже спали, но вскоре все они побежали к тропинке, ведущей к лагерю шахтеров, и снова, казалось, почувствовали облегчение при мысли о том, что за дело взялся офицер. До сих пор никто не реагировал на присутствие Грэма, как будто они тоже ожидали чего-то неожиданного, и больше их ничто не удивляло. Яромир по-прежнему не имел ни малейшего представления, кто из солдат пропал без вести и за каким бедолагой они скоро будут охотиться.

— Яромир! — Крикнула Селин откуда-то сзади.

Остановившись, он оглянулся и увидел ее, Эмили, и Рюрика, бегущих к нему. У Рюрика был меч. Селин была одета в свой красный плащ, но Эмили, должно быть, не беспокоилась и носила только свое синее платье и сапоги. Он подождал, пока они догонят его, и они все двинулись вперед по тропинке между деревьями, выходя со стороны лагеря шахтеров. Несколько Мондялитко и шахтеров стояли у своих жилищ, спрашивая у солдат информацию.

Яромир мельком подумал, не приказать ли им всем вернуться в свои жилища, но решил, что это займет слишком много времени, если они откажутся. Лучше бы он поставил охрану по периметру, а потом сформировал по крайней мере две охотничьи группы.

— Мы не взяли с собой достаточно копий, — внезапно сказал Куинн, оглядываясь по сторонам и сжимая в правой руке единственное высокое копье. — Больше половины мужчин спали, и они просто прибежали, когда мы позвали. Мне нужно будет вернуться к оружейному складу и принести еще.

Задумчиво поджав губы, он посмотрел на Эмили.

— Я приду и помогу, — сказала она. — Ты не можешь нести столько в одиночку.

Яромир повернулся к ней и хотел было приказать сесть в один из фургонов, но тут увидел ее лицо. Она смотрела на него со злым, почти обиженным вызовом.

— Я могу помочь, — отрезала она.

Он мысленно вернулся к тому, как она опустила древко копья на голову последнего волка, а затем опустила еще дважды. Она не была ребенком и не заслуживала, чтобы с ней обращались как с ребенком. Он мог дать ей хотя бы это.

— Иди, — сказал он, протягивая ей свою дубинку. — Возьми это для поездки сюда.

Ее глаза сверкнули, но она взяла оружие и без колебаний последовала за Куином, когда он рысцой направился обратно к тропинке.

Хотя Яромир почувствовал вспышку нежеланного страха в груди, вместе с желанием схватить ее сзади, поднять с земли и приказать сесть в повозку, он прикусил губу и повернулся обратно к лагерю. Эмили не могла чувствовать себя бесполезной, и он это знал.

Кроме того, у него были люди, которых он должен был защищать, солдаты, которых нужно было организовать… и неестественный волк, которого нужно было выследить.

Идя за Куином, Эмили сделала два шага к нему, но она знала, что он торопится. Она не боялась. Он выглядел таким же сильным и быстрым, как Яромир, и у нее было чувство, что он знает, как пользоваться этим копьем. У нее была дубинка, которая была хороша для ближнего боя. Она была уверена, что вдвоем они справятся со всем, что попадется им на пути.

И хотя она продолжала подавлять это чувство, она была благодарна Яромиру за то, что он позволил ей занять свое место среди солдат, помогая защитить семьи Мондялитко и других шахтеров.