Баира Буваева – Дети Темной Матери (страница 1)

Баира Буваева

Дети Темной Матери

Эта книга – не о детях. Она – о нас.

О тех, кем мы были, прежде чем стали тише.

Когда-то каждый из нас был криком. Светом. Песней.

А потом – чем-то случилось.

Кто-то не услышал. Кто-то ударил. Кто-то молча отвернулся.

И вот – из света осталась тень. Из песни – эхо. Из сердца – урна.

Эта книга собрана из осколков.

Каждая притча в ней – как ступень в подземелье, по которому спускается Душа.

Чтобы найти то, что спрятано глубже страха:

Имя. Память. Возвращение.

Здесь нет сказок со счастливым концом.

Но есть правда. Горькая, как зола.

Теплая, как дыхание перед смертью.

И живая – как шаг в сторону себя.

Вы держите в руках голос Тех, кто когда-то был забыт.

Они – не жертвы. Они – клинки.

Они – дети Темной матери

пришедшие из тьмы не за местью – за восстановлением равновесия.

Каждая притча рассказывается от их лица.

Каждая – это не просто история. Это зеркало.

Заглядывая в него, вы рискуете вспомнить.

Себя. Маленького. Настоящего.

Того, кто ждал, что за ним придут.

И пусть первой, кто войдёт в ваше сновидение,

будет Она – Тёмная Мать,

та, что не боится ваших сломанных крыльев

и всегда знает, как переплавить их в черное сердце.

Я – Тёмная Мать. Когда-то я была женщиной, у которой были дети. Их отняли – война, магия, ложь и забвение. Я умерла на костре, но вернулась из праха, чтобы найти тех, кого не спас никто.

Вы – мои дети. Вы – мои клинки. Я собрала вас из обломков и слёз, чтобы вы научились видеть свою боль – и стать сильнее. Каждая из этих притч – это голос одного из вас. Читайте их, как шрамы. Читайте их, как заклинания.

И если однажды ты снова станешь невидимым – помни: Я вижу тебя. Я зову тебя. Я – твоя Тень.

Отверженный (Травма отвержения)

Притча 1. Тот, кто стал Невидимым

Когда мальчик родился, у него было имя, которое светилось, как звезда. Но никто не смотрел в его сторону.

Мать держала его на вытянутых руках, отец молчал, и даже ветер проходил сквозь него, не тронув кожи.

Сначала он стал тихим. Потом – лёгким. А потом – прозрачным.

Люди проходили мимо, не замечая, как он исчезает, как пальцы его теряют плоть, как голос уходит в песок.

Он сел под лестницей и начал стирать себя: слово за словом, жест за жестом.

Он думал, что если станет полностью невидимым, то хоть кто-то вдруг удивится его исчезновению.

Но никто не заметил. Даже тени.

И тогда он ушёл вглубь.

Дальше, чем улицы. Глубже, чем подвалы. Сквозь трещины сна и шелест забытых писем.

Он оказался в месте, где всё было сделано из шёпота.

Там его ждали.

Женщина в чёрном, с амулетом из пепла, подошла к нему, как будто знала, где он.

– Я вижу тебя, – сказала она.

– Ты… не должна. Я – никто.

– Неправда. Ты – мой.

Она дала ему имя из чёрной ткани, вырезанное в полнолуние.

И он стал Клинком Тени – тем, кого не видно, но кто видит всё.

И с тех пор каждую ночь он находил тех, кого забыли. И шептал им:

"Я тоже был невидим. Но нас видит Мать."

Притча 2. Стеклянный мальчик

У мальчика была кожа, сквозь которую просвечивали сны.

Вены его пульсировали тусклым светом, как крошечные лампы, а сердце билось хрупко, с тонким звоном, как фарфор.

Но никто не видел этого.

– Ты слишком чувствительный, – говорили ему.

– Ты слишком странный. Прозрачный.

Он старался стать обычным. Красил ладони землёй, ел глину, чтобы стать плотнее.

Но всё оставалось как было – стекло внутри звенело, и каждый взгляд оставлял трещину.

Однажды кто-то ударил его словом – и оно раскололо его грудную клетку.

Он не плакал. Просто исчез в осколках.

Он ушёл далеко, в место, где никто не называл имён, где даже зеркала прятались от себя.

И там, среди обломков, зазвенел голос.

– Ты хрупкий не потому, что слаб. А потому, что носишь свет.