Бахтик Аширов – Тмиур и его Пришельцы (страница 3)

Фантастику любил… но только в виде экранизаций. Чтение? Нет, спасибо, для этого есть фильмы и сериалы, а для эффекта присутствия компьютерные и мобильные игры. В общем, типичный представитель поколения Z, для которого «книга» – это кнопка на электронной читалке.

Ой… Кажется, наш земной герой начинает приходить в себя. Он дёрнулся и вернулся из полной темноты в реальность, открыв глаза. Голова болела в районе лба, и, потрогав его рукой, он обнаружил сочащуюся кровью шишку, которая, судя по всему, и была источником боли. Оглядевшись, Тимур увидел, что лежит на земле. Темнота вокруг не давала хорошего обзора, но можно было предположить, что он оказался в строительном котловане, куда свалился с десятиметровой высоты. Он попытался подняться, но резкая боль в лодыжке заставила его вскрикнуть. Простонав ещё с минуту, он наконец достал мобильник и понял, что ему конец: экран был разбит, а сам телефон не подавал признаков жизни.

Тогда он вспомнил, что в кармане лежит зажигалка с фонариком. С трудом достав её, он посветил вокруг. Слабый луч света выхватил из темноты очертания глубокого котлована с отвесными стенами. Тимур заметил, что при падении зацепился ногой за торчащий кабель, который изменил траекторию его полёта – вместо того чтобы упасть на ноги, он перевернулся и ударился головой. Вероятно, именно это и стало причиной его потери сознания и неудачного вывиха лодыжки.

Тимур понимал, что если не выберется из котлована, то ему придётся куковать тут до утра, наслаждаясь романтикой бетонных стен и компании одиноких крыс, которые, в отличие от него, хотя бы знали, куда ползти. И не факт, что даже утром кто-то заметит его художественно раскинувшееся тело на дне. Всё-таки стройка – место суровое, а брошенные вещи тут обычно не привлекают внимания, даже если эти «вещи» умеют стонать от боли.

Надо было что-то делать. Тимур прищурился в темноту, силясь различить хоть что-то, кроме собственного кипиша. Где-то впереди, кажется, маячила лестница. Или кусок лесов. Или игра воображения, которое уже начинало выдавать бонусные галлюцинации.

Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Нет, паника – это не его стиль. В такие моменты он вспоминал своего кумира. Того самого – с ледяным взглядом, хищной походкой и голосом, который мог бы рубить сталь. В детстве Тимур пересматривал фильмы с ним до дыр, мечтая стать таким же: спокойным, опасным, неуязвимым. Тот герой, попав в самые дерьмовые передряги, всегда находил выход, причём без нытья и рефлексии. Даже когда его оставили умирать на чужой планете, даже когда он ломал себе кости – он справлялся.

"Ну, я, конечно, не он, но хуже уже не будет", – подумал Тимур, придавая себе чуточку больше уверенности. Он медленно оглядел пространство, пытаясь найти что-то, что можно использовать. И нашёл!

Опалубка. Её кто-то залил бетоном, но арматуры всё ещё торчали из неё, выстраиваясь в аккуратный ряд, словно приглашая воспользоваться. Отличное место для медицинского само произвола.

Он пополз к этому участку, стараясь двигаться плавно, как его лысый герой с фиолетовыми глазами фуриянца. Тот бы не корчился от боли, не шипел сквозь зубы, не матерился в полголоса. Тот бы действовал холодно, расчетливо. Тимур собрал волю в кулак, встал на одну ногу и аккуратно пристроил свою несчастную лодыжку в идеально подходящую для пыток – пардон, лечения – щель.

"Просто не забудь потом сказать, что это было легко", – мелькнуло у него в голове, когда он сжал зубы и приготовился к самому неприятному моменту.

Тимур нажал кнопку фонарика, и свет действительно появился – но совсем не тот, что он ожидал. Вместо тусклого луча фонарика, еле пробивающегося сквозь пыль и темноту, сверху обрушился мощный, ослепительно-белый столб света. Он был настолько ярким, что на мгновение всё вокруг превратилось в сплошное сияющее пятно.

Тимур зажмурился, но уже через секунду почувствовал что-то странное. Земля под ногами словно потеряла свою твёрдость. Ощущение было такое, будто его подхватили невидимые руки и начали поднимать. Он резко открыл глаза – и увидел, что не один. Всё, что лежало в круге этого света, тоже поднималось: его рюкзак, камешки, куски досок, даже торчащие из бетона арматуры слегка дрожали, будто колеблясь на грани того, чтобы отправиться следом.

– Ч-что?! – выдохнул он, чувствуя, как его ноги теряют контакт с землёй.

Паника хлынула в голову ледяной волной. Сердце бешено застучало, мышцы судорожно напряглись, но никакой опоры уже не было. Он висел в воздухе! Настоящее, чёртово, парение, как в плохих фантастических фильмах, где герой вопит и машет руками. Он бы тоже завопил, но от ужаса горло сжалось.

Он попробовал дёрнуться, попытался ухватиться за край арматуры, но пальцы скользнули мимо. Что-то неведомое, невидимое и совершенно не спрашивающее его разрешения, уверенно тянуло вверх.

И вот тогда он понял. Его забирают. Не стройка, не прожектор, не шутки усталого сознания. Летающая. Тарелка.

В свете над ним что-то двигалось. Размытые очертания металлических пластин, мерцающие синим огоньки, плавно поворачивающиеся механизмы. Тимур задрал голову и увидел, как прямо из темноты ночного неба медленно распахивается круглый люк.

– НЕТ, ЧЕ ЗА НА, КУДА МЛЯ! – заорал он, замахав руками в отчаянной попытке хоть как-то сопротивляться.

Но было поздно.

Сила, какая бы она ни была, втягивала его всё выше. Лёгкий ветерок коснулся лица, волосы взъерошились. Мир вокруг расплывался, и вот уже ночная стройка осталась далеко внизу. Тимур продолжал орать, пока его, вместе с рюкзаком и кучкой бесполезного хлама, засасывало в сияющий зев корабля.

Глава 4

Медицинский отсек был залит мягким голубоватым светом, создающим атмосферу спокойствия и стерильности. В центре комнаты возвышался прозрачный саркофаг, наполненный тонкими нитями энергетических полей, которые мягко пульсировали, словно живая паутина. Внутри лежал человек, без сознания, его тело казалось хрупким и беззащитным на фоне высокотехнологичного окружения. Рядом стояли двое инопланетян: Варриал – опытный лекарь с холодным, аналитическим взглядом, и Хартуун – капитан исследователь, чьи глаза светились любопытством и интересом к неизведанному.

ХАРТУУН (с любопытством, наблюдая за саркофагом): Что скажешь, Варриал? Насколько он повреждён?

ВАРРИАЛ(вздыхает, сверяясь с показаниями сканера): Обычные травмы. Вывих, ушибы, сотрясение. Честно говоря, удивительно, что он ещё жив после того, через что прошёл. Эти существа… такие хрупкие, но умудряются выживать. Я немного подкорректировал и внес изменения. Улучшил так сказать.

ХАРТУУН(задумчиво): Любопытно. Их физика кажется примитивной, но она всё же удивляет.

ВАРРИАЛ(сухо, с оттенком сарказма): Да чему тут удивляться? Его тело – это просто набор биологических рычагов, наполненный жидкостями и химическими реакциями. Всё бы ничего, если бы их системы не были такими… нестабильными. Малейшее внешнее воздействие – и они рушатся. Хотя, надо отдать должное, у них есть защита в виде иммунитета, хоть и слабого.

ХАРТУУН (с интересом): А что насчёт их разума? Мы ведь захватили его не просто для изучения его телесных возможностей.

ВАРРИАЛ(усмехается, активируя нейросканер): О, это отдельная тема. Его мозг – это хаос. Обрывки знаний, примитивные инстинкты, странные фантазии… и везде мелькают какие-то нелепые страхи на всё незнакомое, например, на нас.

ХАРТУУН(подымает бровь): То есть, они нас боятся?

ВАРРИАЛ(кивает, указывая на голографический экран): Именно. Про нас вообще интересно. В их сознании мы либо злобные захватчики, либо бездушные экспериментаторы. Одно из двух.

ХАРТУУН(посмеиваясь): Как забавно. Если мыслить на их волне, они либо захватывают сами, либо боятся, что с ними сделают то же самое?

ВАРРИАЛ(иронично): Ты уловил суть. Но чтобы узнать подробнее, нужно с ним пообщаться.

ХАРТУУН(делает паузу, затем решительно): Согласен. Мы не сможем понять их по-настоящему, если будем просто копаться в его мозгах и теле. Нам нужен контакт.

ВАРРИАЛ(настороженно): Опасно. Его инстинкты могут сработать, как только он очнётся. Он склонен к панике.

ХАРТУУН(спокойно): Тогда мы отключим его двигательные функции. Пусть осмотрится, поймёт, что не в опасности. Мы дадим ему время привыкнуть.

ВАРРИАЛ(неохотно, но соглашается): Ладно. Но если что-то пойдёт не так – я активирую протокол изоляции.

ХАРТУУН(кивает, нажимает на панель управления): Начинаем. Активируем его сознание.

Глава 5

И вот Тимур открыл глаза. Голова гудела, как после тяжелого вечера с паленым пивом, а тело ватное, будто его выкрутили и забыли собрать обратно. Он сразу смекнул, что его не просто вырубили, а сделали это по-полной, да еще и чем-то накачали. Руки-ноги не слушались, будто их вообще нет, но глаза и уши работали. Это он понял, когда услышал какой-то непонятный шелест, как от сломанного телевизора.

Перед лицом была какая-то матовая хрень, которая через пару секунд съехала в сторону. Воздух вокруг был холодный, как в подвале у бати, когда он там картошку хранит. Потом его тело вдруг встало вертикально, и Тимур увидел, что он в какой-то непонятной лаборатории. Только это точно не земная лаборатория, потому что все вокруг блестело, как новая тачка, и светилось, как неон в клубе.