Б. Р. Майерс – Призрак Сомерсет-Парка (страница 16)

– Нет! – шмыгнула носом Флора. – Хотя Мэйзи удалось-таки покрасоваться в платье последний разок. Ее в нем схоронили.

Я кивнула и положила руку ей на плечо. Она перевела взгляд на мою постель, где лежала закрытая Книга духов.

– Это чтобы духи могли написать послание с того света, – негромко объяснила я.

Флора подошла к постели и коснулась обложки книги.

– Мэйзи плясать любила, – сказала она. – А уж волосы у нее какие красивые были! Она умела плести любые косы. – Флора промокнула глаза рукавом.

– А если бы была возможность снова поговорить с Мэйзи, ты бы этого хотела? – спросила я, чувствуя, что Флора все больше и больше мне доверяет.

В комнате становилось темнее. Свечи, зажженные Флорой, создали нужное настроение. Не придется слишком стараться, убеждая ее, что Мэйзи здесь, с нами. Требовался лишь небольшой сигнал, знак с той стороны. Я зажгла свечу на трюмо и опустила на нее защитную колбу.

– Мэйзи боялась темноты, – прошептала Флора.

– Для нее не существует темноты, – отозвалась я. – Духи тянутся к пламени свечи.

То, что не подвластно взгляду людей, они восполняют сердцем. Сердце видит.

Я взяла Книгу духов и вспомнила, что внутри все еще лежит записка миссис Хартфорд. Пришлось зайти с другой стороны.

– Обычно я прошу написать послание на карточке и оставляю его между страницами книги, а когда открываю ее, с другой стороны появляется ответ.

Флора слегка выпятила нижнюю губу.

– Я не очень хорошо пишу.

– Это ничего, – улыбнулась я. – Помнишь, я говорила, что в тебе особенное сияние? Это большая редкость. В твоем случае нужно всего лишь положить ладонь на книгу и мысленно задать вопрос. Хочешь узнать, ответит ли Мэйзи? – Я поднесла книгу к ней.

Флора опустила дрожащую руку на обложку Книги духов, а потом крепко зажмурилась. Ее губы зашевелились, что-то неразборчиво шепча.

Не было необходимости писать новое послание в Книге. То, что осталось после сеанса миссис Хартфорд, все еще лежало внутри. Узнав, что Мэйзи пребывает в лучшем мире, Флора станет больше мне доверять. Я уже вообразила, как мы с ней вдвоем пробираемся в комнату Одры этой же ночью.

Флора открыла глаза и быстро кивнула.

Тогда я положила свою руку поверх ее руки. Что сказать ей, я сочиняла прямо на ходу.

– Есть ли здесь кто-нибудь, кто желает поговорить с нами? – спросила я и помедлила, чтобы вой ветра, доносившийся снаружи, заполнил тишину. – Мэйзи, ты здесь? Мэйзи, ты хочешь поговорить с Флорой?

Свеча на трюмо погасла.

Флора ахнула. Сама природа словно помогала мне осуществить план: ветер усилился и принялся яростно биться в окна.

– Мэйзи злится… – сказала Флора.

– Нет, она не злится, – успокоила я ее. – Она просто взволнована. Порой призраки не умеют контролировать потоки окружающей их энергии.

С криком Флора оторвала ладонь от Книги.

– Она жжется! – Томик с глухим стуком упал на ковер. Я удивленно смотрела, как Флора, спотыкаясь, бросилась к двери. – Простите, мисс! То есть Дженни… Но я не могу говорить с Мэйзи!

Ее шаги вскоре затихли в коридоре. Я огорченно поникла. Флора, наверное, так перепугалась, что теперь не подойдет ко мне и на расстояние плевка. Ветер внезапно унялся. Книга духов открылась на потайной странице.

Пришлось несколько раз поморгать, потому что я не поверила своим глазам. В животе у меня все будто оборвалось. Вместо послания мистера Хартфорда, написанного моей рукой, на странице красовался чей-то изящный мелкий почерк. Там было всего два слова, но повторялись они столько раз, что заполнили обе стороны дощечки. Поначалу разборчиво, затем очень неряшливо, будто пишущий постепенно впадал в панику.

Всего два слова, вновь и вновь.

Помоги мне.

Глава 15

Леди Одра Линвуд

Запись в дневнике

Сомерсет-Парк,

25 ноября 1851 года

Дружочек,

две процедуры кровопускания не помогли, и здоровье отца стремительно ухудшается. Уже несколько раз он выбирался ночью из своей комнаты, а находили его бродящим у обрыва. Ничего не поделаешь, пришлось запирать дверь и оставлять кого-то дежурить у его постели. Я стараюсь бывать с ним как можно дольше, но глядя, как болезнь пожирает отца, я чувствую, что горе разъедает мое сердце, будто соленая вода – скалы, в которые она бьется. Я боюсь утонуть в его страданиях.

Сегодня днем нам нанес визит доктор Мэйхью. Осмотрев отца, доктор отвел меня в сторону и признался: он сделал все, что было в его силах. Теперь нам остается лишь ждать.

Слуги все смелее перешептываются о проклятии. Они так сильно его боятся, что, кажется, с нетерпением ждут, когда же отец умрет. Миссис Донован слушала наш с доктором разговор без капли сочувствия, и теперь мне хотелось бы знать, что за успокоительный чай она подает отцу.

Уильям предложил сменить меня у постели отца, когда глаза начнут слипаться так, что мне потребуется отдых. Он был так мил, совсем не похож на того безрассудного мальчишку-смутьяна, которого я знала прежде. Я подслушала, как мистер Локхарт говорил доктору Мэйхью, что минуты сильных переживаний способны пробудить в человеке лучшие черты. Надеюсь, это означает, что из Уильяма выйдет джентльмен – тот, на кого я смогу положиться. Кому я смогу довериться всем сердцем.

Глава 16

Я бросилась вниз по парадной лестнице. Я уже давно согрелась, и теперь мной владела ярость. Я подошла к кабинету мистера Пембертона и даже занесла руку постучать. За дверью послышались шорохи. Должно быть, хозяин Сомерсета работает там за своим письменным столом.

– Что вам угодно? – поинтересовалась миссис Донован, которая внезапно выскользнула из тени, словно была соткана из самой тьмы.

– Кто-то побывал в моей комнате, – заявила я, – и переворошил мои вещи.

Экономка все так же невозмутимо взирала на меня.

– Немногим ранее я заходила в вашу комнату, мисс Тиммонс, и могу заверить: я ничего не трогала. Лишь оставила несколько платьев в гардеробе и кое-что в трюмо. Все ли вы нашли? Надеюсь, наряды пришлись вам по вкусу. – Экономка оглядела мое платье сверху донизу. – Мне показалось, будто вы не прочь переодеться.

На щеках у меня вспыхнул румянец. Складывалось впечатление, что миссис Донован, даже будучи прислугой, держала весь дом в кулаке. Я постаралась говорить спокойно:

– Я бы предпочла иметь ключ от отведенной мне комнаты и самой следить за сохранностью своего имущества.

– Я в ответе за все ключи в этом доме, – холодно возразила она. – Вам нет никакой необходимости иметь отдельный ключ. У вас есть что-то особенно ценное и вы желаете отдать это на хранение? Я сама спрошу у его светлости. – Она шагнула вперед и трижды быстро постучала в дверь.

– У меня нет ничего такого, что могли бы украсть, – сказала я. – Но я бы хотела, чтобы мои вещи никто не трогал. И еще я предпочла бы запираться на ночь.

Она по-прежнему сверлила меня непреклонным взглядом. Это было все равно что пытаться обыграть в гляделки статую.

– Мистер Локхарт пообещал удовлетворять все мои нужды. Мне требуется ключ от моей комнаты, или я уеду сегодня же. – Последние слова я произнесла несколько громче, чем намеревалась, однако нервы мои были уже на пределе, и я едва не плакала.

Черты миссис Донован разгладились. Под маской раболепия, умение надевать которую – я нисколько в этом не сомневалась – экономка отточила за долгие годы службы в Сомерсет-Парке, таился намек на жестокую улыбку.

Дверь открылась. На пороге появился мистер Пембертон. Он внимательно осмотрел нас с миссис Донован. Я безотчетно опустила голову, вспомнив, как оконфузилась при нашем последнем разговоре. На хозяине Сомерсет-Парка были сапоги для верховой езды.

– В чем дело? – спросил он. В его голосе отчетливо слышалось нетерпение.

Миссис Донован и не подумала изобразить покорность. Вместо этого она выше задрала подбородок.

– Ваша гостья требует собственный ключ от комнаты, милорд, – сказала она.

Я наконец посмотрела на него, намереваясь настоять на своем. Волосы мистера Пембертона были растрепаны как от ветра, а пахло от него так, словно он только вернулся с улицы. Хозяин Сомерсета пристально смотрел на меня и ждал, однако слова будто улетучились из моей головы. Я представила, как объясняю, что нашла в Книге духов послание со словами «Помоги мне», однако он лишь возразит, что это просто дешевые фокусы. Для него я фальшивый медиум, которого он шантажом привлек на свою сторону. Какое ему дело, даже если кто-то рыскает по моей комнате? Я решила промолчать.

Мистер Пембертон перевел взгляд на экономку, но уже не с таким раздосадованным видом.

– В этом доме каждый, кто пожелает, может иметь собственный ключ, – сказал он. – Полагаю, прошлое нас многому научило. Если мисс Тиммонс просит ключ от своей комнаты, она его получит. Будьте добры, принесите его из вашего кабинета внизу.

– Разумеется, милорд. – Экономка едва заметно кивнула и потянулась за большим кольцом с ключами, что висело у нее на поясе. – Ключ у меня как раз при себе.

Она тщательно выбрала ключ, отстегнула его от кольца, поднесла почти к самому носу, внимательно осмотрела и лишь потом передала мне.

Забирая ключ, я почувствовала, как неохотно она выпустила его из руки.

– Благодарю, – ответила я.

Миссис Донован не обратила на меня никакого внимания и повернулась к хозяину Сомерсета.