Б. Истон – Рыцарь (страница 27)

– Что, даже Колтон? – спросил Рыцарь, приподняв бровь.

«Блин, ты что, вообще не моргаешь? Прекрати на меня так смотреть!»

– Ну, он пытался, но… – Я закрыла лицо руками, продолжая стискивать стаканчик. – Фу! Это так стыдно! Сейчас же отвернись! Ты меня пугаешь, и вообще!

Я почувствовала, как стаканчик покидает мои пальцы, и услышала благословенный звон стекла.

– На. – Поглядев сквозь пальцы, я увидела, что Рыцарь, повернувшись ко мне спиной, протягивает назад мою наполненную рюмку.

Ладно. Это очень мило.

– Спасибо. – Я отпила еще глоточек. Вес стаканчика в руке и легкое онемение на губах немедленно снизили мое волнение на несколько баллов.

Эта хрень реально успокаивает.

– Зачем же ты их прокалываешь, если не хочешь, чтобы их кто-нибудь увидел? – Рыцарь все еще был ко мне спиной, и его голос был тихим. И любопытным.

– Я хочу, чтобы их увидели! Я просто хочу, чтобы они сперва, не знаю, стали красивее. – Поморщившись от собственной честности, я сделала еще глоток сыворотки правды-тире-обезболивающего. – А это дешевле, чем операция.

Рыцарь выкашлял смешок:

– Да уж, хирург вряд ли принял бы подделанную записку с разрешением от родителей.

– Даже и не знаю, мужик. Я отлично подделываю все разрешения, – хихикнула я.

Рыцарь повернулся и пододвинул ко мне свой столик с инструментами.

– Ладно, – сказал он. – Давай посмотрим на эти ужасные сиськи, о которых ты столько говоришь.

Я рассмеялась и допила свой виски. Поставила рюмку на подлокотник кресла и сказала:

– К черту! Ты готов?

– Даже и не знаю. Это напоминает фрик-шоу. – Рыцарь улыбнулся – во всю ширь, – и в этот момент я почувствовала непреодолимое желание поцеловать его. Вот просто схватить его лицо и зацеловать насмерть за то, что он делает для меня, и что смешит, и поит виски, и покупает мне еду. Когда он так улыбался, я была готова на все. Он показывал мне кого-то другого – красивого парня с отличными зубами, накачанным телом и россыпью золотистых веснушек на переносице. Парня, которому я могла бы показать сиськи – после пары глотков дешевого виски.

Прежде чем передумать, я быстро стянула через голову свою футболку, – стараясь не зацепить сережки и не размазать подводку, – сделала глубокий вдох и расстегнула свой красный кружевной лифчик. Это была мощная модель – та, где скользкие чашки изнутри наполнены жидкостью. И до этого момента я даже из горящего дома без них не выбежала бы.

Выдохнув и от всей души желая, чтобы свет не горел, я крепко зажмурилась и медленно стянула с рук этот двухкилограммовый предмет туалета, который упал кучей к моим ногам.

Господи, спасибо за виски.

– Эй… Погляди на меня… – сказал Рыцарь, чуть громче, чем шепотом.

От того, что я увидела, открыв глаза, мне еще больше захотелось его поцеловать. Он продолжал улыбаться. Прямо мне в лицо. Он не пялился на мои сиськи в ужасе или отвращении. Он улыбался.

– Ты очень красивая.

Моргнув на этот комплимент, я сложила на груди руки, как бы защищаясь, внезапно ощутив себя очень голой.

– Спасибо, – выдохнула я.

Ловко меняя тему, Рыцарь протянул руку и вручил мне пластиковый ящик, где лежало много маленьких пакетиков с украшениями.

– Выбирай свою отраву.

Они были прехорошенькими. Тут были простые гантельки, изогнутые гантельки, круглые бубенчики, колечки с разноцветными бусинами и такие изогнутые штуки, на концах у которых были дьяволовы рожки.

Через пару минут я сдалась.

– Знаешь, лучше ты сам что-нибудь выбери, а то мы тут всю ночь просидим. Я хочу все.

– Точно? – испытующе, как будто это был какой-то экзамен, прищурился Рыцарь.

– Да, и давай скорее! А то я тут сдохну!

Хихикнув, Рыцарь порылся в ящике, как будто точно знал, что ему нужно. Потом вынул оттуда что-то и положил на шкаф позади себя так, что я не могла увидеть, что это.

Я откинулась на кресле и прикрыла правой рукой глаза, а левой – свою девичью грудь от жестокого внешнего мира.

Я слышала, как Рыцарь где-то вдалеке говорит что-то о щипке и… не знаю о чем. Я от него отключилась. Вместо этого я наполнила голову мыслями о лице Ланса, когда он увидит мои новые, прекрасно украшенные соски. Я чувствовала, как меня касаются пальцы в перчатках, осторожно опускающие мою руку вниз. Я чувствовала, как правый сосок туго, но не больно, зажимают в металлических щипцах. Потом я услышала, как Рыцарь говорит: «Три… два…», – и тут меня всю пронзило ярко-белым всплеском боли.

Это. Было. Больно. Я закусила губу и теснее вжала лицо в сгиб локтя, а другой рукой изо всех сил вцепилась в край кресла, борясь с собой, чтобы не завыть.

– Глубоко вдохни и медленно выдохни.

«Слова. Рыцарь говорит слова. Биби, сосредоточься. Что он сказал? Дышать? Да, надо дышать».

Я глубоко вдохнула, а на выдохе Рыцарь вытащил из меня иглу и вставил украшение. Резкая боль тут же сменилась тупой и ноющей.

– Ну, вот и все, Панк. – Я потянулась взглянуть, но Рыцарь прикрыл мой сосок рукой в перчатке и сказал: – Не-не-не. Только когда закончим.

– Что, еще раз? – захныкала я, снова закрывая лицо локтем.

Спустя пять минут (и еще одно жестокое испытание) я стояла перед зеркалом, висевшим над шкафчиком с инструментами, и глядела на себя в полном восторге.

– Боже мой, Рыцарь, как мне нравится! Это крылышки?

Рыцарь все еще сидел на своей табуретке, давая мне насладиться моментом, но я чувствовала его взгляд.

– Ага. Это простые гантельки с серебряными крылышками, которые навинчиваются, а не вдеваются. Мы получили их только пару дней назад, и я почему-то отложил их к себе.

– Потому что они офигенные.

Рыцарь немного помедлил.

– Ну да. – Его голос захрипел, и мне показалось, что он говорит не об украшениях.

Ладно, стриптиз окончен.

Я хотела попросить Рыцаря передать мне майку и лифчик, но тут сообразила, что тогда он поймет, что там вода и все это весит сто тыщ кило. На один вечер вполне хватило унижений и без этого. Прикрывшись рукой, я проскользнула мимо Рыцаря и схватила свою одежду. Отвернувшись, я быстро оделась и снова боком присела на кресло.

– Сколько я тебе должна? – Это был чистый блеф. У меня не было чертовых денег. Максимум баксов двадцать.

– В подарок от заведения. Считай, это на день рождения.

– Но это твой день рождения. Это я должна была сделать тебе подарок.

– О, ты и сделала, – сказал Рыцарь, облокачиваясь о шкаф. Он посмотрел на меня, словно прикидывая, вынесу ли я то, что он собирается сказать. – Ты показала мне самую красивую пару сисек, какие я видел, и позволила пустить из них кровь. Это самый лучший чертов подарок, какой я мог получить.

– Господи, Рыцарь. – Я снова прикрыла грудь рукой, чувствуя себя такой беззащитной, что напрочь забыла, что уже одета. – Что за херня.

Рыцарь скрежетнул зубами, и я тут же поняла, что сморозила глупость.

Черт. Сигарета. Мне нужна сигарета. И воздух. И темнота, чтобы я не видела этого его взгляда.

Пытаясь скрыть свое отвращение к его последней фразе, я соскочила с кресла и схватила сумку.

– Ну, ты можешь дать мне закурить. Пошли.

Когда мы выходили, я думала: «Биби, ну просто класс. Ты тут одна, в городе, ночью, со злобным скинхедом, которому нравится пускать кровь, и ты не можешь ни защититься, ни самостоятельно добраться домой. Супер-пупер».

Рыцарь распахнул заднюю дверь и подпер ее куском бетона, который скорее всего отвалился от ступенек. Воздух снаружи был сырым, но прохладным. К моему сожалению, лето уже отпускало город из своих челюстей.

Покопавшись в своей глубокой, покрытой заклепками и пуговицами пушистой сумке в тигровую полоску, я вытащила пачку «Кэмел» и зажигалку, которую Рыцарь тут же вытащил из моих пальцев. Он вынул две сигареты, сунул их в рот и раскурил мою первой.

После долгой затяжки Рыцарь нарушил молчание:

– Когда тебе надо быть дома?