Б. Истон – Гонщик (страница 11)

– Да, – это вырвалось у меня изо рта резче, чем я собиралась. Я думала сказать это в таком ключе, типа «Ну», или «А сам ты как думаешь?».

Харли сжал челюсти и хрустнул костяшками пальцев.

– Он… резал тебя? – спросил он тихим, но страшным голосом.

У меня перед глазами промелькнул образ ножа-бабочки Рыцаря. Как он учил меня раскрывать и закрывать его одним движением. Как он надрезал им мою ногу, когда я кончала под его губами. Как он высасывал кровь из раны, а я сжимала в себе его пальцы.

– Да, – сказала я, глядя перед собой и ничего не видя. – Да.

Вырвавшись из прошлого в настоящее, я повернулась к Харли.

– А ты откуда об этом знаешь? – спросила я. Воздух из кондиционера не мог охладить моих пылающих щек.

– Я как-то жил в одном доме в Литтл Файв Пойнтс с кучей панков и скинов, – ответил Харли. – Одна из моих соседок была скинская телка, ее звали Дарла. Она тусовалась в Духе Шестьдесят Девять.

Моя рука взлетела ко рту, прикрывая безмолвный вскрик. Я знала, чем кончится эта история. Рыцарь мне рассказывал. До меня у него были только скинские телки, которых он снимал в Духе Шестьдесят Девять – баре, где он помогал убираться после закрытия. Когда я спросила, встречался ли он с кем-то из них, Рыцарь ответил: нет, после того, что он с ними делал. Он признался, что причинял им боль. Сказал, что ему нравится «пускать людям кровь». Рыцарь вот так стоял передо мной и говорил, какое он чудовище, а я закрывала на это глаза, потому что в том же самом разговоре он признался мне кое в чем другом. В том, что любит меня.

– Ты ее знаешь? – спросил Харли. Мускулы его лица уже разжались.

Моргнув, я покачала головой.

– Ну так вот, твой дружок изрезал ей всю задницу. Мне пришлось везти ее в больницу, ее там зашивали и делали прививку от столбняка после того, что он с ней сделал.

Зажмурившись, я пыталась отогнать слезы.

Бедная Дарла.

Бедный больной, психический Рыцарь.

– Он тебя тоже так резал? – спросил Харли громче.

Я затрясла головой.

– Но он поднимал на тебя руку?

Я помедлила. Мне хотелось снова помотать головой, но Харли уже знал ответ. И я была никудышным вруном.

– Блин! – заорал Харли, ударяя кулаком по панели. – Богом клянусь, если я когда-нибудь увижу засранца, я его убью.

Благодаря кошачьим рефлексам, которые развились у меня, пока я была подружкой Рыцаря, внезапная вспышка Харли заставила меня подскочить на сиденье. Заметив мою чрезмерную реакцию, Харли, нахмурив брови, потянулся ко мне.

– Эй, – сказал он, беря меня за руку и глядя своими щенячьими глазами. – Я не такой, как он, честное слово. Я никогда не делал женщинам больно. Никогда. Даже если ты дашь мне в морду. Вот. Видишь? – Харли поднял мою руку и ударил ею себя по щеке, снова и снова, всякий раз издавая хлопающие звуки. И не переставал, пока я не начала истерически смеяться.

– А что, если я дам тебе по яйцам? – спросила я сквозь слезы.

– Давай проверим, – сказал Харли, перемещая мою руку от лица к ширинке.

Завизжав, я вырвала руку.

– Козел! – захихикав, я шлепнула его по рукам.

– Ты, похоже, промахнулась. Яйца у меня ниже, – заметил Харли, поднимая бедра и с ухмылкой указывая на выступающую часть.

Я засмеялась, думая, за что же мне так повезло. Я три месяца молилась о ком-то, кто смог бы защитить меня от злобного Рональда Макнайта. О ком-то, кто воспрепятствовал бы ему, вместо того чтобы поднести ему меня на тарелочке, как только он напряжет свои стероидные мышцы. О ком-то, кто не побоялся бы связаться с самим чертом. И вот он – сидит на моем пассажирском сиденье, смешит меня и пытается заставить потрогать своего Джонсона.

Харли Джеймс и вправду был подарком богов.

Глава 8

Я неделями просила на работе дать мне дополнительные смены, и они решили пойти навстречу моей просьбе именно в этот вечер.

Кто-то из сотрудников заболел, и меня попросили несколько дней поработать в вечернюю смену. Я, наверное, могла бы придумать какой-то предлог и отказаться, но А) я очень плохо вру, Б) мне нужны были деньги и В) в тот момент, когда мне позвонили, я была в секунде от того, чтобы зубами сорвать с Харли его промасленную одежду, и я как-то запаниковала.

Я знала этого парня всего два дня. Два дня, и я уже втрескалась. Я помнила, что Джульет говорила, что он еще в школе был бабником. И что его брат говорил, что он был бабником и после школы. И, как бы я ни хотела снова видеть Харли, я знала, что мне надо притормозить. Он стал для меня светом в конце длинного, темного туннеля, и, несмотря на то что этот свет запросто мог оказаться огнями приближающегося поезда, я все равно стремилась ему навстречу.

Подъезжая в четверг к дому Харли, я сосредоточилась на том, чтобы снять ногу со сцепления только после того, как выключу двигатель, на случай, если бы Харли меня увидел. Как можно небрежнее я посмотрелась в зеркало заднего вида и дрожащими руками взяла свои ключи и солнечные очки. Как только я вышла под лучи полуденного солнца, мое сердце сжалось в груди сильнее, чем сжималась моя задница в пушистых бархатных штанах тигровой расцветки.

Я говорила себе, что надела эти штаны потому, что все остальное было в стирке, но даже сама себе соврать не могла. Я знала, надевая утром эти полосатые, эластичные, шлюховатые штаны, что хочу, чтобы Харли стянул их с меня. На самом деле всю дорогу до его дома я была вынуждена бороться с чувством вины, вызванным моим католическим происхождением.

«Ты сама понимаешь, что там будет, верно же?» – шептало чувство вины.

«Вовсе нет, – отвечала я. – Мы просто друзья, у которых совпали выходные, и мы решили встретиться».

Чувство вины закатывало глаза. «Ну да, потусить в пустом доме, пока братец Харли на работе. И, как ты думаешь, чем вы там будете заниматься? Играть в маджонг?»

«Возможно, – думала я. – А может, в видеоигры. Откуда я знаю».

«Эти штаны что-то не похожи на те, в которых играют в видеоигры».

«Иди к черту, Чувство вины».

«О, я думаю, туда мне придется сперва занять очередь. Похоже, туда принимают уже только по записи».

«Фу!»

Сделав глубокий вдох, как будто мне предстояло идти по раскаленным угольям, я прошла через заросшую лужайку во дворе и не выдыхала, пока не нажала на кнопку звонка. Когда дверь открылась, я сделала новый глубокий вдох – на сей раз практически ахнув. Привычный небрежный пучок Харли был страшно взлохмачен, на челюсти темнела небольшая щетина, и на нем не было ничего, кроме боксеров в клеточку.

Черт возьми.

– Привет, прекрасная леди, – сказал Харли. Его голос был хриплым, а глаза заспанными. Он быстро натянул через голову белую майку и распахнул дверь шире, чтобы я вошла.

– Привет, – сказала я, проходя в гостиную. – Я что, разбудила тебя?

– М-м-м-м-хм-м, – промычал он, закрывая дверь и притягивая меня к себе.

Мне было жаль, что между нами оказалась майка. Мне хотелось ощутить его кожу на своей щеке и под своими руками, сомкнувшимися у него на спине.

– Извини, – пробормотала я в мягкую белую ткань. – Но ты просил приехать к полудню.

– М-м-м-хм-м-м, – снова промычал Харли.

Я чувствовала, что он улыбается мне в макушку. Я не думала, что такое возможно, но сонный Харли был еще сексуальнее, чем Харли – опытный механик. И мне ничего так не хотелось, как только вернуть его в ту постель, из которой он встал, и проваляться там с ним следующие два-три дня.

Продолжая обнимать меня за плечи, Харли провел меня в комнату к дивану. Кофейный столик был завален пустыми банками, зажигалками, пепельницами, сделанными из различных автозапчастей, и кальяном для марихуаны.

– Одну секунду, – сказал Харли, отпуская меня. – Хочешь покурить? – спросил он, очевидно заметив, как я пялилась на все эти причиндалы на столике.

– О. Нет, спасибо. От травы мне хочется спать, – ответила я, вытирая вспотевшие ладони о свои пушистые штаны в обтяжку.

Это движение привлекло сонный взгляд Харли к моим тигровым бедрам. Не отводя глаз, он втянул свою пухлую нижнюю губу в рот и затеребил языком колечко в губе.

– Но я бы выпила пива, – ляпнула я в отчаянном поиске чего-то для успокоения нервов. – Ничего, если я возьму одно?

Харли окинул меня возмущенным взглядом, фыркнул: «Пс-с-сш» и удалился в сторону кухни важной походкой сонного сытого льва.

Я наблюдала за ним, тесно сжав бедра и закусив губу. Никакое пиво в мире не могло бы помочь мне собраться в кучку при виде этого… мужчины. Он излучал секс, как никто, и при этом, казалось, ничего для этого не делал. В отличие от меня в моих звериных штанах, коротеньком топике и торчащих красных бретельках лифчика. Я очевидно старалась. Я могла бы с тем же успехом прийти в рекламном щите с надписью «Давай трахаться».

Вернувшись в гостиную, Харли окинул меня взглядом и одарил неспешной одобрительной улыбкой.

– Прелестная леди не берет пиво сама, – сказал он, протягивая мне банку того же дешевого пива.

«Красивая женщина никогда не прикуривает сигарету сама».

Голос Рыцаря прозвучал у меня в голове так же ясно, как в тот день, когда он сказал мне эти слова. На секунду я оказалась совсем не в гостиной Харли. Я сидела в кузове жуткого грузовика Рыцаря, в его куртке, глядя на то, как он прикуривает мне сигарету руками с распухшими, кровоточащими костяшками пальцев.

– Извини. Что? – я моргнула и потрясла головой.

Харли рядом со мной не было. Я обернулась на звук спускающейся воды в туалете и увидела Харли в ванной дальше по коридору. Повернувшись ко мне спиной, он начал чистить зубы – я увидала его отражение в зеркале.