Азк – Беглый в Варшаве 2 (страница 38)

— А спутники?

— Накроем защитно-маскировочным куполом, ни в одном диапазоне излучения датчики всей спутниковой группировки не зафиксируют аномалии. Как говорится: «От неизбежных на море случайностей…»

— Согласен. Только Измайлову об этом ни слова!

— Принял медик-инженер второго ранга.

Я только успел закрыть глаза, как тонко и чётко щёлкнул вызов на внутреннем канале связи. Это не был «Друг» — частота была выше. Звук шел с орбиты.

— «Помощник», доклад, — сказал я, опускаясь на койку и закрывая глаза.

— Медик-инженер второго ранга, операция «Вертиго» завершена. Модули полимеризации, термопечати и лазерной микротекстуры отработали с точностью до девяти знаков после запятой. Заменено: три тысячи четыреста купюр — номиналы 1, 5, 10, 20 долларов — на эквивалент в 100-долларовых банкнотах. Идентификационные маркеры соответствуют последнему стандарту серии 1977 года выпуска.

— Погрешность?

— Нулевая. Бумага в основном использована оригинальная, недостающий объем синтезирован на основе архивной формулы. Микроволокна включены. Метамерные чернила прошли оптическую верификацию под ультрафиолетом. Вода в микрокапсулах сжата до нужной структуры. Имитаторы номеров собраны по алгоритму распределения ФРС.

— Сравнение с оригиналом?

— Неотличимо. Даже сотрудники US Treasury не смогут определить подмену, даже проведя лабораторное вскрытие исследуемого образца. Эти купюры могут быть включены в обращение в любой точке мира — от ломбардов Манхэттена до тайных валютных операций в Каракасе.

Я открыл один глаз, уставившись в потолок каюты.

— Количество?

— Три миллиона четыреста тысяч долларов, приведённых к номиналу. Упакованы в четыре контейнера под маркировкой медицинского оборудования. Каждый защищён от радиосканирования, помехоустойчив, имеет встроенный генератор температурной маскировки.

Контейнеры могут сойди под видом резервного медицинского груза. Далее — передача нашим адресатам в Севилье, Варшаве и Гаване. Внедрение в экономику будет постепенным. За счёт ограниченного объёма и разнесённости — риски обнаружения минимальны.

— Побочные эффекты?

— Никаких. За исключением одного.

— Какого? — Я напрягся.

— При перепечатывании банкнот фиксировались… нерегулярные энергетические импульсы с поверхности старых купюр. Один из модулей счёл возможным, что часть исходного материала имела контакт с носителями персонализированного астрального поля.

— Переведи.

— След, оставленный сильной волей. Предположительно — деньгами, использованными в экстремальных ситуациях: коррупция, война, ликвидации. Эти следы удалены. Но отмечаю: структура современной валюты обладает способностью накапливать поведенческую память.

Я усмехнулся.

— Значит, наши доллары не просто деньги, а стерильные деньги. Без кармы.

— Верно. Их можно встраивать в любую операцию — чистые, как с иголочки. Уровень следов — ниже порога магнито-эмоционального фона.

— Хорошо. Храни до отгрузки. Контроль — постоянный.

— Принято.

Связь прервалась. За иллюминатором медленно проплывала лунная дорожка, и в этой тишине не было ни одного звука, который мог бы намекнуть, что только что на орбите завершилась самая тонкая финансовая операция века.

Как только мы с «Другом» закончили обсуждение, по громкой связи прозвучал официальный приказ капитана:

— «Внимание экипажу и пассажирам. Судно меняет курс. Мы следуем к району бедствия для оказания помощи судну „Калисто Рэй“. Просьба сохранять спокойствие. Команда — к готовности.»

В кают-компании санчасти кто-то из экипажа уже бурно жестикулировал над чашкой компота:

— Да это ловушка, к гадалке не ходи! Америкосы заманивают, чтоб посмотреть, что мы везём!

— Тише, Витя, — отозвался штурман «Нахимова», увидев что я зашел в помещение. — Не паникуй. Пока никто ни на кого не напал.

— Просто скажи, что ты не боишься, — пробурчал Витя.

— Боюсь, — спокойно ответил его собеседник. — Но ещё больше боюсь бездействия. Если кому-то там действительно плохо, и мы отвернёмся — как жить потом с этим?

Какие же тут еще не испорченные люди! С этой мыслью я вышел в коридор, где практически сразу услышал еще более жаркое обсуждение.

— Говорят, судно то — панамское. А названия такого никогда не слышал.

— Панама — флаг для прикрытия. Таких десятки.

— У нас что, какие-то особенные грузы на борту?

— Тебе зачем? Меньше знаешь — крепче спишь.

У радиорубки собрались несколько человек рядом со старым приёмника, ловившего короткие волны. Один из них снял наушники:

— Странно. На этой частоте в прошлую вахту был обычный трафик, а теперь — тишина. Глушат, что ли?

На палубе, возле фальшбортов, стояли несколько пассажиров, курили. Один из них, судя по более дорогой одежде — офицер, мрачно взглянул на горизонт:

— Не нравится мне всё это. В прошлом месяце одно судно уже пропало у Багам. Никакой беды не бывает без второго акта.

— А ты откуда знаешь?

— Связь она такая, все знает…

Судя по всему, этот офицер служил под Одессой в полку радиоразведки и следующее место службы у него Лурдес.

Когда вернулся в свою каюту, со мной связался «Друг», он вывел на планшет данные со спутника.

— Плотность корабельного движения в районе бедствия — ноль. Ни одной торговой единицы в радиусе сорока миль.

— Ожидаемо и очень плохо.

Инна появилась в дверях, с тревожным взглядом:

— Все обсуждают одно и то же. Но никто не говорит прямо.

— А ты скажи.

— Мы везём что-то важное, да? Что-то, что может сильно изменить расклад?

— Ты у меня умница.

— На нас нападут?

— Посмотрим. Но думаю не сегодня. Сегодня мы просто играем в кошки-мышки. Главное — не стать мышью.

Глава 32

Я стоял у борта, глядя в слегка пасмурное утро. Ветер с океана тянул прохладой, слышался только негромкий плеск волн. В голове щёлкнуло.

— Слушаю «Друг».

— Медик-инженер второго ранг! Субмарина всплывает. Координаты — двадцать миль по правому борту. «Помощник» зафиксировал движение на небольшой глубине и подготовку цели к выходу на поверхность.

Я выдохнул. Пауза.

— Подтвердить тип!

— Вероятно, та же, что ушла из Санта-Крус. Под антенным люком что-то шевелится.

— Вводим план «Бета». Цель — уничтожить. Разрешаю пуск.

Пауза длиной в несколько секунд. Я представил как где-то далеко, над землёй, проснулся аппарат. Гиперзвуковая ракета с миниатюрным ускорителем сорвалась с орбиты, пробив атмосферу почти без следа.