Айзек Азимов – Обнаженное солнце (страница 30)
– Кто же он такой?
– Человек низшей категории, которого не следует допускать на Солярию, поскольку он распространяет инфекцию, господин.
– А ты от кого узнал?
Робот не ответил.
– Не знаешь?
– Нет, господин. Это заложено в моей памяти.
– Значит, ты сказал мальчику, что я – недочеловек, распространяю инфекции, и он тут же в меня выстрелил. Почему ты его не остановил?
– Я хотел, господин. Я не допустил бы, чтобы человеку причинили вред, даже землянину. Но он действовал слишком быстро, и я не успел.
– А может быть, ты подумал, что землянин все-таки не совсем человек, и немного замешкался?
– Нет, господин, – спокойно ответил робот. Бейли мрачно скривил губы. Робот, скорее всего, говорил правду, но инспектор чувствовал, что что-то тут не так.
– Что ты делал рядом с мальчиком? – спросил он робота.
– Я носил за ним стрелы, господин.
– Можно посмотреть? – Бейли протянул руку, робот подошел и подал ему с дюжину стрел. Бейли осторожно положил стрелу, которая вонзилась в дерево, у своих ног и поочередно осмотрел все прочие. Потом вернул их роботу и снова взял в руки первую стрелу.
– Почему ты подал мальчику именно эту?
– Особой причины не было, господин. Мальчик попросил стрелу, и я взял ее наугад. Он стал искать цель, затем увидел вас и спросил, кто этот незнакомец. Я объяснил…
– Я уже слышал, как ты ему объяснил, У стрелы, которую ты подал, серое оперение – только у нее одной, У остальных стрел оно черное.
Робот смотрел на него непонимающим взглядом.
– Это ты привел сюда мальчишку? – спросил Бейли.
– Мы просто гуляли, господин.
Бейли посмотрел в просвет между деревьями, из которого прилетела стрела.
– Бик у вас, случайно, не лучший стрелок из лука?
– Лучший, господин, – склонил голову робот.
– Как вы догадались? – ахнула Клорисса.
– Одно вытекает из другого, – сухо сказал Бейли. – Будьте добры, сравните серую стрелу с прочими. Только у серой стрелы наконечник покрыт чем-то маслянистым. Рискую впасть в мелодраму, мэм, но все же скажу – ваш окрик спас мне жизнь. Стрела, которой целили в меня, отравлена.
Глава тринадцатая
Роботехник усмиряется
– Невозможно! – воскликнула Клорисса. – Праведное небо, это просто невозможно!
– Праведное там или неправедное – есть у вас на ферме животное, которого не жалко? Поцарапайте его этой стрелой и посмотрите; что получится.
– Но зачем кому-то…
– Зачем, я знаю, – отрезал Бейли. – Вопрос в том, кто.
– Никто.
У Бейли снова все поплыло перед глазами. Он со злостью швырнул стрелу в сторону Клориссы, та проводила ее взглядом.
– Поднимите, – крикнул Бейли, – и уничтожьте, если не хотите проверять. Не то на нее наткнутся дети, и произойдет несчастье.
Клорисса поспешно взяла стрелу, зажала между большим и указательным пальцами.
Бейли бросился к дому и нырнул в ближайшую дверь, Клорисса последовала за ним со стрелой в руке. Немного восстановив душевное равновесие в четырех стенах, Бейли спросил:
– Кто отравил стрелу?
– Представления не имею.
– Не сам же мальчик. Вы не могли бы установить, кто его родители?
– Можно справиться в картотеке, – буркнула Клорисса.
– Так вы сохраняете записи о родстве?
– Да, для геноанализа.
– А парень не мог знать, кто его родители?
– Исключено,
– А вдруг он как-то выяснил?
– Ему пришлось бы взломать дверь в комнату: где хранятся записи Исключено.
– А если бы в имение явился взрослый человек и пожелал узнать, кто его ребенок?
– Крайне маловероятно, – вспыхнула Клорисса.
– И все же предположим. Ему бы ответили?
– Не знаю. Собственно, законом это не возбраняется. Просто не принято.
– Вот вы бы ответили?
– Постаралась бы уклониться. Доктор Дельмар не ответил бы; я знаю. Он был убежден, что родственные связи нужны только для геноанализа. До него, возможно: порядки были помягче. А почему вы обо всем этом спрашиваете?
– Мне непонятно, какой мотив мог быть у самого пария – может, он действовал по наущению родителей?
– Ужас какой, – Клорисса в расстроенных чувствах подошла к Бейли на небывало близкое расстояние и далее протянула инспектору руку. – Как это все могло произойти? Босс мертв, вас чуть не убили. А ведь на Солярии нет причин для насилия. У всех есть все, что хочется, – значит, нет зависти. Нет родственных связей – значит, нет и семейных распрей. У всех отменное генетическое здоровье. – Вдруг ее лицо прояснилось, – Погодите-ка. Стрела не могла быть отравлена. В обратном вы меня не убедите.
– Почему?
– С Биком был робот. Он не допустил бы никакого яда. Он ни в коем случае не мог совершить ничего такого, что причинило бы вред человеку. Гарантия – Первый Закон Роботехники.
– Да? Что это за Первый Закон?
– То есть как? – уставилась на него Клорисса,
– Да так. Велите проверить стрелу и убедитесь, что она отравлена, – Самого Бейли проверка мало заботила – он и так знал, что стрела отравлена. – Вы все еще верите, что госпожа Дельмар виновна в смерти мужа?
– Там никого не было, кроме нее.
– Понятно, А здесь не было ни одного взрослого человека, кроме вас, когда в меня выстрелили отравленной стрелой.
– Я к этому не имею никакого отношения, – энергично возразила Клорисса.
– Возможно, Возможно также, что и госпожа Дельмар невиновна. Вы разрешите воспользоваться вашим видеофоном?
– Да, конечно.
Бейли точно знал, с кем собирается говорить – и это была не Глэдия, И вдруг, неожиданно для себя, сказал роботу:
– Соедини меня с Глэдией Дельмар.
Робот молча подчинился, и Бейли стал наблюдать за ним, сам удивляясь, почему так распорядился.