Айзек Азимов – Норби и захватчики (страница 21)

— В наших исследованиях вселенной мы не раз видели их следы. Они посещали другие планеты, но никогда не оставались там надолго. Иногда они ничего не меняли, а просто брали образцы животной жизни. Так случилось на Земле, нашей родной планете. На Джемии они усовершенствовали породу драконов. Точно так же они поступили с вами здесь, на Нухленонии. Это они оставили роботов-Менторов, чтобы учить драконов; тех самых Менторов, которых вы парализовали. Неужели можно назвать это верностью заветам Древних — разрушение того, что создано их руками?

— Почему вы думаете, будто именно Древние создали Менторов?

— Потому что Менторы похожи на Древних, — с серьезным видом ответил Фарго. — Мы видели Древних и не могли не заметить сходства. Видите ли, сэр, Менторы не отказались от технологии, но использовали ее с умом, как учили их Древние.

Великая Драконица повернулась к Фарго.

— Я тоже поразилась их сходству, — сказала она. — Когда я увидела шесть конечностей и три глаза, я сразу же подумала о Менторах. Древние — это и есть Другие, не так ли?

— Полагаю, вы правы.

— Интересно, — заметил Джефф. — Мы несколько раз отправлялись на поиски Других и возвращались ни с чем. На этот раз мы не искали их, однако встретились с ними.

Бурлик погрузился в нелегкое раздумье.

— Можете ли вы сказать нам, живы ли сейчас Древние, или Другие, как вы их называете. Можете ли вы сказать, используют ли они технологию и в наши дни?

— Нет, не можем, — ответил Фарго. — Однако мы ищем их, как и вы, и надеемся когда-нибудь найти. Мы просим вас вернуть роботов, похищенных с Джемии. Верните работоспособность им и Менторам — это будет жестом вашей доброй воли.

— Я испытываю побуждение сделать так и отдать вам ваших роботов, но мы не знаем, как вернуть их к жизни, — печально произнес Бурлик. — Когда мы вибрируем своими щупальцами определенным образом, то производим интенсивные ультразвуковые колебания, которые могут повредить или даже уничтожить как биологические, так и искусственные организмы. Однако мы не знаем, как устранить последствия вибрации, если дело доходит до паралича или дезактивации.

— Поэтому я и взял с собой Норби, — быстро сказал Джефф. — Я прошу, чтобы ему позволили осмотреть роботов и воспользоваться вашим компьютером. В некоторых отношениях он умнее нас и, может быть, найдет способ оживить роботов.

— Это абсолютно необходимо? — В голосе Бурлика появились страдальческие нотки. — Несмотря на все сказанное вами, нам трудно позволить роботу свободно передвигаться по нашему миру.

— Подождите! — внезапно воскликнул Фарго. — Олбани пытается связаться с нами. Олбани, я слышу тебя. Что случилось?

— Фарго и Джефф, здесь назревает кризис, — послышался голос Олбани. — Яйцо Оолы, или как там оно называется, потрескалось и распалось на кусочки.

— Все в порядке, — успокоил ее Джефф. — Обычно для того, чтобы Оола покинула свою защитную оболочку, нужно исполнить определенную мелодию, но иногда это случается само по себе.

— Дело не в этом, — перебила Олбани. — Я с интересом наблюдала за происходящим. Потом появилась Оола и прыгнула в океан через открытый люк воздушного шлюза, прежде чем я успела остановить ее. Она исчезла.

Глава 13

Яйцо

Интерком замолчал.

— Ты не видишь Оолу, Олбани? — спросил Джефф ломающимся голосом. — Может быть, она плавает где-то внизу?

— Нет, я ничего не вижу. Может быть, мне лучше прыгнуть в…

— Нет! — закричал Фарго. — Оставайся на корабле.

— Я пойду, Джефф, — сказал Норби, успокаивающе помахивая руками. — Я найду это неразумное животное, о котором ты в последнее время думаешь гораздо больше, чем обо мне.

— Когда найдешь ее, будь осторожен, — попросил Джефф. — Между прочим, я думаю о ней не больше, чем о тебе.

— Прощайте, — драматическим тоном произнес Норби. — Я ухожу в океан!

Однако ему не пришлось далеко уйти. В дальнем конце зала возникла небольшая суматоха. В дверь протиснулись двое Хлено, еще издали заговорившие с Бурликом на ультразвуковой частоте. Он ответил через транслятор, поэтому люди могли его слышать.

— В воздушный шлюз проникло какое-то животное, — сообщил он. — Сначала у него были жабры, но потом они почему-то исчезли.

Джефф облегченно вздохнул. Видимо, Ооле просто захотелось присоединиться к ним.

— Это Оола, мое домашнее животное, — сказал он. — Пожалуйста, приведите ее сюда.

Один из Хлено принес Оолу, осторожно держа ее в щупальцах. Оола выглядела живой и здоровой, только мокрой и сильно похудевшей. Во рту она держала какой-то предмет, растянув челюсти почти до размера крокодильих, чтобы не выпустить его.

— Глупое животное! — презрительно фыркнул Норби. — В следующий раз мы оставим ее на Манхэттене. Она невероятно непослушна.

Когда Оолу отпустили, она не обратила на Норби ни малейшего внимания, да и Норби удостоился всего лишь мимолетного взгляда. Принюхиваясь, она переходила от одного Хлено к другому, пока не нашла Ухфая. Потом она положила свою ношу в его щупальца. Это оказалась миниатюрная подушечка — зеленая и кожистая.

— Как вам это нравится? — спросил Фарго. — Она снесла яйцо!

— Что это? — жалобно спросил Ухфай. — Что мне с ним делать?

— Это яйцо, из которого появится Многоцелевое Домашнее Животное, — объяснил Джефф. — Это детеныш Оолы, и думаю, она хочет, чтобы Ухфай взял его себе.

— Детеныш внутри этого предмета?

— Да, — ответил Фарго, прочистив горло. — Сейчас я исполню мелодию, открывающую яйца Многоцелевых Домашних Животных.

Он пропел мелодию чистым тенором без единой ошибки, однако ничего не произошло. Яйцо Оолы оставалось запертым.

— Вероятно, детеныш еще не готов вылупиться, — разочарованно пробормотал Фарго. — Разве наседки не сидят на яйцах целыми днями, пока не вылупятся птенцы?

— Оола — не наседка, — возразил Джефф. — Я не знаю, в чем дело. Норби, придумай что-нибудь, — добавил он на Земном языке. — А то Хлено начинают беспокоиться.

— Я не доверяю им, — буркнул Норби. — Они заявили, что мы свободны, и поблагодарили нас за телепатию, но мне не нравится, как они косятся на меня. Думаю, они ненавидят меня. Я хочу домой.

— Невежливо говорить на языке, которого мы не понимаем, — сказал Бурлик. — Особенно после того, как мы согласились терпеть ваше присутствие здесь. Что вы замышляете против нас?

— Абсолютно ничего, — быстро сказал Джефф. — Мы советуемся о том, как открыть яйцо Оолы.

— Не понимаю, какое это имеет значение, — ворчливо заметила мать Ухфая. — Думаю, мой муж слишком поторопился, когда решил относиться к вам как к друзьям. Нам не нужны зеленые двоякодышащие животные, разве что для зоопарка. Что касается вас, то вы мне очень подозрительны, а особенно робот.

— Но они мои друзья! — воскликнул Ухфай и расплакался. Мать шлепнула его кончиком щупальца.

— Эти Хлено нравятся мне все меньше и меньше, — прошептал Норби.

Джефф опустился на корточки и погладил Оолу по мокрой шерсти. Она с довольным видом перекатилась на спину, чтобы он почесал ей под подбородком.

— Что нам делать, Оола? — спросил он. — Взять яйцо на «Многообещающий» или оставить его здесь?

Джефф знал, что Многоцелевое Домашнее Животное не понимает его слов, но Оола была очень восприимчива к эмоциям своего хозяина. Однако на этот раз Оола попросту замурлыкала, словно беспокойство Джеффа не имело для нее ровным счетом никакого значения.

— Есть предел тому, что мы можем позволить вам — существам, которые лишь отдаленно напоминают Древних, — сурово произнес Бурлик. — Мы не вернемся на Джемию и не будем разрушать технологию на других планетах. Это мы обещаем. Однако мы не можем помочь вам с джемианскими роботами, которых мы забрали с собой или дезактивировали. Сделанное не отменишь, поэтому можете возвращаться на свою планету. Мы разрешаем вам уйти.

— Мы не можем уйти до тех пор, пока наш робот не определит, как можно возместить причиненный вами ущерб, — твердо сказал Фарго.

— Если я исследую это здание, то найду компьютер, — сказал Норби. — Согласно логике, здесь должен быть управляющий компьютер.

— Ты никуда не пойдешь без меня, — предупредил Джефф.

— Он вообще никуда не пойдет, — отрезал Бурлик, еще более сердито, чем раньше. — Уходите немедленно!

— Отец! — воскликнул Ухфай, с беспокойством косясь на свою вспыльчивую мамашу. — Не делай этого! Они мои друзья. Они помогли мне даже когда считали меня врагом. Они были очень добры ко мне, и я обещал им, что мы вернем их роботов в рабочем состоянии.

Бурлик грозно взмахнул всеми своими щупальцами в сторону Ухфая.

— Сын, тебе не следовало давать инопланетянам обещания, которые ты не можешь выполнить. Из-за их доброго отношения к тебе мы даровали им свободу и разрешение вернуться на свои планеты. Более мы ничего не можем для них сделать.

Джефф покачал головой.

— Видишь, что ты натворила, Оола? — прошептал он. — Если бы ты не смутила нас своим неожиданным появлением, да еще с яйцом…

Оола вопросительно мяукнула, встала и махнула хвостом. Подхватив яйцо зубами, она подошла к бассейну, вытянула шею и уронила яйцо в воду.

— Эй! — крикнул Джефф. — Я не просил тебя топить его!

В следующее мгновение в зал отдыха ворвалась очень мокрая Олбани Джонс в акваланге. В каждой руке она держала по станнеру.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Фарго. — Почему ты не на корабле?

— Я поставила корабль на автопилот, — ответила Олбани. — Не могла же я и дальше сидеть, не зная, что с вами происходит!