Айзек Азимов – Норби и пропавшая принцесса (страница 8)

– Я согласен, – сказал Джефф. – Может быть, она блефует, а может, и нет. Мне не свойственен безоглядный оптимизм Фарго. Так или иначе, поскольку никто из нас не доверяет Эйнкану, я предлагаю запереть его в своей каюте и держать там, пока мы не прибудем на Мелодию. Я буду спать в рубке.

– Но я ничего не собирался… – начал было Эйнкан. Йоно схватил его за плечи и оторвал от пола.

– Очень хорошо. Надеюсь, вы не собираетесь отказываться от любезного предложения этого молодого человека?

Эйнкан шумно сглотнул.

– Нет, что вы. Пожалуйста, проводите меня в каюту.

Йоно вывел его из рубки.

– Хорошая мысль, Джефф, – одобрил Фарго. – Совсем не нужно, чтобы Эйнкан видел, как Норби подключается к бортовому компьютеру. Ему не следует знать, что Норби не имеет ключа к гиперпространству, а сам является ключом. Поехали, Норби. Надо торопиться, пока они не повредили замок воздушного шлюза.

– Надо, надо, – передразнил Норби. – Сначала «блеф», а потом «поторопись»!

Но роботу тоже хотелось побыстрее улететь, поэтому его ворчание продолжалось недолго.

Как только «Многообещающий» начал подниматься на антиграве, окружавшие его иззианцы расступились в стороны. Джефф вывел корабль за пределы атмосферы и прошел мимо орбитальных станций на максимальной субсветовой скорости. Иззианские крейсера, застывшие в ожидании, оказались далеко не такими маневренными, как маленький катер. Джефф вел «Многообещающий» с таким ускоренияем, что все отчаянно цеплялись за противоперегрузочные ремни. Послышался приглушенный вопль Эйнкана, врезавшегося в стену каюты Джеффа.

Когда «Многообещающий» удалился от Изза на достаточное расстояние, он переместился в гиперпространстве. Знакомая серая пелена обволокла корабль защитным покровом, и Фарго начал негромко наигрывать на своих барабанчиках, а Олбани чмокнула его в правую щеку.

Глава 5

Планета мелодия

– Ну что ж, придворный ученый, – произнесла Олбани, указывая на смотровой экран. – Вот планета, которую ваша принцесса назвала Мелодией.

После нескольких часов гиперпространственного путешествия Эйнкана выпустили из каюты Джеффа, но он не выказал признаков радости.

– Я превратился в один сплошной синяк от правого уха до левого мизинца, – неистовствовал ученый, не обращая внимания на экран. – Что за ужасный пилотаж!

– Мне приходилось уклоняться от ваших сородичей, – холодно отозвался Джефф. – И вы могли остаться целым и невредимым. Корабль состоит не только из острых углов.

– Но и не подбит губчатой резиной!

– Вам следовало крепче держаться.

– За что? Вы же не предупредили меня.

– Бросьте, – сказала Олбани. – Сильное ускорение было лишь на первых порах. Как только мы нырнули в гиперпространство, все успокоилось. Вот планета, и вскоре мы увидим вашу драгоценную принцессу. Почему бы вам не подкрепиться и не подлечить свои синяки?

Фарго и Йоно тоже не смотрели на экран. Их спор из-за дуэта тенор-бас угрожал перерасти в настоящее сражение. Каждый напевал небольшие отрывки из своей партии, чтобы лучше продемонстрировать свою точку зрения.

Олбани улыбнулась Джеффу.

– Что ж, Джефф, зато мы с тобой можем наслаждаться зрелищем. Просто замечательно, что Нор… что «Многообещающий» так быстро доставил нас сюда. В гиперпространственных путешествиях мне нравится скорость, хотя они не впечатляющи.

– Да, – согласился Эйнкан, передернув плечами. – Я не ожидал увидеть такое серое ничто.

– Не ожидали? – повторил Джефф, размышляя о том, почему проплывающая под ними планета окрашена в такие тусклые цвета. – Разве вы раньше никогда не бывали в гиперпространстве? Ведь вы же изобрели гипердвигатель.

– У меня не было возможности опробовать мое изобретение, – раздраженно пояснил Эйнкан. – В принцессе Ринде много от ее матери, и когда она что-то решает, то тут уже ничего не поделаешь. Ей хотелось лететь, поэтому она приказала мне покинуть мой собственный корабль, чтобы освободить место для себя.

– То-то и оно! – громко произнесла Олбани, обращаясь к Фарго. – Я предполагала, что принцесса окажется такой – эгоистичной, жадной и себялюбивой вертихвосткой.

Каждый следующий эпитет звучал громче предыдущего, но Фарго, по всей видимости, не замечал ничего, кроме того факта, что Йоно на полтона сфальшивил.

– Разумеется, – подтвердил Эйнкан. – Она наследница трона, и следовательно, все эти качества необходимы в ее воспитании. Так или иначе, она сказала, что забирает мой корабль для ознакомительной поездки по нашей звездной системе. Но разумеется, она нажала на ту самую кнопку, которую я советовал оставить в покое, поскольку подозревал… или даже знал, что эта кнопка для гиперпространственного перемещения с уже запрограммированными… – Эйнкан резко замолчал.

– С уже запрограммированными координатами, – закончил Джефф. – Но вы к ним не имеете никакого отношения. Вы не изобретали ни двигатель «Челленждера», ни его компьютер. Это совершенно ясно. В таком случае, кто же изобрел?

Эйнкан плотно сжал губы и промолчал.

– Пожалуйста, – попросила Олбани, одарив придворного ученого обольстительной улыбкой. – Скажите нам правду, а мы накормим вас вкусным ланчем. Мы знаем, что у вас неприятности, и пытаемся помочь вам. Я сама попробую помочь вам.

– Там внизу довольно грязно, не так ли? – спросил Эйнкан, впервые посмотрев на экран.

– Потому что там много грязи, – отозвался Норби. – Эта планета выглядит совсем неаппетитно. Нам придется спуститься туда?

– Да, – сказал Джефф. – Но лишь после того, как придворный ученый Эйнкан скажет нам правду, чтобы мы смогли помочь ему.

– Какую правду? – спросил Йоно, придвигаясь ближе.

– Что за правду? – почти сразу же повторил Фарго.

– Ага, – нежно произнесла Олбани. – Вы, джентльмены, наконец-то перестали распевать серенады? Если да, то можете узнать о проблемах нашего придворного ученого. Давайте же, дорогой мистер Эйнкан, вы собирались…

– Ничего я не собирался, – угрюмо возразил Эйнкан. – Вы враждебные инопланетяне.

– Разве я похожа на враждебную инопланетянку? – возмутилась Олбани, надув губки.

– Если честно, дорогая, вы похожи на превосходный образчик иззианской особи женского пола… – начал было Эйнкан.

– Фу, как невежливо!

– …в расцвете своего очарования.

– Так-то лучше, – Олбани ослепительно улыбнулась. – Как видите, мы действительно иззианцы.

– Готов признать, вы похожи на них. Но этот корабль кажется мне каким-то подозрительным, а ваш речевой код совершенно не похож на нормальный язык, – Эйнкан задумчиво погладил свою бороду. – Может быть, вы в самом деле иззианцы, волею судеб заброшенные на другую планету нашей галактики?

– Да, что-то вроде этого, – туманно согласился Джефф. – Так как насчет правды о «Челленждере»?

– Должно быть, вы обладаете богатыми возможностями, если смогли нанести визит издалека, – продолжал Эйнкан, сплетя свои длинные пальцы. – Фактически, какой цели служил этот визит? Возможно, вы шпионили за нами с завоевательскими намерениями.

– Ладно, будет вам, – бросила Олбани. – Разве мы похожи на завоевателей?

– Он похож, – ответил Эйнкан, указывая на адмирала Йоно. – Не исключено, что вас привлекают наши запасы блинга. Он, – ученый указал на Фарго, – он рассматривал мою блинговую монетку с нескрываемой жадностью.

Все земляне расхохотались при мысли о завоевании Изза ради медной руды, при наличии на планете огромных запасов золота.

– Я не завоеватель, сэр, – серьезно сказал Йоно. – Я обычный военачальник, обладающий огромным опытом, и этот опыт подсказывает мне действовать от обороны. Мы не только не думаем о захвате вашей планеты, но сочли бы за преступление брать у вас блинг. Мы не хотим расстроить экономику вашего мира. Это входит в противоречие с нашими этическими принципами.

– Все это очень интересно, – недовольно произнес Норби, сидевший за приборной панелью, – но мне казалось, что мы летели сюда спасать принцессу. Давайте сделаем это сейчас и улетим отсюда.

– Мы так и сделаем, как только Эйнкан скажет нам правду, – успокоил его Йоно. – Где вы достали ваш корабль с гипердвигателем? Послушайте, если вы вынудите нас, мы спустимся на планету, заберем принцессу, ваш корабль, оставим вас внизу, а сами вернемся на Изз. Вам придется провести остаток жизни, купаясь в грязи. Впрочем, вы сможете утешаться тем, что так или иначе долго не проживете.

Эйнкан скривился.

– Вы этого не сделаете. Это… это не по-иззиански.

– Мы говорим «негуманно», – с усмешкой вставил Фарго. – Но мы все равно это сделаем.

– Нет, – решительно сказала Олбани. – Я им не позволю… если вы расскажете нам.

– Ну что ж, – вздохнул Эйнкан. – Я исследовал пояс астероидов на маленьком корабле, какие обычно выполняют пассажирские рейсы между городами-спутниками нашего королевства. Дело было во время моего отпуска, поэтому королева не знала, чем я занимаюсь. Я нашел потерпевший аварию пустой корабль, построенный явно не иззианцами, и снял с него двигатель. Сам я никогда бы не сумел изобрести гипердвигатель, но знал о нем достаточно и понял, что этот двигатель может обладать гипердвигательной способностью.

Вернувшись на Изз, я, разумеется, сказал королеве, что сам изобрел гипердвигатель. Я шел на риск, ибо мог ошибиться, но в случае удачи мне не нужно было больше дрожать за свою судьбу. Я стал таким знаменитым, что даже королева не осмеливалась открыто грубить мне. В общем, я установил гипердвигатель на ее новый крейсерский корабль, потом принцесса заинтересовалась полетом, и теперь я должен построить новый двигатель, чтобы спасти ее, а это совершенно невозможно. В результате мне предстоит окончить свои дни в яме с плурфом.