Айзек Азимов – Норби и пропавшая принцесса (страница 12)

– Зачем ты носишь с собой этот бочонок? – поинтересовалась капитан Эрика. – Там есть что-нибудь полезное, что может помочь нам бежать отсюда?

– Само собой, – ответил Норби, высунув голову. – Я признанный специалист по бегству из мест заключения.

– Говори шепотом, – предупредила Эрика.

– Не хочу, – отозвался Норби. – Кроме того, я не умею говорить шепотом.

Джефф положил Норби на землю как раз вовремя, чтобы увернуться от стайки рассерженных Скользунов, устремившихся к маленькому роботу. Норби включил свой антиграв и поднялся на ветку дерева, оказавшись за пределами их досягаемости.

– Снимите с меня этого странного робота, – распорядилась принцесса. – Помимо моего сана, я теперь являюсь священным деревом Мелодии!

Норби поднялся выше, почти под потолок клетки. Скользуны вернулись на свои сторожевые посты, и робот медленно опустился на руки к Джеффу.

Йоно решительным шагом подошел к капитану Эрике. Высокие славянские скулы, обтянутые темной кожей, придали его лицу особенно выразительное очарование, когда он улыбнулся. Она улыбнулась в ответ.

– Капитан, – прошептал Йоно. – Пожалуйста, расскажите нам все, что вам известно об этой планете и о нашем положении здесь.

– Тут особенно нечего рассказывать. «Челленджер» доставил нас сюда через гиперпространство. Мы не могли изменить направление, выбранное кораблем. Когда мы увидели обитаемую планету с пригодной для дыхания атмосферой, нам показалось естественным приземлиться и исследовать ее. Принцесса была зачарована музыкальными способностями туземцев. Мы пришли сюда праздновать, и принцесса устроила прекрасный песенный концерт…

– Можете не сомневаться, – пропела принцесса-дерево.

– Сначала Скользуны не жалили нас, иначе мы бы вернулись на «Челленджер». Но после того, как мы поели и спели все свои песни, мы обнаружили, что окружены значительно превосходящими силами Скользунов. Они начали жалить нас каждый раз, когда мы разговаривали друг с другом вместо того, чтобы петь и шептать, а потом загнали нас в эту клетку. Когда они скормили принцессу своему священному дереву, мы изо всех сил пытались убить их, но не могли. Их слишком много, и если прикоснуться хотя бы к одному, он начинает жалиться, а остальные приходят ему на помощь. Если и этого оказывается недостаточно, они атакуют вокально.

– Вокально? – удивленно спросил Йоно.

– Тысячи Скользунов, поющих в унисон во всю мощь своих тройных голосов, могут оглушить кого угодно. Принцесса говорит, что Скользуны живут на всех маленьких островках и общаются друг с другом при помощи звуковых вибраций. По ее словам, все они собираются на этом центральном острове послушать, как поют новоприбывшие. Надеюсь, вы хорошо поете; в этом случае они не станут сердиться и, может быть, покормят нас.

– Что у них за еда?

– Только фрукты и овощи, – скривилась Эрика. – Однажды они принесли нам животную пищу: каких-то червяков, которых они выкопали в грязи и подали сырыми. Огня у них нет.

– Ужасно, – прогремел шокированный Йоно и немедленно был ужален одним из Скользунов.

Норби выкатился из рук Джеффа, упал на землю и вытянул ноги.

– Я больше любого Скользуна! – громко заявил он. – Я спасу вас! Не бойтесь, они не могут ужалить меня.

Десяток Скользунов набросился на Норби. Взметнулись щупальца. Норби сразу же поднялся на своем антиграве, издав металлический визг.

– Это нечестно! – вопил он. – Они поняли, что не могут ужалить меня, и перешли на электрические разряды. Они могут расстроить мои логические контуры!

– Тогда оставайся в воздухе, идиот! – прошептал Фарго. – И если у тебя есть план спасения, приступай немедленно… Нет, – внезапно добавил он с несвойственной ему осторожностью. – Сначала расскажи нам, что ты задумал.

– Все очень просто, – ответил Норби. – Я отправлюсь в гиперпространство и появлюсь с другой стороны клетки. Потом, с помощью «Многообещающего», я разнесу все это строение, включая клетку, и мы сможем вернуться на Изз.

– А как насчет меня? – спросила принцесса-дерево.

– Ах да, я забыл… Я хочу сказать, я как раз подходил к этому месту. Мы выкопаем вас и возьмем с собой.

– А я, – заявил Эйнкан, ударив себя в грудь, – я буду работать над проблемой возвращения вам человеческого облика!

– Заткнись, Эйнкан, – отрезала принцесса. – Послушайте, если вы выкопаете дерево, то можете погубить его, а это означает, что вы погубите меня. Тогда вас ждет пожизненное заключение в яме с плурфом, поэтому придумайте что-нибудь получше.

– Все, что мы сделаем, зависит от того, сумеет ли Норби выполнить задуманное, – рассудительно сказал Джефф. – Потом мы решим, что делать дальше. Давай, Норби, начинай!

Все напряженно ждали, когда Норби исчезнет.

Но он не исчез.

– О, этот робот не в силах мне помочь! – вскричала принцесса, шелестя листьями. – Никто не может мне помочь! Если мне предстоит провести здесь остаток жизни, то вы останетесь со мной. И думать не смейте о побеге!

Потом она замолчала. Все продолжали ждать исчезновения Норби. В наступившей тишине Джефф услышал тихий, монотонный звук, исходивший от Скользунов. Звук действовал ему на нервы.

– Скользуны начинают волноваться, – снова заговорила принцесса.

– Откуда вы знаете? – спросил Фарго.

– Дерево объясняет мне. Это священное дерево, и Скользуны не осмеливаются прикасаться к нему. Поэтому я могу говорить во весь голос, – она фыркнула. – По крайней мере, я могу говорить по-иззиански. Это все, что у меня осталось.

– А как дерево объясняет вам?

– Оно понимает музыкальный язык Скользунов, и я каким-то образом тоже понимаю вместе с ним. Я – часть дерева. К примеру, сейчас Скользуны волнуются, потому что хотят, чтобы новички устроили для них концерт. А еще они хотят забрать вашего гадкого робота и закопать его в грязь.

– Гадкого? – глаза Норби широко распахнулись.

– Конечно же, ты гадкий! – сказала принцесса-дерево. – Ты что-то болтал про гиперпространство, но по-прежнему остаешься здесь. Одни разговоры о спасении, а толку никакого.

– Во всяком случае, от меня больше толку, чем от говорящего дерева, – раздраженно ответил Норби.

– Неправда, – возразила принцесса-дерево. – Ты можешь так петь?

На странной кожистой коре открылось еще несколько отверстий, откуда донеслось многоголосое пение. Принцесса аккомпанировала себе скрипичными звуками, которые издавали ветви дерева.

Скользуны присоединились к пению с такой силой, что говорить шепотом стало совершенно невозможно. Джефф взял Норби за руку и обратился к нему телепатически.

«В чем дело, Норби? Почем ты не уходишь в гиперпространство? Сделай это сейчас и возьми меня с собой. Мы можем спасти хотя бы людей, а потом уже решим, что делать с принцессой».

«Не можем».

«Почему?»

«У меня ничего не получается».

«Тебе не хватает энергии? Разве ты не перезарядился в гиперпространстве».

«Да, но мой запас энергии не бесконечен».

«Тогда тебе тем более нужно попасть туда. Давай же…»

«Я не могу попасть в гиперпространство. Это сдерживающее поле мешает мне. Если бы мы с тобой были на «Многообещающем», то могли бы выйти в космос на субсветовой скорости, а потом, удалившись на достаточное расстояние от планеты и ее поля, перейти в гиперпространство. Но нам не добраться до «Многообещающего».

«Ну же, Норби, шевели мозгами! Попробуй выбраться за пределы поля с помощью своего антиграва».

«Сам пошевели мозгами, Джефф. Как мне выбраться из этой клетки?»

«О, Господи!»

Они беспомощно уставились друг на друга.

Глава 8

До начала мелодии

Когда остальные выслушали приглушенные объяснения Джеффа по поводу неудачи Норби, все погрузились в мрачное уныние. Даже прибытие легкой закуски из овощей в ассортименте не смогло поднять настроение. Вкус у овощей был не слишком ужасный, но, во всяком случае, не изысканный.

– Попытки переварить эту пищу наряду с размышлениями о нашем заключении здесь расстраивают мою пищеварительную систему, – пожаловался Йоно, брезгливо разглядывая изогнутый корешок с лапчатыми побегами как у укропа, но напоминавший на вкус устрицу.

– Вашу пищеварительную систему ничто не может расстроить, адмирал, – прошептал Фарго.

– Кстати, о пищеварении, – прошептала Олбани. – Капитан Эрика, вы говорили, что принцессу скормили дереву. Оно может есть?

– Да, – шепотом отозвалась Эрика. – Наверху, там, где ствол разделяется на две главные ветви, есть большое отверстие.

Дерево, прислушивавшееся к разговору, наклонилось к ним и раздвинуло толстые ветви.

– Фу, – прошептала Олбани, – как ужасно, должно быть, попасть туда!

– Да, – пропела принцесса-дерево. – Скользуны оглушили нас своим пением, а потом подняли меня, взгромоздившись друг на друга, и запихнули внутрь. Я не могла остановить их.

– Я рад, что дерево не убило вас, – прошептал Йоно.