Айзек Азимов – Космические течения (страница 7)

– Что вам здесь надо?

– Я хотел бы посетить библиотеку, сэр, – ответил Тиренс. – Мне позволено.

– А ты кто? – патрульный посмотрел на Рика.

– Я… – начал тот.

– Он мой помощник, – быстро сказал Тиренс.

– У него нет привилегий старосты.

– Под мою личную ответственность, сэр.

– Ну, смотри. – Патрульный пожал плечами. – У вас, старост, есть привилегии, но вы – не нобили. Не забывай об этом, приятель.

– Ни в коем случае, сэр. Кстати, не подскажете, как пройти в библиотеку?

Патрульный ткнул тонким стволом игольчатого пистолета, указывая направление. С того места, где они стояли, библиотека выглядела ярким пятном, причём цвет менялся от киновари нижних этажей к кармину верхних. По мере приближения кармин словно стекал вниз.

– Страшная какая, – неприязненно произнёс Рик.

Тиренс бросил на него удивлённый взгляд. Он привык к подобному декору на Сарке, но даже ему пестрота Верхнего города представлялась несколько вульгарной. Ко всему прочему, Верхний город был саркским даже больше, чем сам Сарк. На Сарке далеко не все являлись аристократами. Хватало и бедноты, живущей немногим лучше среднего флоринианца. Здесь же обитали «сливки», и здание библиотеки было наглядным тому свидетельством.

Громадное, намного выше прочих, сравнимое разве что со зданиями на самом Сарке – во всяком случае, намного большего размера, чем требовалось Верхнему городу, – оно демонстрировало преимущества дешёвой рабочей силы. Тиренс остановился у пологого пандуса, ведущего к главному входу. На пандусе цветом создавалась иллюзия ступеней, сбившая с толку Рика. Она придавала библиотеке дух архаики, свойственный академическим зданиям.

Просторный центральный зал был прохладен и почти пуст. Библиотекарем служила женщина. Сидя за единственным письменным столом, она казалась одинокой сморщенной горошиной в чрезмерно раздутом стручке. Увидев их, она привстала.

– Я – староста, – торопливо произнёс Тиренс. – Особые привилегии. Этот туземец со мной.

Он протянул ей заранее приготовленные документы. Библиотекарша села, с суровым видом извлекла из слота металлическую пластину и подтолкнула её Тиренсу. Староста приложил большой палец. Библиотекарша сунула пластину в другой слот. Тускло мигнуло фиолетовым.

– Комната 242.

– Благодарю.

Кабинкам на втором этаже было присуще всё то же ледяное единообразие, наводившее на мысль о звеньях бесконечной цепи. Стеклянные двери некоторых кабинок были непрозрачными, матовыми, в них находились люди. Прочие пустовали.

– Двести сорок два, – скрипуче сказал Рик.

– В чём дело, Рик?

– Не знаю. Я почему-то очень взволнован.

– Ты когда-нибудь бывал в библиотеках?

– Не знаю.

Тиренс приложил большой палец к круглому алюминиевому диску, который несколько минут назад сделался чувствительным к отпечатку пальца. Стеклянная дверь открылась, они вошли, дверь бесшумно закрылась и стала непрозрачной, словно упала штора.

Комната размером шесть на шесть футов не имела окон и украшений. С потолка лился рассеянный свет, вентиляция была искусственной. Стол – от стены до стены, мягкая скамья без спинки. На столе – три ридера. Их матовые экраны располагались под углом в тридцать градусов. Перед каждым виднелись кнопки и верньеры.

– Тебе известно, что это такое? – Тиренс сел и положил пухлую ладонь на один из ридеров.

Рик примостился рядом.

– Книги? – нетерпеливо спросил он.

– Ну-у, – неуверенно протянул Тиренс, – это библиотека, так что твоя догадка недорогого стоит. Ты умеешь пользоваться ридером?

– Нет, староста, вряд ли.

– Уверен? Подумай немного.

Рик сосредоточился изо всех сил.

– Нет, извините, староста.

– Что же, тогда я тебе покажу. Смотри, тут у нас кнопка с надписью «Каталог» и алфавитным указателем. Нам нужна энциклопедия, поэтому мы устанавливаем риску на букву «Э» и нажимаем копку.

Тиренс проделал всё это. Матовое стекло ридеров ожило, став жёлтым, на нём проступили чёрные буквы. Одновременно потускнел потолочный свет, а перед экранами, точно языки, выдвинулись три панели, причём на каждую был направлен световой луч. Тиренс щёлкнул тумблером, и панели уехали в свои пазы.

– Заметки делать не будем, – прокомментировал он. – Теперь повернём вот эту ручку и просмотрим список книг на букву «Э».

Длинный перечень авторов, названий, каталожных номеров пополз вниз, пока не дошёл до столбца пронумерованных томов энциклопедии.

– Надо ввести буквы и цифры, написанные после названия книги, которую вы хотите прочитать, потом нажать вот эту кнопку, и на экране появится страница, – вдруг произнёс Рик.

– Откуда знаешь? – Тиренс повернулся к нему. – Вспомнил?

– Может быть. Я не уверен, но мне показалось, что так правильно.

– Хорошо, будем пока считать это проницательностью.

Он набрал буквенно-цифровой код. Страница моргнула, появилось название: «Энциклопедия Сарка, том 54, Пос-Пул».

– Теперь гляди, Рик. Я не хочу ничего тебе подсказывать, поэтому не скажу, что у меня на уме. Просто просматривай книгу и, если что-то покажется тебе знакомым, остановись. Всё понял?

– Да.

– Отлично. Приступай.

Минута шла за минутой. Внезапно Рик охнул и крутанул ручку, возвращаясь назад. Тиренс прочитал заголовок и расплылся в улыбке.

– Ты вспомнил, правда? Не догадался, а именно вспомнил?

– Воспоминание само вернулось ко мне, староста. – Рик часто закивал головой. – Само!

Статья была посвящена пространственному анализу.

– Я знаю, что тут написано, – проговорил Рик. – Сейчас, сейчас покажу.

Он тяжело дышал, да и сам Тиренс едва сдерживал возбуждение.

– Смотрите, староста, это есть всегда, во всех статьях…

Читал вслух он сбивчиво – и всё же гораздо лучше, чем можно было ожидать после отрывочных уроков Валоны.

Статья гласила: «Неудивительно, что пространственные аналитики склонны к интроверсии и зачастую отличаются неуравновешенным характером. Совершенно нормальный человек не смог бы посвятить большую часть своей жизни пугающему одиночеству межзвёздной пустоты. Вероятно, поэтому Институт пространственного анализа сделал своим официальным девизом ироничную и парадоксальную фразу «Мы анализируем Ничто».

Голос Рика сорвался.

– Ты понимаешь то, что прочитал? – спросил Тиренс.

– Тут написано: «Мы анализируем Ничто». – Щуплый мужчина поднял на старосту горящие глаза. – Это то, что я вспомнил. Я был одним из них.

– Ты был пространственным аналитиком?

– Да! – выкрикнул Рик, потом добавил тише: – Голова болит.

– Потому что ты слишком напрягаешь память?

– Похоже, – нахмурился он. – Но я должен вспомнить побольше. Существует опасность, огромная опасность! Прямо не знаю, что делать.

– Библиотека к нашим услугам, Рик, – осторожно произнёс Тиренс, взвешивая каждое слово. – Попробуй воспользоваться каталогом самостоятельно и прочитать что-нибудь по пространственному анализу. Посмотрим, куда это тебя заведёт.

Рик порывисто склонился над ридером. Видя, что он весь дрожит, Тиренс отсел немного, давая ему место.

– Как насчёт «Трактата об инструментах пространственного анализа» Врейта? – поинтересовался Рик. – Пойдёт?