Айзек Азимов – Искатель, 2004 №1 (страница 6)
Дверь заскрипела.
— Ну, красавица, что надумала?
— А ничего. Через два часа я должна выйти на связь с шефом. Если вы будете столь любезны, что предоставите мне возможность позвонить, то после этого мы с вами и побеседуем.
— Что ж… — брюнет окинул меня оценивающим взглядом. — Считай, договорились. А может, ты его любовница? Для обмена было бы недурно.
Насвистывая под нос мелодию из мюзикла «Собор Парижской богоматери», он направился к выходу.
— Если припомнишь что-нибудь интересненькое — зови, я поблизости.
Итак, я получила два часа на то, чтобы составить план побега.
…В глубокой задумчивости я раскалывала гантелью арбузы, выбирая, какой послаще. Нельзя же весь день ничего не есть!
План побега не срастался. В моем распоряжении была сумка (если не считать ума и прочих талантов), но чем она могла мне помочь, если газовый баллончик я выложила несколько лет назад, а телефон так и не удосужилась приобрести? Впрочем, в плену телефон у меня все равно отобрали бы.
Я разложила на полу содержимое сумки, стараясь ничего не закапать сладким арбузным соком.
Думаю, арбузы были с пестицидами, так как появившийся наконец план оказался чересчур хитрым. Прежде всего мне понадобилось отыскать два гвоздя. Я обнаружила их в пережившей ремонт старой оконной раме. Кто не пробовал тащить гвозди пинцетом для бровей, знайте: очень сложно. Под конец, чтобы плотнее уцепиться, пришлось оборачивать их куском полиэтилена. Затем извлеченные гвозди я стала вбивать в дверной косяк, используя в качестве молотка полуторакилограммовую гантель. На шум примчался брюнет.
— Чего, — говорит, — стучишь?
— На волю хочу.
— Обойдешься.
— Тогда буду стучать, пока ты не оглохнешь.
— Да и на здоровьице!
Он ушел, поганенько улыбаясь, а я завершила работу и в несколько рядов натянула поперек двери зубную нить «Oral-В». Затем я сняла колготки и разрезала их маникюрными ножницами на две эластичные веревки. Выкатила на середину самый большой арбуз (тяжеленный оказался, зараза; даже захотелось взвесить его гантельками, да было жаль терять время), встала на него и прицепила колготки к лампе на потолке.
Подготовительный этап был завершен. Вздохнув, я сняла из-под блузки бюстгальтер и подошла к зарешеченному окну.
«Фиат» брюнета стоял прямо передо мной. Я щелкнула зажигалкой, подпалила бюстгальтер и бросила его на подоконник. Повалил дым. Зажмурившись, я разбила гантелью стекло, затем просунула руку сквозь решетку и, попытавшись размахнуться, швырнула гантель в «Фиат». Размаха не получилось, но я не промазала: «Фиат» обиженно взвыл сигнализацией. Сейчас должен выскочить его хозяин.
Я бросилась к арбузу.
Взбешенный брюнет выбежал к своему вопящему автомобилю и увидел жуткую картину: из разбитого окна валил дым, а там, в дыму, в позе висельника болталась я на собственных колготках. Брюнет на секунду оцепенел, потом обмер и кинулся меня спасать. А как же, ведь я еще не раскололась по поводу Зеленого Бублика! Зубная нить оказалась качественной: споткнувшись, он рухнул на пол, и я смогла сделать то, ради чего все затевалось: прицельно и с комфортом огреть его по затылку гантелью.
Брюнет крякнул и притих. Я поспешно отцепила приготовленные колготки от лампы и связала ему руки-ноги. Ай да я, ай да… как там Пушкин говорил?
Надо обшарить его карманы. Можно сказать, привычное дело — документы инструктора уже лежат рядом с моими.
Из карманов брюнета я извлекла паспорт (Максимов Илья Георгиевич, будем знакомы), бумажник, ключи от машины и злополучный конверт. Что ж, пожалуй, он мне пригодится. Если на меня хотят повесить убийство инструктора, надо обеспечить себе защиту. Узнать бы только, в чем, собственно, дело.
Тут меня озарило. Почему бы не попытаться похитить брюнета? Глядишь, обменяю его на какой «марципанчик»… Во всяком случае, забрав его с собой, я могу быть уверена, что он еще не развязан сообщниками и что они не мчатся всей гурьбой по моему следу.
Я выскочила к «Фиату». Боковое стекло разбито, но это не беда; главное, что он, немного поворчав, согласился завестись. Подобрала валяющуюся гантель. Их у меня по-прежнему три — есть чем сражаться с бандитами.
Замок на воротах открылся легко, но тугой засов было не сдвинуть. Пришлось поработать гантелями, как долотом. Наконец я сумела загнать на склад заднюю часть «Фиата», открыла багажник и, проклиная каждый килограмм тучного тела, заволокла туда брюнета. Вот это тренировочка! Завтра, небось, спину не разогну. В багажнике обнаружился трос для буксировки. На всякий случай я откинула коврик и примотала брюнета к запасному колесу.
Илья Георгиевич замычал и начал приходить в себя. Как там полагается говорить?
— Дежи, падла, и не рыпайся, а то все кишки из тебя выпущу! — прохрипела я ему в ухо и захлопнула крышку. Потом, поразмыслив, снова ее открыла и сунула ему в рот в качестве кляпа обгорелый бюстгальтер. Ну не снимать же по такому поводу с себя еще что-нибудь!
Отъезжая, я обратила внимание на табличку, украшающую соседнюю с металлическими створками дверь: «Бюро ритуальных услуг». Меня передернуло. Интересно, что собираются хранить на том складе?
Итак, я снова еду по городу без всяких на то прав. Да еще на чужом автомобиле. Правда, хозяин находится здесь же, но, боюсь, это мне только увеличит статью. Как там: превышение необходимой самообороны? Или похищение человека? Да ведь на мне еще висит убийство инструктора! Мамоньки, мамоньки; может, заодно ограбить банк? Терять-то все равно уже нечего…
Нужно срочно отыскать уединенное местечко для допроса. В квартире есть утюг… Но вдруг кто-то из бандитов вычислил мой адрес? Опять же соседи переполошатся, да и к лифту тащить такую тушу проблематично. Пожалуй, лучше всего отвезти Илью Георгиевича на дачу к родителям.
Не подумайте, что мои родители — мастера допрашивать пристающих к дочери преступников. Скорее всего, они пришли бы в ужас от моей «экспрессивности» и принялись отпаивать злостного брюнета чаем с малиной. К счастью, на тот момент они беспечно загорали в Турции.
Илья вел себя интеллигентно, багажник не ломал и не матерился. Может, конечно, он тихонько скончался от удушья или от разрыва сердца, но проверять это посреди оживленного проспекта я не решилась.
Кстати, а правильно ли я еду? Карта дорог осталась в учебной восьмерке рядом с покалеченным инструктором…
Туг судьба решила мне улыбнуться: я увидела ларек, по соседству с которым упоенно грохотали сварщики. Пожалуй, здесь можно и остановиться; если мой пленник решит пошуметь, его никто не услышит.
Кое-как приткнувшись у бордюра, я поспешила к ларьку.
— Девушка, вы уронили сто рублей, — тронул меня кто-то за плечо.
Я обернулась. Мне мило улыбался симпатичный молодой человек. Очередной поклонник. И опять брюнет…
— Кстати, этот атлас дорог сделан бестолково. Вы бы лучше…
— Ничего я не роняла! — отрезала я. Хватит с меня новых знакомств. Еще один благодетель в багажник не поместится.
Я схватила карту и постаралась поскорее присоединиться к потоку машин.
Трудами великими добравшись до родительской дачи, я загнала машину в пустующий гараж и открыла багажник. Брюнет меланхолично жевал мой бюстгальтер. Живой и невредимый.
— Вот и чудненько, — вздохнула я с облегчением. — Сейчас я тебя буду пытать.
— М-м? — уточнил брюнет.
Я достала из сумочки гантель.
— Выбирай: размозжить тебе пальцы или повышибать зубы?
Илья Георгиевич энергично затряс головой, пытаясь выплюнуть бюстгальтер. И то верно, как же он сможет говорить?
Я поспешила на помощь, и меня тут же сочно обматерили.
— Весьма колоритно. А теперь давай-ка ближе к делу, — приказала я, подбрасывая гантельку на ладошке.
И вот, наконец, мне поведали, во что я умудрилась влипнуть. Для Ильи история началась с угона его любимого «Мерседеса». Произошло это несчастье через две недели после прохождения техосмотра, а еще неделю спустя, поджидая супругу у крылечка автошколы, он увидел свой «мерс» припаркованным неподалеку. Номера были перебиты, но в лучах заходящего солнышка ясно отсвечивали параллельные царапины на одном из стекол, выполненные в порыве вдохновения его пятилетним сынишкой.
Разгневанный владелец «Бюро ритуальных услуг» решил поквитаться с обидчиками. Была вызвана «группа поддержки», за «Мерседесом» туг же установили слежку, а несколько позже телефоны автошколы снабдили «жучками». Итак, бравый брюнет обнаружил преступную организацию, занимающуюся угоном автомобилей. Вычислить связи в ГИБДД и на станции техобслуживания оказалось несложно. Однако личность шефа оставалась загадкой. КТО ТАКОЙ ЗЕЛЕНЫЙ?
Илья внедрил в автошколу своего человека. Сегодня утром тому удалось выкрасть документы, с помощью которых можно было бы получить компенсацию и за «Мерседес», и «за моральный ущерб», и, так сказать, «за труды». Но Бублика (это был именно он) засекли и перехватили. Брюнет слышал истеричный голос секретарши, докладывающей по телефону: «Парня взяли, но документов при нем нет». И чуть позже: «Документы у Борискиной. Она сейчас в восьмерке с Якушевым». И вот на перехват учебной восьмерки помчались джип с людьми Ильи и машина ГИБДД с людьми Зеленого. Мне повезло, что они достигли цели почти одновременно и занялись выяснением отношений.
Судя по всему, произошла некоторая путаница. Важность моей персоны переоценили. Секретарша решила, что я неспроста прибыла в автошколу на час раньше, а Илье доложили, что преступные ГИБДДшники ретиво бросились на мою защиту.