Айя Субботина – Солги обо мне (страница 38)
Меня слегка пугает, что в присутствии Олега мои системы внутренней безопасности с завидной регулярностью дают сбой. Мне все время хочется одернуть невидимое жалюзи, чтобы хоть ненадолго от него спрятаться, особенно в такие моменты как этот - когда Юпитер слишком настойчиво прет на мою незащищенную маленькую орбиту.
— Может, я просто жду, когда ты будешь готова и проявишь инициативу? - подсказывает он.
Я бы и рада что-то ответить, но не могу, пока продолжаю чувствовать его возбуждение.
Олег снисходительно улыбается.
Точно понимает что к чему. Хотя я наверняка покраснела до корней волос.
— Вот поэтому, - говорит с легким сожалением, и подталкивает меня к машине. - Поехали, девочка, у нас сегодня много дел.
Когда-нибудь - я в это верю - я привыкну к его этому «девочка». Мне кажется, он не придает какого-то сакрального значения этому слову, использует его скорее чтобы подчеркнуть свое ко мне отношение - отчасти, немного снисходительное, отчасти - покровительственное. Но мне каждый раз все равно не по себе. Как будто я что-то, что уже принадлежит лично ему, а мое, хотя бы формальное согласие, Олегу не требуется, потому что он и так все решил. За меня. Причем, чем чаще я об этом думаю, тем больше склоняюсь к мысли, что это решение не было спонтанным или продиктованным эмоциями.
— А как ты меня нашел? - задаю вопрос, который следовало задать еще в тот день, когда он появился возле моей балетной школы. - Как можно найти незнакомого человека в городе миллионнике?
Олег, как обычно, смотрит строго на дорогу. Он всегда водит очень уверенно, не дергается, пропускает пешеходов и не сигналит, если стоящая впереди машина задерживается на светофоре хотя бы одну лишнюю секунду. Мне кажется, Олег за рулем - лучшая демонстрация Олега в семейной жизни. Любая женщина с радостью согласится отдать в его руки бразды правления семейным лайнером.
А я? Я согласилась бы?
Мысли в моей голове превращаются в хаос. Почему я вдруг подумала о будущем? Зачем именно сейчас, хоть спустя два месяца «общения» не смогу с уверенностью сказать, в каком мы статусе. Передруг недопарень? В тридцать пять-то лет?
— Это было не сложно, - слышу его спокойный голос с нотками самолюбования. - У тебя была слишком характерная внешность - тонкая, с синяками под глазами, с искусанными губами.
— Ты где-то откопал исследование, в котором у всех балерин - синяки и искусанные губы?
Я скопом обираю все мысли в один ворох и закидываю в дальний ящик своей головы Не хочу сейчас разбираться со всем этим. Может, Олег прав, все дело именно во мне? И как только я перестану шарахаться от того, что нормальные женщины принимают за благо, между нами тоже все… наладиться и обретет, наконец, какой-то правильный статус?
— … и еще на твоей сумке была надпись «Танцуй как бабочка», - терпеливо, несмотря на то, что я его перебила, заканчивает Олег.
— Черт. - Я стыдливо смеюсь и прикладываю ладонь ко лбу как в известном интернет-меме.
— Я подумал, что в дождь и без зонта ты бы точно не стала ездить в студию на другом конце города, значит, посещаешь какую-то поблизости. Выбрал подходящие и потом просто…
Он одновременно щелкает пальцами обоих рук, и от этого звука я невольно подпрыгиваю.
Ладно, вот оно.
Несмотря на всю его заботу, несмотря на то, что ни один человек не делал для меня и близко ничего подобного, рядом с Юпитером я все равно не чувствую себя в безопасности. Все время на взводе, как будто стоит расслабится - и он проглотит меня всю, целиком. Потому и дергаюсь буквально на каждый его взгляд и жест.
— Но мы ведь могли бана…
Олег так резко тормозит, что я едва успеваю выставить вперед руки, чтобы не приложиться лбом об приборную панель. Хотя и пристегнулась, и вряд ли бы это произошло даже при самом плохом варианте развития событий, но все равно рефлекторно растопыриваю пальцы.
— Блять, - слышу шипение Олега сквозь зубы. - Сука.
Поднимаю голову и вижу ребенка максимум трех лет (если не меньше), который буквально бросился под колеса. А за ним - мамашу с еще одним таким же на руках. Если бы не молниеносная реакция Олега…
Я сглатываю, безуспешно пытаюсь унять дрожь, но у меня ничего не получается. Перед глазами мелькают картинки - одна страшнее другой. Ведь все это действительно могло плохо кончится, и если бы не Олег - мальчика уже просто могло не быть в живых! Господи, да куда же смотрят эти нерадивые мамаши, если даже я, бездетная малолетка, понимаю, что с малышами нельзя играть возле дороги, а если приходится куда-то идти - нужно прикручивать к своей руке веревкой!
Пока я медленно выдыхаю, Олег выходит из машины.
Резко, жестко захлопывает дверь.
Оглядываюсь - пара водитель позади нас (тоже только чудом не припечатавших кабриолет сзади) выходят следом. Невольно втягиваю голову в плечи. Обычно я очень любопытная, но сегодня мне хочется закрыть глаза, чтобы, когда открою снова - всего этого уже не было.
— Ты, блять, совсем идиотка слепая? - слышу шелестящий, как пенопласт по стеклу голос Олега. - Тебя, сука, давно ебалом по асфальту не таскали, чтобы в телефон меньше шпарилась?!
Хочется закрыть уши.
А я ведь впервые слышу маты в исполнении Олега. Обычно он подчеркнуто вежлив, сдержан, и даже когда нас перебивает его телефон, он редко позволяет себе хоть на полтона повысить голос. Может, именно поэтому сейчас я почти на грани панической атаки. И еще потому что оба ребенка мамаши начинают громко плакать, а другие водители становятся вокруг них полукругом, начиная набрасывать сверху.
Я слышу, как женщина пытается огрызаться - сначала очень громко и нагло, потом - тише, с истеричными нотками. Мне показалось или у нее действительно немного заплетается язык?
Когда напор Олега становится еще сильнее, она начинает скулить.
Наверное, нужно выйти из машины и как-то вмешаться? Вызвать полицию? Или кого надо вызывать в таких случаях, если ДТП формально не случилось?
Пока я лихорадочно соображаю, взгляд цепляется за Олега. Его руки висят вдоль тела, но я почему-то обращаю внимание на крепко сжатые кулаки. Так крепко, что на фоне смуглой кожи очень резко контрастируют побелевшие костяшки. Нет, он не замахивается на нее, но его как будто сразу так много, что даже мне, сидящей в машине далеко от основной арены событий, хочется обхватить себя руками и сказать (хоть это и глупо), что я не при чем.
— Все, остынь. - Я вижу, как какой-то мужик кладет руку Олегу на плечо, когда он снова напирает на нерадивую мамашу.
Олег реагирует молниеносно - разворачивается на пятках, заносит кулак… и только в последний момент успевает одернуть руку. Буквально в сантиметре от неминуемого столкновения с носом неосторожного водителя. Тот резко отшатывается. Остальные мужчины тоже потихоньку пятятся в стороны.
— Блять, - снова шипит Олег, отряхивает руку, будто все-таки успел запачкаться и возвращается ко мне, в машину.
От него так фонит подавленной агрессией, что я мысленно представляю себя бабочкой, которая самоотверженно навинчивается на невидимую шпильку - чтобы только не сбежать. Но Олег на меня даже не смотрит - резко стартует в места, нарочно крепко газуя рядом с мамашей, которая на слабых ногах убирается с проезжей части.
Я и раньше знала, что у этого мужчины тяжелая энергия.
Но сейчас я чувствую ее особенно… разрушительной.
Глава двадцать восьмая: Венера
Глава двадцать восьмая: Венера
Несколько кварталов мы проезжаем в полной тишине.
Олег даже музыку выключает, как будто ему в тягость каждый звук, и классическая музыка, к которой он точно очень неравнодушен. Если бы можно было как-то «не отсвечивать» - я бы это точно сделала, хотя, объективно, Юпитер не давал повод думать, что его агрессия может зацепить и меня. Но все равно чувствую себя ужасно неловко.
Чтобы хоть как-то успокоится, достаю телефон и начинаю бездумно пролистывать свою ленту в Инстаграм. Даже не всматриваюсь в фотографии - на автомате скольжу пальцем по экрану, изредка морща нос, когда задеваю пару особенно крупных трещин.
«Это просто из-за того, что я впервые увидела его не_спокойным, - включаю свой внутренний голос, - тем более, та мамаша реально заслужила лов покрепче».
От своей внутренней мантр отвлекаюсь, когда машина мягко притормаживает около салона мобильных телефонов. Смотрю на знакомую вывеску, потом на Олега и мысленно пожимаю плечами. Мало ли что ему тут нужно.
— Ника? - Юпитер стучит ладонью по бортику авто. - Пойдем.
Я молча, именно чтобы «не отсвечивать», выхожу и послушно иду за ним.
А дальше начинается какое-то светопредставление в лучших традициях «Красотки».
Самый дорогой флагман - мне.
Чехол со Сваровски на него, деньги на счет на десять лет вперед. Беспроводные наушники - маленькие для «улицы» и большие для дома. Ноутбук - компактный, удобный, в красивом золотом цвете. Планшет - топовый бренд, топовая комплектация. Я силой пытаюсь заставить себя оглохнуть, когда продавец озвучивает итоговую сумму. Нет, конечно, украшение на моем запястье стоит несравнимо дороже, но ведь…
Олег молча прикладывает «пластик» к платежному терминалу.
Берет пакеты с покупками и подталкивает меня к двери.
А я, чувствуя сея настоящей неблагодарной свиньей, снова покорно иду следом.
Мне же положенно радоваться, нужно прыгать до неба, потому что за последние дни Олег сорит вокруг меня деньгами. Причем, это почти буквально - все эти подарки, о которых я даже не заикалась (и не думала, вообще-то!), он делает буквально как будто щелкает пальцами. Ни разу не спросив, а нужно ли мне все это и что я вообще буду делать с этим богатством.