Айя Субботина – Простокровка из Дра'мора (СИ) (страница 64)

На следующем снимке был обгоревший до черноты труп. Марори в глаза бросились неестественно оголенные зубы: обычные, ровные. Ни намека на клыки.

— Номер одиннадцать. Сгорела у меня на глазах.

На последнем фото девушка выглядела вполне живой, если бы не одно но: она лежала в какой-то полупрозрачной жиже и была мертвецки синюшной. Трубки и шнуры тянулись из ее тела, словно черви и змеи, голова была абсолютно лысой.

— Номер двенадцать, — сказал Марроу за миг до того, как Марори увидела эту цифру у девчонки под левой грудью.

— Что с ней? Она жива?

— Она и не была жива. Собственность одного из филиалов «Возрождения», хранилась под грифом «совершенно секретно» и едва не сгорела во время взрыва три дня назад.

— Эти взрывы — они ведь не просто так, да?

— Умница, — как будто искренне похвалил Марроу. — Хозяин заметает следы.

Они несколько минут молча смотрели друг другу в глаза. Она знала, что хочет спросить, и знала ответ на свой вопрос, а небеснорожденный, угадав ее мысли, выжидал, давая время свыкнуться с отталкивающей действительностью.

— «Возрождением» владеет Вандрик Шаэдис, — четко проговаривая каждое слово, ответил эрэлим на ее так и не заданный вопрос. — Доказать это было тяжело, потому что псих очень хорошо запутал следы и обеспечил своей адской машине первоклассное прикрытие, прячась за спинами безнадежно больных людей. А по факту занимался тем, что порицается и небеснорожденными, и проклятокровными: создавал человека.

— Я. не человек?

— Я надеялся, что ты мне ответишь на этот вопрос. — Марроу осторожно забрал снимки из ее трясущихся пальцев.

— Вы переходите черту дозволенного, молодой человек! Я дал согласие на разговор с айрой Шаэдис, а не на ваши уничижительные теории в адрес ее происхождения.

Голос разгневанного Магистра вывел Марори из оцепенения. Образы со снимков продолжали хороводить перед глазами, но постепенно стали тусклее, и она почти могла их контролировать.

— Прошу прощения, Магистр. Я буду более осторожен в словах. Кстати, почему Шаэдис?

— Это. долгая история, — бросила Марори и мысленно поклялась себе, что лучше откусит язык, чем расскажет этому небеснорожденному хоть что-то.

Спина снова адски заныла. Она зажмурилась, когда обжигающая вспышка боли резанула по позвоночнику, отдалась в копчик так, что Марори с трудом смогла усидеть на месте.

— Обычно у серафимов крылья прорезаются до полового созревания, — как будто прочитав ее мысли, сказал Марроу. Ей показалось, что еще мгновение — и эрэлим подастся к ней, протянут руку. — Чем старше серафим — тем более болезненный процесс. По-хорошему, тебя нужно в лазарет и под присмотр сведущего в этих делах врача.

— Имеешь ввиду в кандалы и в карцер?

Марроу устало помассировал переносицу. Он действительно выглядел неважно, и морщины в уголках его глаз выдавали не одну и не две бессонные ночи.

— Прости, я. сама не своя. — Она не собиралась просить прощения, но слова родились сами, как будто другая, теперь уже «окрыленная» часть ее крови небеснорожденных испытывала к эрэлиму родственные чувства. — Как только мне начинает казаться, что я понемногу осознаю происходящее — все снова переворачивается с ног на голову. А ты, знаешь ли, последний человек на свете, чьи советы для меня что-то значат.

— Очень правильная позиция, — неожиданно охотно поддержал Марроу. — Можешь не верить, но я бы никогда в тебя не выстрелил и Тинду не позволил бы причинить тебе вред.

— То есть он действительно собирался меня прикончить? Разве вы не.

— Мой другой род деятельности известен очень ограниченному кругу людей, и брата среди них нет. Уверен, у нас будет предостаточно времени, чтобы обсудить эти факты моей биографии. А сейчас, если не возражаешь.

— То есть после всего услышанного, мне не сотрут память? Не сбросят с крыши и не посадят в чан с формальдегидом?

— Кто-то здесь определенно пересмотрел боевиков, — Марроу снисходительно улыбнулся. — Ладно, давай начнем с самого начала. Надеюсь, Магистр, вы найдете для меня еще немного терпения.

— Как будто у меня есть выбор.

Он сел в кресло, но от Марори не укрылась ни его явная заинтересованность, ни огненная вспышка азарта во взгляде.

— Первая девушка, как ты точно угадала, и была причиной Прорыва. Первого из двух официально озвученных. И порядка десяти тех, которые выдали за теракты, аварии и природные катаклизмы. Совет полагает, и здесь я в кои-то веки согласен с этими пугливыми бюрократами, что излишняя огласка только приведет к панике и увеличению градуса неприязни между небеснорожденными и проклятокровными. Некоторые Прорыв происходили при непосредственном участии этих девушек, — он постучал о ладонь уголком пачки фотографий, — причины возникновения других до сих пор изучаются. Но если кому-то интересно мое мнение, то я почти уверен, что каждый катаклизм такого масштаба не обошелся без прямого, либо косвенного участия остальных «номеров». Просто им повезло не убиться о собственные таланты и не попасться Серым в руки. — Он кашлем прочистил горло, выждал пузу, как будто рассчитывал на предложенный хотя бы из вежливости стакан воды, и, не дождавшись, продолжил. — Где-то полгода назад Серым удалось взломать одну из лабораторий «Возрождения». После бегства Шаэдиса-старшего большая часть подпольной деятельности притихла, а тех немногих сведений, которыми мы располагали, было недостаточно, чтобы напасть на след. Он хитро придумал, распределив настоящие и ширмовые комплексы вперемешку с генетическими лабораториями. Периодически до нас доходили сведения о том, что его видели то там, то здесь, но каждая наводка в итоге оканчивалась очередным пшиком. Будь на его месте зверь помельче, засранца давно бы скрутили в бараний рог. Но Шанатары ведут род от одного из Темных, и до сих пор владеют Плетением совершенно иного порядка. Для того, чтобы открыть портал, ему не нужны ни заряженные кластеры, ни порошок. Он может сделать портал даже со связанными руками и заткнутым ртом. Ловить такого, не имея приличного опыта или хотя бы мало-мальски подготовленной ловушки, — все равно, что носить воду решетом.

— Принц-из-Тени, — повторила Марори титул Крэйла, который до сегодняшнего дня считала чем-то игрушечным и ненастоящим, как пришитый на обычную куртку лейбл более дорого бренда.

— Принц-из-Тени, Лорд крови и, как бы абсурдно это ни звучало, один из двух доживших до нашего времени Темных.

— А второй — Крэйл?

— Именно. — Марроу разговор определенно начал развлекать, потому что в его глазах вспыхнул интерес совсем иного толка: он определенно знал, какой эффект производят его слова, и наслаждался эффектом, который производит каждая разоблачающая фраза. — Я думал, что ты тоже. Но когда присмотрелся, сообразил, что в этой игре ты всего лишь пешка. Понимаешь теперь, почему я так отчаянно блефовал?

— Потому что не был уверен, не заодно ли я с Шаэдисом-старшим.

— И младшим тоже, — поправил эрэлим.

— Крэйл не причастен к поступкам своего отца, — сквозь зубы процедил Магистр. А Марори, практически в унисон ему, сказала:

— Он ничего не знает об отце.

Небеснорожденный нарочито издевательски хмыкнул.

— Вы оба заблуждаетесь. Серые считают, что все это время Крэйл поддерживает связь со своим отцом. Более того, в тех документах, которые нам удалось заполучить вместе с капсулой с эмбрионом, Крэйл Шаэдис фигурирует как первое и единственное ответственное лицо. А теперь вопрос: стали бы вы передавать детище своей жизни в руки человека, не способного ни по достоинству его оценить, ни развивать в нужном ключе?

Тут веселость Марроу спала, будто и не было, а сам он воткнул в собеседницу испытывающий взгляд.

— У нас есть все основания полагать, что отец занимался лишь подготовительным этапом создания эмбриона. Но потом, когда его объявили вне закона, и он даже физически не смог бы мониторить процесс, бразды управления перешли в руки его сына. У меня предостаточно документов, подтверждающих эту гипотезу: подписи, печати, финансовые отчеты по закупкам, колоссальные выплаты семьям «случайно погибших». Это вот такая кипа бумаг, — Марроу поднял руку над полом, — невозможно подделать столько документов. Да и зачем? Чтобы обвинить во всем единственного сына? — Небеснорожденный с любопытством посмотрел на Магистра. — Или, быть может, я заблуждаюсь и подобное в семьях проклятокровных почитают за некий элемент обязательного взросления?

— Вопросы к моей студентке закончены? — вопросом на вопрос ответил магистр.

Марроу и бровью не повел. Интересно, он вообще догадывается, что испытывает терпение проклятокровного, который может запросто испепелить его по щелчку пальцев?

— Могу я быть свободна, Магистр? — Марори опустила взгляд на сцепленные на коленях пальцы, покорно дожидаясь вердикта. Как бы там ни было, но он всегда становился на ее строну даже в тех случаев, когда ее поступки носили неоднозначный характер. Сейчас, когда вся ее вина сводится к какому-то абсурду, Магистр не может не разрешить ей эту завуалированную просьбу о побеге.

— Полагаю, у агента Альрика больше нет причин надоедать вам своим обществом, айра Шаэдис. А вы, молодой человек, зарубите себе на носу, что впредь я не разрешаю беспокоить моих студентов по какому бы то ни было вопросу без официальных на то разрешений и предписаний. И мне плевать, сколько времени займет бумажная волокита.