Айя Субботина – Простокровка из Дра'мора (СИ) (страница 47)

«Как о пауке каком-то», — подумала Марори. Без обиды, потому что за разрешение остаться в Дра’Море заочно на сто лет вперед простила Магистру все тычки, пинки и затрещины.

— Я распоряжусь, чтобы вам выписали пропуск в закрытую часть библиотеки. Потрудитесь выяснить, что за вещь оказалась у вас в руках. И ради Темных, немедленно переоденьтесь в форму! Что за вид?!

Марори растеклась в извинениях, одновременно пятясь к выходу — и выскочила за дверь.

Сердце грохотало в груди, в происходящее верилось с трудом.

Она не отчислена, ей дали еще один шанс!

Светлые и темные и Неназванные, ради этого она пережила бы еще с десяток ночей Хаоса!

Как сумасшедшая Марори неслась, чтобы поделиться хорошей новостью. Но, когда ворвалась в зал, радостная весть замерзла на губах. Крэйл держал Аситаро за горло, и эльф болтался над землей, весь синий и с выпученными глазами. При этом сам шанатар выглядел совершенно спокойно, будто темный вовсе ничего не весил. Появление Марори заставило его оглянуться. Секунду или две они сверлили друг друга взглядами, а потом альбинос разжал пальцы. Эльф грузно свалился на пол, как прогнивший плод, потянулся было, чтобы встать, но Крэйл безжалостно раздавил его ладонь носком тяжелого ботинка.

— Что происходит? — Марори тихонько прикрыла за собой дверь.

— Воспитательная работа, — пробасил Кулгард.

Страшно представить, в каком настроении будет Аситаро после такой «работы». И как, скажите, пожалуйста, ей получить свои бланки? С другой стороны, она не могла сдержать злорадство. Если бы ушастому еще и по морде пару раз съездили, было бы совсем хорошо.

Аситаро встал и, пошатываясь, подошел к Марори, потому что так получилось, что она стояла между ним и дверью. Повязка сползла с его лба, обнажила адово клеймо. Не похоже, чтобы добродушная Ирри Данва как-то позаботилась о нем: выглядит так же, как ее собственное до вмешательства горгульи. Либо Ирри Данва решила проучить темного за его издевательства над другими, либо Аситаро сам постыдился идти за помощью.

— Мне нужны бланки, Магистр сказал, что они у тебя.

Аситаро сжал челюсти, аж зубы скрипнули от натуги. Потом отодвинул ее с пути и вышел, хромая.

— Эти бланки? — Крэйл протянул ей запечатанный конверт.

— У нас новый старый староста, — Даган хлопнул его по плечу. Забавно, учитывая их разницу в росте, молодому дьяволу пришлось задрать руку. — Царевна, блин, лягушка!

Шанатар тут же лихо скрутил его, и несколько минут они в шутку бодались. Правда, при этом пару раз ощутимо съездили друг другу по физиономии. Марори уселась на скамью, распечатала конверт, желая окончательно убедиться, что не спит. Так и есть: бланки со знакомыми вопросами, формы для заполнения. Только один новый — форма для заполнения анализа крови. Формальность, конечно, но еще одно напоминание о том, что она «прошлая» и «теперешняя» — совершенно разные люди.

— Так ты все знал? — вдруг сообразила Марори. — Крэйл! Когда говорил, чтобы шла к Магистру, — ты уже все знал. И ничего не сказал!

Эашу растекся в улыбке.

— Моя цыпочка так хороша в гневе. И как я до сих пор сдерживаюсь, чеееерт.

Его словам никто не придал значения. Взгляды сосредоточились на хмурой Марори и Крэйле, которому Даган, пользуюсь тем, что противник отвлекся, как раз врезал в ухо. Шанатар потер ушибленное место, пообещал обидчику навешать люлей и зыркнул на Марори.

— Какие-то проблемы?

Это что, вызов? Этот ископаемый шанатар думает, что она настолько обезумела от счастья, что поддастся?

— Я просто спросила, — спокойно ответила Марори. — Но в следующий раз, прежде чем выкладывать посторонним чужие секреты, спроси сначала, хотят ли этого те, кому секреты принадлежат.

Он безразлично пожал плечами.

— Помочь с именем, цыпочка? — Эашу уселся возле нее, остальные тоже как-то незаметно оказались поблизости.

— Я понятия не имею, что тут написать. — Марори занесла ручку над самой первой строкой. Стало невероятно стыдно за то, что кончик стержня предательски дрожит. В конце концов, не каждый же день придумываешь новую себя.

— Я однозначно против смены имени, — пробасил Кулагрд. Он вообще любил категорично выражаться в особенности в тех вопросах, которые считал важными. И обычно не находилось желающих оспаривать его точку зрения.

— И я «за» старое имя, — поддержал Ниваль.

— Загвоздка в фамилии, — промурлыкал Эашу.

— Нет никакой загвоздки, — неожиданно встрял Крэйл.

— Ого, что сейчас будет, — на ухо Марори, посмеиваясь, прошептала Даган.

— Мне уже страшно, — также шепотом ответила она.

— Она может взять. мою фамилию. Так, по крайней мере, в стенах Дра’Мора никто к ней не сунется.

На этот раз нервы у Марори все-таки сдали, и она громко, нервно рассмеялась.

— По-моему, кто-то лезет на чужую территорию, — недовольно проворчал Эашу и чуть ли не силой притянул Марори к себе.

— Я не замуж ее зову, — огрызнулся Крэйл, — а предлагаю помощь. Как это сделал каждый из вас. Имя Шаэдисов приносит некоторые. неудобства, но не здесь. А в мир небеснорожденных, я так понимаю, малявка в ближайшее время не собирается. Но, конечно, она может называться хоть ведром, если с этим какие-то проблемы.

Марори надеялась, что хоть кто-то, хоть что-то скажет. Что вот сейчас они хором посмеются над несмешной шуткой, но никто и слова не произнес поперек. Даган так и вовсе энергично утвердительно закивал.

— То есть я буду вроде как. твоей сестрой?

Что за чушь!

— Ты будешь Марори Шаэдис йор Миол’Мора. Остальное люди придумают сами, можешь мне поверить.

— Охренительная маскировка, — продолжал ворчать Эашу.

— Ее никто не прячет, ей дают время. А я предлагаю помощь. И делаю это, вопреки всем своим принципам, второй раз. Пока она будет одной из семьи Шаэдисов, на нее будут распространяться все привилегии шанатаров. В том числе, окажется под защитой права о неразглашении личности без ее личного согласия. То есть попадет в закрытый список студентов. И если кто-то — он выразительно зыркнул на Марори, — захочет с этим списком ознакомиться, ему придется заново повозиться с бюрократической машиной. Месяц-другой, насколько я помню.

— Я. я.

Марори закрыла рот.

— Темные тебя подери!

Крэйл отобрал у нее бумаги и решительно, размашистым неряшливым почерком заполнил первые графы. А потом небрежно бросил листы Марори на колени. Она взяла их трясущимися руками.

Марори Шаэдис йор Миол’Мора.

— Мне сейчас нужно где-то кровью подписаться? — сквозь непрошеные слезы спросила она. Трижды глупая шутка.

— Достаточно сказать «спасибо».

— Спасибо, братик Крэйл, — прибавил Эашу. — Впервые чувствую себя самым трезвомыслящим. Тут вообще хоть у кого-то мозги есть?

— Гляньте-ка на него — ревнует, что ли? — хохотнул Кулгард, и его приступ веселья вызвал едва ли не такой же шок, как предложение Крэйла.

— Я думаю, это плохая идея, — продолжал ворчать инкуб.

— Теперь-то Крэйл за сестричку Мар тебе уши открутит, — подначивал Даган. И даже не скрывал, что делает это нарочно. — Думаю, пора ваш тотализатор прикрывать, ребятки, а взамен открывать новый: через сколько дней Шаэдис-старший навешает одному наглому инкубу за то, что цепляется к Шаэдис-младшей.

— Мне нравится эта идея, — спокойно и жестко поддержал Крэйл. Потом посмотрел на Марори, которая все еще пыталась собрать все произошедшее к одному знаменателю. — Я займусь формальностями и сам переговорю с Магистром. Есть какие-то пожелания насчет комнаты?

— Какой комнаты?

— Ох, и туго же до тебя доходит. Марори Шаэдис, к моей фамилии прилагается не только статус, хотя бы это ты в состоянии понять?

Она предпочла утвердительно кивнуть, не вдаваясь в подробности.

До обеда день пролетел как один миг. Мастер Гарак, преподающий основы парирования, не сделал скидок ни на физическое состояние студентов, ни на их участие в минувших событиях. Сперва загонял студентов до седьмого пота на отработке пройденных приемов, при этом всякий раз напоминая нерадивой студентке, что на случай, если ее форма пришла в негодность, нужно иметь запасной комплект. Потом они битый час отрабатывали новый прием, а потом пришла очередь тренировочного спарринга с самим преподавателем. И все по очереди получили на орехи. Все, кроме Крэйла Шаэдиса.

Марори не могла ничего с собой поделать — как завороженная, таращилась на альбиноса. Как он двигается, скользит по площадке, словно ничего не весит, как он безупречно контролирует свое тело, каждый жест и даже полжеста. Идеальная грация, которую никак нельзя угадать в таком мощном теле, и сила, которая ощущалась в каждом движении. Он мастерски владел парным оружием, и их с Мастером Гараком «танец» был совершенен.

После окончания занятий Эашу по традиции проводил ее до комнаты. С тех пор, как они стали «парой», инкуб взвалил на себя эту обязанность и старался всячески поигрывать на публику, если поблизости была хотя бы пара заинтересованных глаз. Однако все попытки проникнуть к Марори в комнату разбивались об ее железобетонное «нет». Не потому, что девушка дорожила репутацией (с некоторых пор она перестала волноваться о мнении окружающих), а потому что верила: терпение и совесть инкуба не безграничны.

— Сегодня для меня опять «нет»? — для проформы поинтересовался Эашу, наваливаясь на косяк ее двери.

— Ага.

Марори попыталась закрыть дверь, но он подставил ногу. И поморщился, когда она умышленно надавила посильнее.