Айя Субботина – Пойманные игрой (страница 35)
-->
-->
Хагер подтянул к себе сумку и запустил в нее сразу обе руки. Оленьи шкуры, несколько точильных камней разной формы и шершавости, письменные принадлежности, туба со свитками и разноцветные зелья. Основную же часть содержимого мешка воровки составляли кошельки. Хагер, пользуясь тем, что девушка прикрыла глаза и отдыхает, пощупал несколько наугад: один пустой, один полный - скорее всего с камешками, а не монетами. Воин не очень понимал в камнях и знал только то, что говорила игра. Если камень тусклый и мутный, но игра говорит, что это - алмаз, то так тому и быть. Но Сарф как-то обмолвился, что Руни продает украденные драгоценности по намного большей цене, чем та, которую предлагают завсегдатаи "черного рынка". Она знала толк в краже камней и толк в том, как их сбагрить. Самые дорогие она наверняка продавала в первую очередь, а мелкие оставляла на крайний случай.
Мешочек со змеями оказался в самом низу мешка. Хагеру пришлось потрудиться, чтобы достать его, заодно вытянув еще пригоршню других. С черной мягкой замши змеи, вышитые серебром, смотрели на Хагера рубиновыми глазами. Одна только эта вещица стоит приличных денег. Он уже собирался протянуть найденное Руни, когда взгляд зацепился за знакомую потертую кожу. Не может быть... Хагер разжал пальцы, выронил все, кроме узнанного кошелька. Наверное, не лежи внутри все его сбережения, он помнил бы кошелек не так хорошо. Но сейчас узнал все, даже узелки на шнурках-завязках.
- Откуда у тебя это? - Хагер приподнял руку с зажатой находкой.
- Я... Я не знаю... Украла, наверное, - она выглядела растерянной и безразличной.
- Украла?
Хагер вдруг отчетливо вспомнил момент, когда вор стащил его кошелек. Мальчишка, он запомнил мальчишку, но и Руни одевалась в мужскую одежду, была невысокой и щуплой. Не видя ее лица, он легко бы принял ее за мальчика.
- Это. Мой. Кошелек. - Хагер вколачивал в нее слова, словно гвозди.
Он ждал извинений, попыток успокоить себя или чего-то в том же духе. А вместо этого напоролся на еще один безучастный взгляд.
- На первых уровнях я обчистила много карманов. Откуда мне было знать, что с хозяином одного из них придется вместе сражаться.
- Нельзя просто так взять, забрать чужое и потом делать вид, что ничего не произошло. Там лежали все мои сбережения! Ты и в жизни плюешь на людей, если не знаешь их лично?!
Он и сам не понял, почему так завелся. Руни, с которой они разругались еще утром, отстранилась еще больше: ее взгляд стал морозным, лицо скрылось за каменной маской без единой эмоции.
- Откуда ты только взялся, такой правильный, - после долгого молчания произнесла она.
Сказала - как бритвой полоснула. Одним движением отобрала у него вещевой мешок - голос в голове сказал, что доступ к личным вещам персонажа Руни закрыт. Хагер отвернулся и отошел к костру.
Ночью он спал мало, ворочался с боку на бок и заснул, только когда в воздухе запахло рассветом. А когда рассвело, первым оказался в седле.
- И куда тебя нелегкая несет, - ворчала сонная Арагна, - не поевши же.
- В седлах поедите, - бросил он.
О том, что шахты неподалеку, подсказал спертый запах разложения. Балибей говорил, что все поселения вблизи шахт оказались разрушены, а люди покинули их так поспешно, что даже не стали хоронить мертвецов.
- Ну и вонь, - сморщила нос Арагна. Она тщетно пыталась прикрыть лицо рукавом новой, купленной недавно туники, но было видно, что от вони эта мера не помогает.
- Надеюсь, тут нет собак - за время они могли одичать и привыкнуть к запаху человеческого мяса, - вставил Сарф.
- И попробовать его. Ты это хотел сказать? - поправила белобрысого Руни.
Он кивнул, а гэла ловкачки предприняла еще одну попытку сбросить всадницу со спины. Руни удержалась, натянула удила и что есть силы вдавила пятки в бока животного. Гэла издала протяжный вой, полный обиды и негодования.
Чем дальше они ехали, тем отвратнее становился запах. Стоило Хагеру подумать, что хуже быть не может, как игра доказывала обратное. Когда в придачу к вони стали попадаться изъеденные воронами тела, даже не слишком слабого на живот Хагера подвернуло. Арагна свесилась с седла, и ее стошнило. Следующим был Брандин.
- В следующий раз напомни мне, чтобы я не лез в игры с полным погружением, - произнес заклинатель, как только смог говорить. - Не думал, что соглашусь на такие пытки добровольно, еще и денег заплачу прилично.
Вопреки предположению Хагера, на мертвецах пировало вовсе не воронье, а другие птицы, размером куда больше - в пестром оперении и с крепкими широкими клювами. Птицы так плотно облепили все ближайшие деревья, что те стали походить на огромных многокрылых чудовищ. Хагер мог поклясться, что каждая из птиц с охотой полакомится и свежей плотью.
- Постарайтесь не спугнуть их, - на всякий случай предупредил он.
Стоило словам сорваться с губ, как птицы (словно ждали условного сигнала) сорвались с веток. Почти сразу собрались в стаю и закружили над головами путников. Шум крыльев оглушал, Хагер закричал остальным, что нужно поскорее рвать из деревни, но шум заглушил его голос. Гэлы беспокойно завизжали. Вандал забил копытом и ощерился, точно хищник. Через мгновение воин увидел причину негодования скакуна: в его зубах, перекушенный надвое, болтался падальщик.
- Нуж... у...ос....ть ...оги! - Хагер услышал обрывки крика, но понять, кому он принадлежит, не смог. Да и какая разница - нужно спасать пятую точку, пока совсем не оглохли.
В дороге у него была возможность оценить, насколько гэлы быстрее лошадей, но теперь, встревоженные криками падальщиков, скакуны понеслись, будто за ними гнался лесной пожар. В какой-то момент Хагеру почудилось, что Вандал оторвался от земли.
-->
-->
Но, стоило крикам немного стихнуть, как гэлы замедлили шаг. Когда воин оглянулся, поселка, с его воняющими покойниками и трупоедами, уже не было видно. Вскоре рядом показался Брандин, позади которого маячила Арагна. Потом подтянулся Сарф: он выглядел так, будто его лицо отхлестали еловыми ветками.
- Они набросились на нас, - со злостью проговорил лучник. - Я думал, Руни ускакала вперед. Я был уверен, что видел ее гэлу... - он перебил сам себя. - Нет, сначала она была впереди, потом отстала, а потом... Чертова мать, я не помню!
Хагер обернулся снова, выждал немного - вдруг ловкачка появится? Мгновение, второе, третье...
- Надо вернуться за ней, - настаивал Сарф.
- И потерять еще кучу времени? - выпалила Арагна. Слишком быстро, словно знала о его просьбе и приготовила на нее единственно приемлемый аргумент.
- Какое, к драной заднице, время?! - Лучник завелся с полоборота. - Ей нужна наша помощь!
- Мы не бросаем своих, - прекратил споры Хагер.
Гэлы, слишком нервные из-за криков падальщиков, не желали возвращаться. Даже более или менее послушный хозяйской руке Вандал пятился и норовил повернуть, стоило Хагеру поторопить его. Арагна продолжала ворчать.
Сарф поехал первым. Он то и дело свешивался, склонялся чуть не к самой земле, выискивал следы. И не находил. Скоро на небе показались обрывки тучи падальщиков, но ни ловкачки, ни следов ее гэлы не было видно. А потом Хагер услышал голос, который сказал то, чего воин ожидал услышать меньше всего:
-->
-->
Нет, не может быть!
- Это глюк, это невозможно! - должно быть, Сарф крепко матерился, потому что часть его слов игра беспощадно заглушала.
- Что случилось? - будто невзначай спросил Хагер.
- Тупее вопроса не смог придумать? - Сарф нервничал.
Что произошло? Не может быть, чтобы она решила покинуть группу добровольно. Слишком удивленным и обеспокоенным выглядит лучник - вряд ли он настолько хорошо притворяется? Да и с каких это пор лучники стали хорошо блефовать? Вот Руни - другое дело. Она бы облапошила их всех и глазом не моргнув, но зачем? Воин потянулся за мешком, но тут же одернул руку - нет, ерунда.
- Я бы на твоем месте проверила, - отозвалась Арагна. Жест был слишком очевидным, чтобы ведьма не заметила его.
Хагер сделал вид, что не услышал ее слов.
Когда стало ясно, что идти вперед - значит, навлекать на свои головы падальщиков, - заговорил Брандин:
- Мы можем потерять еще кого-то, - сказал он, - это неразумно. Руни, если она жива, знает, куда мы направляемся. И придет.
"Если она жива..." Что за бред?! Конечно, она жива!
Хагер разрывался между желанием немедленно разыскать ее и голосом разума, который говорил, что Брандин прав. И все же он не спешил уходить.
- Я не оставлю ее одну, - упрямо сказал Сарф. - Не думал, что вы такие трусы.
- Трусость тут ни при чем, - осадила его ведьма. - Бесполезное геройство... - она осеклась, прочистила горло кашлем и прибавила. - Геройство - удел смертников. И сами погибнем, и ее не спасем. Если, конечно, еще есть кого спасать.
- Дорогу знаете, - проговорил Хагер. - Задание выполнять надо, как ни крути. Иначе голов не снесем. Да и с крыланами всем рисковать не дело. Так что... Отправляйтесь дальше. Меня не ждите. Если что - догоню.