Айя Субботина – Пари (страница 31)
— Вот-вот, — говорю вслух, глядя на самую большую «селедку-маму», в торчащей изо рта круглой штукой, похоже на пробку, — я тоже в полном офигевании.
Это самое мягкое слово из моего лексикона, чтобы описать всю степень трагедии моей жизни.
Я предпринимаю пару попыток начать распаковку коробок, потому что на часах уже около шести вечера, на сегодня у меня запланирован еще поход в магазин за всем необходимым минимумом для жизни, а на завтра вообще другие планы. Но сделав несколько провальных подходов, снова проваливаюсь в рефлексию. В этой чертовой квартире только один шкаф — у него ужасно скрипучая дверь, алюминиевая палка для вешалок и внутри… паутина с пауком.
Нет, все-таки «офигение» — это вообще не о том, что происходит с моей хрупкой душевной организацией в этот момент.
Я устраиваю рейд по квартире в поисках пылесоса, но нахожу только какое-то странное приспособление бочкообразной формы, на этот бытовой прибор похожее только наличием плюс-минус похожего шланга. Но ладно, чтобы избавиться от паука, оно, наверное, сгодится. Правда, стоит подключить его в сеть и нажать на кнопку старта, эта адская машина начинает издавать такой звук, будто собирается открыть Врата в Ад. Хотя, я не то, чтобы против — помощь одного рогатого мне бы сейчас точно пригодилась.
Но моего терпения хватает ровно на несколько секунд, после чего я выключаю агрегат и утаскиваю его обратно в «подсобку» — небольшую деревянную нишу в коридоре. Заставленную бог знает чем, начиная от пустых банок и заканчивая кирзовыми сапогами невообразимых размеров.
— Так, Вика, спокойно, — поглаживаю свою хрупкую душевную организацию, делаю глубокий вдох и… решительно передвигаю пункт с распаковкой вещей под пункт с походом в магазин.
Возможно, мне станет легче принять новую реальность после того, как она станет чище, пройдет обработку ароматерапией и освятится священным диффузором.
Я выбираюсь на разведку по району, который до этого изучила только примерно по электронной карте. Теперь я живу так далеко от центра и цивилизации, что первое время на пути не попадается вообще ничего — ни кафе, ни ресторанов, ни нормальных магазинов! Только маленькие продуктовые магазины, в которых, чего доброго, еще намнут бока за попытку поинтересоваться сроком годности, и еще — сомнительные закусочные, где в нагрузку к любой позиции идет «рассада» глистов и пищевое отравление.
А единственный фитнес-зал, куда я рискую заглянуть, вообще в темном сыром подвале! И на меня там смотрят примерно так же, как полчаса назад я смотрела на паука в шкафу.
Но, слава богу, в жизни на отшибе есть хотя бы один позитив — один из самых крупных в городе гипермаркетов почти что за углом. Никогда не думала, что скажу это, но оказавшись внутри мне сразу становится легче, потому что в отличие от забытья снаружи, внутри это похоже на хотя бы что-то из нормальной жизни.
Чтобы найти отдел с бытовой химией, приходится сначала поохотиться на сотрудника, который с горем пополам объясняет, куда пойти, где и сколько раз свернуть. И все равно не обходится без приключений, пока я просто не пристраиваюсь за пожилой парой, которая, судя по их разговору, пришла за шваброй.
Но главное, что я понимаю, оказавшись среди гигантских стеллажей, заставленных банками, мешками с разными средствами и в ауре химозного запаха — во всем этом я ни черта не смыслю! В последний раз, когда приходилось работать руками, мне было лет десять и мы с бабушкой самостоятельно делали ремонт и потом разгребали его последствия. Именно тогда я пообещала себе, что однажды у нас будет настолько обеспеченная жизнь, что мы сможем нанимать специально обученных и подготовленных людей.
— Вот черт, — я тянусь за большим пакетом, на котором нарисована стиральная машина. Это должен быть порошок для стирки, и в моем списке покупок он тоже есть.
Раньше ко мне два раза в неделю приходила рачительная женщина, наводила уборку, стирала, сушила и отпаривала вещи, а потом снова уходила. Все, что требовало более деликатного или специфического обращения, я отвозила в химчистку. Так что понятия не имею, какой порошок мне нужен. Для холодной стирки? Отбеливающий? Или отдельно для белого?
Беру тот, на котором написано «универсальный», и без проблем закидываю пятикилограммовый мешок в тележку — вот уж не думала, что моя «качалочка» пригодится в
— Лучше еще раз подумай, — слышу рядом женский голос и поворачиваюсь на стоящую неподалеку девушку. Хмурюсь, не очень понимая к чему это, а она, дружелюбно улыбнувшись, объясняет: — Это тестируется на животных.
— Эм-м-м…
Она берет пачку поменьше того же бренда и показывает, что на ней нет соответствующей отметки. Раньше я просто не обращала внимания на такие вещи, хотя всецело поддерживаю практику не мучить братьев наших меньших. Но сейчас меня больше интересует низка цена за тот же объем. Порошки рядом стоят процентов на двадцать дороже.
— Боже, дожилась, — сокрушаюсь себе под нос.
— Все в порядке? — участливо интересуется девушка.
— Просто… — пожимаю плечами. — Все в этой жизни может поменяться в любой момент.
— Не часто в таких местах? — Моя неожиданная собеседница кивает сперва на мою тележку а ля «пришла на клининг со своим», а потом — на кремовую сумочку-малышку на моем плече с логотипом известного бренда.
До меня только сейчас доходит, как нелепо я смотрюсь в таком «наряде» на фоне туалетной бумаги и средств для мытья унитазов. Но не бежать же мне теперь в ближайший Секонд-хенд за авоськой. Да у меня и денег-то лишних на эту «роскошь» нет.
— Первый раз. — Не вижу смысла отнекиваться и закатываю глаза.
— Тогда порошок лучше вот этот. — Девушка берет мешок размером поменьше, из тех, которые я сразу «пролетела». — Тут меньше вес, но на порцию стирки в стандартные пять килограмм нужно в два раза меньше порошка. А еще у него нормальная отдушка. И не нужно двойное полоскание, потому что на треть меньше фосфатов.
— А еще он встает в шесть утра и приносит кофе в постель, — не могу не пошутить, но с благодарностью беру пакет из ее рук, а свой «мешок», подумав, просто оставляю рядом со стеллажом.
— В тот день, когда человечество придумает такую многофункциональную бытовую химию, в мире наступит благословенное общество матриархата! — с нарочитым восторгом говорим моя собеседница.
— Ну, если придерживаться теории, что все полезные в мире вещи придуманы исключительно из мужской лени, — развиваю тему, — то мы еще долго будем вынуждены терпеть рядом носителей первичных половых признаков, потому что пока они явно не готовы отказываться от секса с нами.
— Ну-у-у-у… — Она закатывает глаза и, понизив голос до заговорщицкого шепота, говорит, — игрушка, которую я пару лет назад купила в специализированном магазине, избавила меня от необходимости заводить мужика. На какое-то время. К сожалению, кофе она не варит, так что…
Мы обмениваемся понимающими взглядами и хором смеемся, пугая проходящую мимо нас женщину.
— Послушай, может… — Обычно, я вообще не стесняюсь просить чьей-то помощи, даже если это может стеснить человека в данный момент, но моя новая «знакомая», хоть и кажется открытой, все равно производит впечатление человека, не понаслышке знающего, где у него те самые пресловутые личные границы. — Я правда ничего в этом не понимаю, и буду благодарна за любую помощь.
— У тебя там что — список? — Она берет у меня бумажку, читает. — А пункт «откуп для хищника» — это про набор для борща?
— Не дай бог! — Никогда не представляла себя на кухне, среди кастрюль и прихваток, а тем более — за готовкой. В наше время хороших ресторанов и органической кухни, просто преступление тратить время на кашу и котлеты. А уж о том, что это грозит материальными потерями в виде сломанного ногтя или ожогов, или порезанных пальцев, я вообще молчу. — Есть большая вероятность, что ко мне будет захаживать кот.
— Кот? — недоумевает моя собеседница.
— Я, если честно, сама не очень понимаю, но это чудовище досталось мне в нагрузку от бывших хозяев.
— Ну, с котами все просто.
— Ты просто его не видела. — Корчу страшную рожу и мы обе снова посмеиваемся.
— Пойдем, я покажу, где тут что, — соглашается девушка, и я готова расцеловать ее в обе щеки. — Кстати, меня Катя зовут.
— Вика, — протягиваю руку для рукопожатия, и на мгновение мне кажется, что она мешкает, но потом крепко и решительно пожимает мою ладонь.
Что ж, теперь я точно знаю, что в жизни всегда будет место ситуации, в которой от тебя отвернутся даже самые близкие подруги, а на помощь придут совершенно незнакомые люди.
В итоге, когда мы с Катей заканчиваем со списком моих покупок и вдруг оказывается, что все это просто невозможно унести в руках, она охотно предлагает подвезти меня до дома. Сначала хочу отказаться, потому что мне придется пригласить ее в гости хотя бы из вежливости. Но потом, еще раз прикинув стоимость такси и вес пакетов, все-таки соглашаюсь.
Она ездит на солидном японском внедорожнике — возможно, не самой девичьей модели авто, но оно определенно стоит больших денег. Сначала в две пары рук загружаем все в багажник, потом садимся внутрь.
— Только я… В общем, мне пришлось переехать и я пока не навела порядок после предыдущих хозяев, так что… — Пытаюсь подобрать слова, чтобы объяснить, почему не стоит удивляться беспорядку у меня в доме.