Айя Субботина – Исповедь Мотылька (страница 42)

Нужно быть объективной. Нельзя позволять Денису втаскивать меня в эту грязь.

Но той части меня, которая изо всех сил ненавидит Диану Лебо, приятно слышать, что она — просто еще одна из множества желающих просто засунуть руки Олегу в карман.

— Откуда ты все это знаешь? Ты что — следил за ней?

Денис ничего не отвечает, но у него и без всяких слов максимально красноречивый взгляд. А в прочем, какая разница — узнал он это по своим каналам или лично ходил за ней по пятам.

— Тогда ты должен все рассказать Олегу.

— Я бы с радостью, но мы с ним… В общем, у меня нет доступа к телу. Поэтому, мне нужна ты. Маленькая милая сладкая девочка, от которой растает даже каменное сердце моего брата. Ты должна поехать и все ему рассказать.

— Что? Я? Когда?

— По-хорошему, еще вчера, но будем считать, что у нас мыльная драма и развязка должна случиться за минуту до финальных титров. На твоем месте, я бы просто свалила с этого чужого праздника жизни, и прямиком…

Денис замолкает на полуслове и смотрит куда-то поверх моей головы.

Там Олег. Рядом с Дианой, с безумно огромной охапкой эустром.

И я ловлю себя на мысли, что за эти месяцы, что мы не виделись, он стал… еще красивее. И сексуальнее. И просто все в нем магическим образом увеличилось в миллион раз, и даже те редкие женщины, которые заглянули на выставку, тут же хором поворачивают головы в его сторону.

За мгновение до того, как он наклоняется, чтобы поцеловать Лебо, я разворачиваюсь на пятках и буквально падаю в руки к Денису.

Глава тридцать третья: Эвелина

Они с Олегом так похожи, что на долю секунды в моей голове мелькает совершенно идиотская мысль, что случился какой-то сдвиг в пространстве и на самом деле это — Олег, и мы вместе, и нет никаких посторонних хищниц. Нет вообще ничего — только мы.

Но наваждение быстро проходит, стоит моему носу случайно ткнуться ему в грудь. Ткань рубашки Дениса насквозь пропитана горьким ароматом парфюма и вторящим ему запахом табачного дыма. Странно, что раньше это сочетание казалось мне весьма романтичным. Сейчас просто воротит, так что хочется поскорее отвернуться и глотнуть свежего воздуха.

Но Денис не дает этого сделать. Что-то бормочет себе под нос, закидывает мою руку себе на талию, а сам, по-хозяйски обняв меня за плечи, выступает вперед, прямо навстречу Олегу.

Я пытаюсь вырваться, но его шепот на ухо меня останавливает.

— Не дури, малая. Ты же хочешь заполучить моего братца?

«Но не устраивая наигранные сцены, пытаясь вызвать его ревность», — мысленно отвечаю я. Да и какая ревность? Олег видит во мне ребенка, которого когд-то носил на плечах и заваливал мягкими игрушками. С чего бы вдруг он изменил свое мнение только потому, что я вдруг оказалась под подмышкой его брата? С которым они, кстати, еще и на ножах.

Но почему-то я делаю как он хочет, и когда через мгновение Олег поднимает голову, в его взгляде мелькает сперва удивление, а потом не остается совсем ничего, кроме непроглядной тьмы.

То ли дело Диана. Она изучает нас пристальным взглядом главы комиссии по инвентаризации, которой подсовывают старый табурет вместо указанного в документах мягкого кресла из роскошного гарнитура. И смотрит почему-то именно на Дениса, уделив мне лишь толику своего драгоценного внимания.

— Вот уж не ожидала… — протягивает она, и тут же осекается.

— Вы знакомы? — Олег, впрочем, тоже не выглядит удивленным. Я бы сказала, что появление здесь Дениса удивило его гораздо меньше, чем наши с ним «обнимашки».

— Пару раз сталкивались, — говорит Диана, и между прочим, грациозно как кошка, берет его под руку, не очень скромно прижимаясь бедром.

Долгая пауза, после которой Олег протягивает мне цветы и официальным тоном поздравляет с удачным вернисажем. Лучше бы и дальше продолжал меня не замечать, чем вот так одним махом поставил нас на разные берега. Это в который уже? Второй? Третий?

Как стыдно.

Я так часто пыталась сказать ему о своих чувствах, что сбилась со счету.

— Пару раз? — Олег даже не скрывает, что не верит ни единому слову.

— Могу я узнать, где и в какой обстановке будет выставлять свои великолепные работы моя девушка? — нарывается Денис.

Что? Девушка?!

Я не вырываюсь и не протестую только потому, что на нас обращены несколько взглядов и объективы камер фотографов. Смешно, но они, кажется, вообще впервые за вечер обратили на меня внимание, хотя как мухи вились вокруг Дианы. Можно не сомневаться, что в статье, посвященной моей выставке, восемьдесят процентов текста будет посвящено ей.

— Вот как. — Олег снова роняет небрежный взгляд на руку брата у меня на плече. — Не знал, что у тебя так качество поменялись вкусовые пристрастия. Мои поздравления, Денис, ты эволюционируешь из сперматозоида в человека прямоходящего.

Чтобы не выдать свое разочарование, делаю вид, что позирую для фото, когда один из аккредитованных фотографов машет рукой, привлекая мое внимание. И пофигу, что на одном из снимков мы с Денисом будем стоять в обнимку, как сладкая парочка.

Мне уже вообще все равно до того, что будет.

Олег даже не улыбнулся мне. Он не спросил как дела, не попытался прочесть мораль о том, что его чокнутый братке — точно мне не пара. Олег ведет себя так, будто моя личная ценность для него равнозначна ценности остальных посетителей, которых он сегодня увидел впервые и еще раз они вряд ли встреться.

— Именно так и выглядит настоящая братская любовь, — не останавливается Денис и продолжает дальше накалять обстановку, — рубить правду-матку в глаза своему последнему живому родственнику.

— Ну почему последнему, — мрачно улыбается Олег, — у нас еще есть тетка в Канаде и парочка братьев-сестер разной степени родства.

— Замечательно! Ты уже выделил для них место в своем завещании?

— Ну что ты. Когда я был таким легкомысленным. Для начала проведу конкурс, кто найдет и забронирует для меня самое лучшее место на самом лучшем кладбище. Но тебе, по-братски, дам подсказку — хочу вид на реку и соловьиную рощу.

— Прекратите, — слышу свой собственный тихий какой-то до противного немощный голос. — Пожалуйста. Разве это так необходимо — обсуждать… могилы и завещание?

Одна мысль о том, что все это вдруг станет реальностью, напрочь вышибает из меня остатки самообладания, которые я и так буквально по капле выцеживала из своих неприкосновенных резервов.

— В самом деле, родной, — подает голос Диана, которая все это время сосредоточенно и ревниво разглядывала подаренный мне букет. Как будто сама не получает от Олега такие же и даже лучше, каждый день, а то и чаще. — Молодежи нужно побыть наедине.

— Браво, какая проницательность, — лыбится Денис и, наклоняясь к Диане, нарочно приторно добавляет, — мамочка. Или, госпожа Лебо, вы хотите чтобы я называл вас тетя Ди?

Я жду, что Диана обязательно ответит какой-то колкостью. Уж не знаю, о чем и как с ней общался Денис, но и слепому понятно, что они явно на ножах. Да у нее на лице написано, что чем вступать с ним в словесную перепалку — с куда большим удовольствием она запустила бы ему в лицо свои длинные красные ногти.

Но вместо того, чтобы продолжить обмен «любезностями», Лебо переводит взгляд на меня и сладеньким голоском интересуется, всем ли я довольна. И не упускает случая пошутить насчет того, что их с Олегом грядущая свадьба не снимает с нее ответственность предоставить ему полный и подробный отчет о потраченных деньгах. И хоть все это выглядит просто как шутка, я все равно чувствую себя неблагодарной побирушкой, которую снова макнули носом в то, где на самом деле должно быть ее место.

— Я всем довольна, — улыбаюсь, стараясь смотреть в маленький просвет над их плечами, — больше спасибо, Олег Игоревич. Для меня это очень много значит.

Почему я вдруг снова к нему на «вы»? Чувствую себя еще хуже чем в тот вечер, когда набралась смелости подойти к нему в ночном клубе. Но тогда рядом с ним хотя бы не было женщины, которая может громко и заслуженно называть себя «без пяти минут женой».

И хоть мое глупое сердце отчаянно требует побыть рядом с ним еще хотя бы минуту, собираю силу воли в кулак и, сославшись на надуманный повод, просто трусливо сбегаю. Становлюсь рядом с пожилым солидным мужчиной, который как будто искренне разглядывает одну из моих картин и завожу глупый разговор, хотя буквально спиной чувствую триумфальный взгляд Лебо. Как будто ей мало просто получить Олега, чтобы чувствовать себя королевой бала, и нужно впридачу обязательно еще раз показать одной глупой девчонке, сколько она стоит и как мало значит.

До конца вечера мне каким-то чудом удается избегать прямого столкновения с Дианой, хотя она все время где-то поблизости — взяла всех нас в плен сладким запахом своих наверняка безумно эксклюзивных духов. Олега, как бы я не пыталась найти его взглядом, нигде нет. И Дениса, но этот факт доставляет мне невероятное облегчение.

И только когда все, наконец, заканчивается и «Добби свободен», чтобы уехать после короткого заключительного слова (полностью состоящего из пафосной речи Дианы, удивительно, да?), я снова наталкиваюсь на брата Олега. Он как будто точно знал, что я попытаюсь улизнуть незаметно через черный ход, и подогнал туда машину — компактную, спортивную, с огромными колесами. Ирка такие называет «гробик на колесах», хотя на ее доске визуализации желаний именно такая модель красуется в самом центре.