Айви Эшер – Орден Скорпионов (страница 126)
Мы выбираем небольшой круглый столик, посетители таверны внимательно наблюдают за нами, и я чувствую покалывание на коже от их взглядов.
Мертвая тишина меня вполне устраивает, но кажется, что хватит лишь небольшой оплошности с нашей стороны – и все изменится в худшую сторону.
– Похоже, тут не очень-то любят незнакомцев, – бормочет Курио так, чтобы его слышали лишь мы, затем расстегивает и снимает накидку.
Я откидываю капюшон, и тепло таверны ласкает мои заледеневшие щеки. Фейри, все еще наблюдающие за нами, бросают на меня взгляд и неожиданно расслабляются. Плечи ссутуливаются, тела пододвигаются к столам, а напитки, разговоры и собеседники снова становятся центром внимания всех посетителей таверны. Нашего присутствия здесь больше не замечают, и я оглядываю других посетителей, недоумевая по поводу произошедшей перемены.
Я снимаю накидку и набрасываю ее на стул рядом с Курио.
– Это было интересно, – замечает Тарек, усаживаясь.
– То, что эти фейри видят угрозу только в вас троих, меня оскорбляет, – язвлю я.
Риалл усмехается и опирается своей сильной рукой на спинку моего стула.
– Это их и погубит. Они не заметят твоего приближения, пока не станет слишком поздно.
Я улыбаюсь и замечаю пожилую женщину с подносом, полным напитков, – она направляется в нашу сторону.
Фейри одаривает меня лучезарной улыбкой – но та тут же тускнеет, когда она смотрит на «скорпионов» и руку Риалла у меня за спиной.
– Три кружки нашего лучшего пенного эля, – объявляет она, ставя тяжелые кружки на стол. – А это Эго сделал специально для тебя, – поясняет она, ставя передо мной бокал поменьше, наполненный ярко-фиолетовой жидкостью.
Я не очень люблю эль, поэтому вместо того, чтобы обдумать это предложение, я киваю и подтягиваю бокал к себе.
– Мне нравится этот цвет, – говорит она, указывая на мои волосы. – Лютина сегодня не будет? – небрежно спрашивает женщина.
Ее улыбка снова становится шире, но в глазах появляется какой-то нахальный блеск, которого раньше не было.
Я понятия не имею, кто такой Лютин, поэтому качаю головой.
– Нет, но за это спасибо, – отвечаю я, подношу бокал к губам и делаю большой глоток.
Напиток сладкий и крепкий, и я понимаю, что, если выпью слишком много, то сразу же потеряю над собой контроль.
– Что у вас есть из еды? – спрашивает Тарек.
Фейри поворачивается к нему, и взгляд теплых карих глаз тут же леденеет.
Я вообще-то привыкла к совсем другой реакции. Когда фейри видят «скорпионов» в их обычном облике, то обращаются к ним с теплом или интересом. Эта служанка, однако, выглядит усталой и даже озабоченной, как будто она слишком многое повидала в жизни – и теперь ее нельзя обмануть красивым лицом и внушительным телосложением.
Она явно старше нас, но угадать возраст фейри сложно. Мы взрослеем позже и стареем медленнее, чем другие виды. У этой фейри морщины вокруг рта и глаз – кажется, что она одинаково много смеется и печалится. Светло-каштановые волосы забраны на затылке в пучок и заплетены в косичку, спускающуюся по спине, – в общем, серьезно и без изысков. В ней есть твердость, что неудивительно, учитывая здешнюю суровую погоду, ее возраст и то, что она работает в таверне.
– У нас есть оленье сальми с хрустящим хлебом или стейк с сезонными овощами.
Мы все заказываем сальми, и это почему-то ободряет служанку – она убегает, исчезая за двустворчатыми дверьми за барной стойкой. Вероятно, она спешит запереть дочерей горожан подальше от «скорпионов».
Я хихикаю про себя, а Курио протягивает руку и забирает у меня бокал, нюхает пурпурное содержимое и делает осторожный глоток. Его брови удивленно взлетают вверх, и он кашляет, хлопая себя по груди, и ставит бокал на место.
– На вкус как нектар, а жжет как виски, – хрипит Курио, прочищая горло.
Я смеюсь. Еще несколько глотков, и это пойло может оказаться когтем ястреба – я назавтра ничего не вспомню, кроме него.
Курио передает эликсир Тареку, а затем Риаллу, которые оба не менее удивлены странным сочетанием сладости и жгучести.
Я указываю подбородком в сторону портрета над камином, который только что заметила. Это картина маслом с изображением королевы Акиру. Я ищу на стенах что-нибудь в честь короля, но ничего нет.
– Странно, что северяне все посвящают ей и ничего – Корвену, – рассеянно замечает Курио, еще раз обводя взглядом комнату, словно ожидая, что в любой момент из тени вынырнет кто-то, кто может стать для нас проблемой.
– Эт потомушт, что он стал королем только благодаря ей, – невнятно бормочет долговязый фейри, с трудом выбираясь из-за соседнего стола, и тащится к нашему столику.
Он дико размахивает своим бокалом, и за ним на потертом полу тянется дорожка из следов пролитого эля. Вдруг он спотыкается о наш столик, и мы все замираем, но ему удается восстановить равновесие. Он стар, волосы у него седые, лицо помятое и изможденное. Одежда фейри свисает с него, будто он либо носит чужую одежду, либо сильно уменьшился в размерах с тех пор, как купил ее.
– Они хотят, чтобы мы забыли, но лед хранит все тайны. Мы помним. Сти помнит, – бормочет мужчина, постукивая себя по лбу пальцем, затем подносит кружку ко рту и делает большой глоток. Он начинает клониться назад, но Риалл протягивает руку и возвращает его в вертикальное положение.
– Что Сти помнит? – спокойно спрашивает Тарек, скрестив руки на груди.
Он выглядит расслабленным, но я знаю, что в швы его туники у ребер вшиты ножны с кинжалами.
– Тада была Налрора, и у нее было все. Но каждый кусочек тьмы и света до Исоны предала Галаяс и ее дружки. – Сти громко рыгает и бьет себя по груди, следом из него вырывается отрыжка поскромнее.
Имя Галаяс звучит знакомо, но я не могу вспомнить, где его слышала.
– Тогда не было ни королей, ни высших бздливых фейри, только Налрора. И на собирается вернуть все взад. Да вдь? – бормочет Сти, остекленевший взгляд устремлен на меня. – Они думали, что смогут сжечь книги, исковеркать правду и очернить историю и что им все сойдет с рук. Но мы рассказывали истории и сберегли правду.
Он салютует пустым стаканом и осушает его. После Сти встряхивает пустую кружку, словно недоумевая, куда делся весь эль, и обиженно хмыкает, когда стакан волшебным образом не наполняется вновь. Тарек протягивает ему свою полную кружку.
– Вы оч добры, сэр. Настоящий мужчина, так что вы захотите присоед’ниться к нашим, да в’дь? Надо их всех схватить, Моя Луна. Нам понадобится помощь, все силы, что у нас есть. Потому что мы в’дь придем по их души, да?
Снова Сти салютует мне стаканом, его улыбка кривится, словно он не уверен, правильную ли он выбрал для этого случая. И он растягивает губы, пока не убеждается, что улыбается именно так, как надо.
– Убирайся отсюда, Сти, или Эго вышвырнет тебя и будешь ночевать на улице! – кричит служанка, направляясь к нашему столику с подносом, полным еды. – Ты ведь знаешь, что не стоит приставать к господам, – ругает она пьяницу.
Тот, похоже, вот-вот свалится под стол.
– Все в порядке, – заверяю я ее, с удовольствием слушая бессвязный бред Сти. Потому что мы здесь именно за этим – смотреть, слушать и выискивать зацепки.
Мы пробирались вдоль побережья, прислушиваясь и следуя за всем, что могло бы послужить зацепкой. Пьяный бред, который только что слетел с еле шевелящегося языка Сти, оказался самым интересным из всего, что мы до сих пор слышали.
– Ты слишком добра, но у тебя и без того полно работы. Еще и не поужинаешь толком, – уверяет она меня, ставит перед нами ужин и отпихивает Сти подносом.
Наконец, она уходит, а я хмурюсь и смотрю на «скорпионов».
– Под работой она имеет в виду вас троих? – спрашиваю я, недоумевая. – Или вы думаете, она имела в виду работу в целом? Я выгляжу как фейри, «у которой и так полно работы»?
Курио и Тарек хихикают, копаясь в своем рагу.
– Может, Маррет рассказала ей о нашем приезде? – подтрунивает Риалл, и я смеюсь. – К восходу солнца о нас заговорит весь город.
Я зачерпываю огромную ложку сальми и запихиваю ее в рот. Я мычу от восхитительного вкуса и аромата, что взрываются у меня на языке, но мой взгляд прикован к Сти. Тот пытается вскарабкаться на стул у барной стойки, но это ему дается с трудом.
– Он говорил о том, о чем я думаю? – шепчу я, между тем как укладываю рагу в рот. Глазами я быстро обшариваю окружающее пространство, чтобы убедиться, что никто из пьяниц не подслушивает. – Ты слышал раньше о Налроре?
Тарек качает головой и отрывает кусок хлеба от нетронутой буханки в центре стола.
– Звучит не очень знакомо, но я посмотрю. Если то, что он говорит, правда, то это может дать нам ответ на вопрос, что делают Айджиины и зачем им нужны союзники.
– Думаешь, существует заговор, цель которого – свергнуть королей? – Курио говорит так тихо, что почти шепчет, и настороженно озирается по сторонам. – Если они собираются бросить вызов королям, то они безумны.
– Никто и не говорил, что это разумно. И не забывай об источнике данной информации – он не может даже на стул сесть.
Мы все оглядываемся на Сти как раз вовремя: он падает со стула и шлепается на задницу.
Тарек качает головой и возвращается к еде.
– Как я уже сказал, стоит поискать подтверждение его словам. Мало ли что успело измениться. Но я бы не стал делать ставку на пьяные бредни.