Айви Эшер – Ковен возрожденных (страница 5)

Невесело усмехаюсь, когда он подводит итог, и говорю:

– Я чувствую страх, неуверенность, грусть, сомнения, облегчение, радость и массу всего остального. Я – живой человек. Но прямо сейчас в этом приключении я окружена людьми, которых люблю и о которых беспокоюсь, так что… все нормально.

Всматриваюсь в лицо Нэша. Я была так занята разговорами с сестричками, сборами, моим отцом, партнерами, ламиями… У меня не было времени проведать Нэша и его ковен. Замечаю, как напряжены его глаза и поджаты губы, и понимаю, что вопрос о том, как я себя чувствую, больше относится к нему, чем ко мне.

– Как твои дела? – спрашиваю я и вижу, как он хмурится.

– Чертовски нервничаю, – признается он.

Ободряюще улыбаюсь ему и легонько толкаю плечом. Мы обходим старое бревно, лежащее посреди тропинки.

– Я могу как-то помочь? – спрашиваю я и даю ему время собраться.

– Что ты делаешь, когда чувствуешь постоянное беспокойство?

Задумываюсь об этом на минуту, а затем начинаю хохотать.

– Ты не слишком удивишься? Обычно мне нужно заняться чем-нибудь физическим: побегать, подраться, получить удар ножом для прочищения мозгов.

Нэш смеется, и следом раздается еще несколько смешков.

– Мы все не знаем, что нас ждет, – вмешивается в разговор Бастьен, чем удивляет меня. – Но ты не один. Мы разберемся со всем вместе.

По моему лицу расползается улыбка. Надо же, Бастьен утешает человека, который ему даже не нравится. Нэш кивает в ответ, и я вижу, как его плечи немного расслабляются. Я почти уверена, что слышу, как Бэкет бормочет что-то о «внеклассной ерунде», но игнорирую это и вместо этого наслаждаюсь крутостью сказанного.

– Уверена, мы прочувствуем весь спектр эмоций, пока дойдем до города Стражей. Просто знай, что мы рядом, если тебе нужно будет поднять настроение или что-то в этом роде, – добавляю я. – Не будем гадать, но, вероятно, мне самой потребуется то же самое.

Нэш всматривается в мое лицо, и слова повисают в воздухе.

– Я хочу сказать, что сейчас все нормально, но в любую минуту это может поменяться на «я схожу с ума», – признаюсь я, и Нэш разражается смехом. В его глазах читается благодарность.

Он отворачивается, и я оставляю его наедине со своими мыслями. Беру Бастьена за руку и переплетаю наши пальцы. Он такой горячий, когда становится таким чутким.

Усмешка Торреза заполняет тишину, и внезапно Сабин, Нокс, Райкер и Бастьен одновременно вскрикивают: «Я первый».

– Придурки, вы не можете красть мой прием! – возмущается Сабин.

– Наш прием, брат, – дразнит Нокс и уклоняется от удара.

– Ничего вам больше не буду рассказывать, – заявляет Сабин, но довольная улыбка, заигравшая на его лице, выдает парня с головой. – Тот, кто первым доберется до вершины холма, будет спать сегодня в палатке Винны! – внезапно кричит он и срывается с места.

Спустя две секунду я остаюсь в облаке пыли, а парни ворчат и смеются одновременно. Возможно, моя вагина более магическая, чем я навоображала. Кто бы мог подумать.

Глава 4

– Бред какой-то, – снова восклицает Нокс, когда я закидываю рюкзак в палатку.

Напоминаю себе сделать глубокий вдох и не наброситься на него с удушающим приемом, пока он не перестанет дуться.

– Сабин не уточнил, кто может победить, а кто нет, так что это честная игра, независимо от того, считаете ли вы это бредом или нет, – парирует Каллан, застегивая молнию на пологе палатки, которую он разделяет с Бэкетом, после того как бросил в нее рюкзак.

Энох ставит свой рюкзак рядом с моим, и я чувствую, как со всех сторон в него летят взгляды.

– Вообще-то это ничья, – в очередной раз говорит Энох, пока Нокс заносит свой рюкзачище. – Мы оба выиграли, значит, оба спим здесь, – добавляет он, застегивая молнию на моей палатке, и одна его бровь вызывающе приподнимается.

– Как бы весело ни было слушать бесконечный спор о дерьме, на которое мне наплевать, я хочу есть, – объявляю я и отправляюсь на поиски рюкзака с провизией.

У меня подкашиваются ноги, и моя усталость играет ключевую роль в неприятных эмоциях. И еще эта драма, которая началась, когда Энох и Нокс достигли того, что считалось вершиной холма, в одно и то же время. Хрупкое согласие между парнями рассыпалось в прах, и все старые раны, которые когда-либо мешали этим двум ковенам, открылись. Проблема в том, что я понимаю обе стороны, но нам нужно выяснить, как работать вместе и преодолеть все разногласия. Жаль, что у меня нет идей, как это сделать.

– Могу тебе чем-то помочь, партнер? – спрашивает Сиа с дерзкой улыбкой на губах и пониманием в глазах, когда я рычу на злаковый батончик, который никак не могу открыть.

Я слегка усмехаюсь.

– Расскажи мне, как работает принуждение. Потому что оно нужно мне, чтобы заставить их работать сообща, пока все это не закончится.

Он усмехается, качает головой и оборачивает через плечо в тот момент, когда между Нэшем и Райкером вспыхивает новая ссора.

– Да, но, к сожалению, у меня это плохо получается, – признается он, берет у меня долбаный батончик и сразу же открывает его.

Но прежде чем я успеваю откусить кусочек, спор за моей спиной разгорается сильнее. Я вздыхаю и моргаю, чувствуя, как у меня начинает дергаться глаз.

– Не думаю, что хоть кто-то из ламий справился бы с ними, – отмечает Сиа, и я съеживаюсь, когда они, выпендриваясь, начинают обзывать друг друга непотребными словами.

Кажется, что высокие деревья, окружающие место нашего ночлега, внезапно подкрадываются ближе, и крики ни хрена не помогают в разрешении спора.

– Хватит! – взрываюсь я, мой разочарованный голос, оттолкнувшись от стволов здешних дубов, возвращается ко мне.

Энох и Нокс спорят и спорят, не обращая внимания на то, насколько я устала от всего этого. Посылаю в них импульс магии Стража, что заставляет их отшатнуться друг от друга. Подействовало, как ведро воды на котов. Только после этого они наконец обращают на меня внимание – и в их взглядах читаются злость и растерянность.

– Пошли за мной, – командую я и ухожу из лагеря, прежде чем кто-то скажет хоть слово.

По хрусту веток у меня за спиной я могу сказать, что за мной пошли не только Энох и Нокс. Отлично. Пора выбить все это дерьмо из их мозгов. Нахожу большое открытое пространство и останавливаюсь посредине. Разворачиваюсь и замечаю озадаченные взгляды моих Избранных и Щитов.

– Мы понятия не имеем, во что ввязываемся, но даже если нас встретит кучка хиппи-стражей, обнимающихся с деревьями, вы все должны прекратить это дерьмо, – требую я. Разочарование закипает во мне и обрушивается на все вокруг. – Я долго старалась понять вас всех в надежде, что вы, взрослые, в общем-то, мужики, сможете все разрешить. Но, очевидно, этого не произойдет. Значит, будем действовать по-другому. – Я обвожу рукой поляну. – Деритесь, – предлагаю я, а затем отхожу, давая парням необходимое пространство.

– Что? – спрашивает Вален, а Торрез радостно вскрикивает и потирает ладони.

Я поворачиваюсь к Валену.

– Деритесь по-честному. Выбейте всю эту дурь друг из друга. Разрушьте тут все. Мне уже плевать, но что бы ни подпитывало ненависть и недоверие, избавьтесь от этого к чертовой матери, чтобы мы могли двигаться дальше.

Вален вскидывает брови.

– Не смотри на меня так. Вам всем не терпелось сделать это с нашей первой тренировки – отмутузить друг друга. Так что вперед. И я отказываюсь быть вашим рефери. – Окидываю взглядом Избранных. – Они – мои Щиты, – показываю на ребят Эноха. – Нравится вам это или нет, но мы все связаны. Можете кривиться сколько угодно, но этого не изменить. И я устала от ваших попыток заставить меня принять вашу сторону.

Качаю головой и перевожу взгляд на Бэкета и его друзей.

– Думаю, все происходит не просто так. Я доверяю своей магии и каждому из вас. Так что, пожалуйста, если охота, бейте друг друга в кровь, глядишь, станет легче, но когда прекратятся драки, прекратятся и пререкания, и всякая прочая чушь.

– У меня нет к ним претензий, я просто буду подзадоривать всех, – заявляет Торрез, отходя в сторону.

Сиа следует за ним, и они оба облокачиваются на дерево, ожидая, что будет дальше. Парни смотрят друг на друга, потом на меня, словно не знают, что делать. Я скрещиваю руки на груди и жду. Может, они наконец поймут, насколько все это нелепо, и мы сможем двинуться дальше.

Но как только эта светлая мысль приходит мне в голову, Нокс ударяет Эноха по лицу.

– Никакой магии, я выбью из тебя все дерьмо старым мальчишеским способом, – рычит мулат.

Энох усмехается.

– Мы оба знаем, кто лучший, когда речь заходит о рукопашной. Рад напомнить тебе об этом, если у тебя шило в заднице.

Энох снимает куртку и кидает ее Нэшу. Ребята расступаются, чтобы дать им больше пространства. Нокс стягивает футболку. Он наклоняется, чтобы снять обувь, и я с удовольствием изучаю мышцы его спины. Скинув ботинки, он выпрямляется и передает одежду Бастьену.

Нервы натягиваются все туже и туже. Возможно, эта драка все только усугубит. Возможно, они не выплеснут злость, а лишь распробуют кровь друг друга и буду жаждать ее как наркотик.

Да и пошло оно все… Я готова пойти на риск, потому что больше ничего не остается. Разговоры не помогают. Объяснения не помогают. Соперничество и гнев поселились между двумя ковенами слишком глубоко.

– Ни в коем случае не наносите друг другу серьезных увечий. Не кусаться, не бить в пах, не выдавливать глаза, не тянуть за волосы. Если противник теряет сознание, драка считается законченной. И после вы перестанете жить прошлым. Понятно? – рявкаю я.