Айви Эшер – Ковен избранных (страница 6)

Что, черт подери, все это значит?

Прижимаюсь спиной к стене ванной и сползаю вниз до тех пор, пока задница не встречается с полом. Упираюсь лбом в колени, позволяя себе затеряться в мыслях. Провожу пальцами по символам на руке. Удивительно, но они ни на миллиметр не выступают. Отметины кажутся гладкими, будто бы были здесь всегда.

Рассеянно поглаживаю свою теперь уже испорченную кожу. Твою мать, сначала меня выгоняет Бет, а теперь это? Делаю глубокий вдох и медленный выдох. Ровно тогда, когда казалось, что уже невозможно чувствовать себя еще более потерянной, мир отвешивает мне новую пощечину.

Я вздыхаю – такова история моей гребаной жизни.

Глава 8

Кто-то трясет меня за плечо, вырывая из наполненного воспоминаниями сна, и я раздраженно ворчу.

– Винна, просыпайся. Мы на месте.

Услышав резкий мужской голос, я открываю глаза и стряхиваю фантомную боль воспоминаний о том дне, когда получила свои метки – или руны.

Эврин наблюдает за мной, и его глаза светятся любопытством. Я еще несколько раз моргаю, чтобы собраться с мыслями.

Стоп, это не мой дом!

Из-за головы Эврина виднеется особняк в испанском стиле, мой взгляд напряженно скользит по безупречным видам и огромному фонтану.

– Где мы, черт подери, находимся? – спрашиваю хриплым от сна голосом.

Умно, Винна, очень умно. Действительно, что еще может пойти не так, когда ты засыпаешь в машине, полной сумасшедших чудиков? Молодец, ты все продумала, нечего сказать.

– Это наш временный дом. Мы решили, что лучше всего будет наложить небольшое сигнальное заклинание. Оно подтвердит, правда ли ты кастер. Все, что нам необходимо для проверки, находится здесь, – объясняет мне Сильва.

Айдин почти незаметно качает головой.

– Так, значит, вы, ребята, просто взяли и решили это, а теперь ждете, что я… соглашусь с вами? – скептически спрашиваю я.

– Это не займет много времени, а после мы отвезем тебя домой. Завтра мы уезжаем, так что это твой единственный шанс все выяснить наверняка.

Мой взгляд перебегает с карамельно-карих глаз Сильвы на хорошо освещенную лепнину на доме за его спиной. Страх упустить возможность получить ответы пересиливает опасения из-за сомнительности всей ситуации. Я вылезаю из внедорожника и прохожу за ними через парадную дверь, не теряя бдительности и с подозрением осматриваясь.

– Киган, жди в библиотеке. Остальные – приведите себя в порядок, у вас около получаса, – приказывает Лахлан.

Они расходятся, Айдин жестом велит мне следовать за ним. Мы минуем несколько коридоров, и он показывает мне гостевую комнату, отметив, что при ней есть ванная. В голове тут же проносятся мысли о горячем душе, и я мчусь туда. За спиной раздается смешок Айдина.

Запираю дверь, настраиваю температуру («чуть холоднее лавы») и вступаю под струи. Пар и тепло в мгновение ока расслабляют меня, я стираю с кожи следы драки и агрессии. Горячая вода невероятно приятна, но вытягивает из меня последние остатки энергии и вызывает вялость. Перевожу переключатель с красного на синий и сквозь силу заставляю себя стоять под ледяным обстрелом в надежде, что это взбодрит.

Вытираюсь полотенцем и протираю пар с зеркала. Наклоняя голову из стороны в сторону, изучаю свое отражение.

– Магия, – говорю я вслух, пытаясь распробовать это слово на вкус. Я владею магией. Возможно.

Смотрю на свои глаза: глубокий цвет морской волны перетекает в более темный нефритовый, окаймляющий радужки. Глаза обрамляют длинные черные густые ресницы, нос у меня – маленький и прямой, с немного вздернутым кончиком.

Бет часто дразнила меня из-за высокомерного носа, как и всегда, делая все возможное, чтобы вызвать во мне неуверенность в себе. Но мне нравились мои глаза и нос, поэтому меня не волновали ее уколы. А вот с губами история совсем другая. Они всегда были большими, и из-за них я постоянно подвергалась насмешкам, когда была моложе. Кто-то сказал, что они выглядят так, будто меня ужалили пчелы, но Лайкен любила шутить, что скорее уж на них порезвились осы.

От воспоминаний о Лайкен и ее глупых шутках грудь пронзает боль, но я стараюсь как можно быстрее избавиться от ее уколов. Подаюсь ближе к зеркалу и продолжаю рассматривать себя, проводя рукой по длинным, почти черным волосам. Наклоняю голову и нахожу проглядывающие при правильном свете сливовые оттенки. Волосы доходят до середины спины, постриженные каскадом, в нормальных условиях они выглядят объемными и текстурированными. Сейчас же все прядки спутались.

Пусть я и не знала, что за всем крылась магия, но использовала ее самыми разными способами с тех самых пор, когда она впервые проявилась. Помимо того, на что способны руны, один из моих любимых трюков – использование уникального набора навыков для того, чтобы высушить и уложить волосы. Это лучший стайлинг, о котором может мечтать девушка, а еще это экономит кучу времени. Если бы я только выяснила, как с помощью магии наносить макияж, то вообще была бы в шоколаде. Я пробовала однажды, но результаты больше походили на то, чего делать не стоит.

Сушу волосы до тех пор, пока они не становятся гладкими и блестящими, но больше ничего с ними не делаю. Переодеваюсь в свою запасную тренировочную одежду и вместе с сумкой возвращаюсь к парадной двери.

Бросив сумку у входа, сажусь на нижнюю ступеньку лестницы в ожидании кого-нибудь, кто придет за мной. Этот дом просто огромен, и я совсем не хочу заблудиться в нем. Вскоре меня разыскивает Айдин и проводит в большую, до упора заполненную книгами библиотеку.

Я с восторгом осматриваюсь, борясь с желанием устроить себе полноценный эпизод в стиле «Красавицы и чудовища» – покружиться и всякое такое. Покончив со своей внутренней диснеевской принцессой, замечаю, что все остальные расселись на кожаных коричневых диванах и в креслах, расставленных в центре зоны отдыха.

– Ладно, Винна, у нас все готово. Нам нужна лишь твоя кровь, и можем начинать заклинание, – говорит Киган.

– Да уж, звучит совсем не зловеще, – с сарказмом отвечаю я. – Сколько вам надо крови и откуда?

Киган тепло улыбается мне, но на этот раз я ему не отвечаю.

– Всего каплю. Уколоть палец будет достаточно. А затем капни ею сюда. – Он указывает на каменную чашу, наполненную какими-то неопознаваемыми вещами.

Я подхожу ближе к чаше, расположенной по центру огромного кожаного пуфа. Все выжидающе смотрят на меня.

– Айдин, передашь нож? – спрашивает Киган.

– Все нормально, я сама, – говорю я.

Взываю к рунам, которые отвечают за метательные ножи, и один из них материализуется в руке. Прижимаю кончик лезвия к среднему пальцу. Удлиняю разрез, стоя над каменной чашей, и несколько капель падает вниз. Расслабляюсь, и нож испаряется.

– Мне не терпится узнать, как ты это делаешь! – восклицает Эврин.

Киган добавляет в чашу какие-то другие предметы, и кажется, будто он собирается заняться выпечкой, а не творит заклинание, которое, вполне возможно, изменит мое будущее. Мой желудок урчит, и я молча соглашаюсь, что брауни пришлось бы сейчас куда более кстати, чем то, что должно сделать это заклинание.

– И что теперь? – спрашиваю я.

– Киган соединит твою кровь с магией. Если заклинание при контакте с ней сработает, мы поймем, что ты кастер, – объясняет Сильва, и я впервые замечаю, что он стоит рядом с окнами, а не сидит вместе с остальными.

Его кудри цвета черного дерева распущены, а не собраны в хвост, и теперь он выглядит моложе сорока с лишним лет, которые я изначально ему дала. Айдин рычит и, обернувшись, хмурится на Сильву. Потом переводит раздраженный взгляд на Лахлана. Почему-то это заставляет меня засомневаться в происходящем.

Айдин поворачивается ко мне, и мы, не говоря ни слова, смотрим друг на друга.

– Заклинание также пошлет сигнал всем твоим кровным родственникам, – глухо говорит он. – Ты имеешь право знать обо всех его эффектах.

Мне требуется секунда, чтобы осознать его слова, и когда это происходит, я слетаю с катушек.

– Вау, притормози-ка, мать твою. Ты ничего не говорил о поиске родственников! Ты только сказал, что это покажет, кастер ли я! – возмущаюсь я, адресуя свой гнев Сильве.

– Нам нужно не только подтвердить, кто ты, но и узнать, откуда ты, – отвечает он, демонстрируя полное отсутствие раскаяния за то, что не рассказал мне сразу все целиком.

– Твою мать, вы уже знаете мою историю.

– Нет, потому что ты и сама ее не знаешь, – рявкает в ответ он.

– Какого черта ты несешь?

– Раз Бет не владела магией, значит, она никак не может быть твоей биологической матерью. Чтобы ребенок обладал магией, ее должны передать оба родителя. Мы не знаем, как ты оказалась среди нонов и как вообще смогла так долго выживать одна. Это не имеет никакого смысла. Нам нужно узнать, откуда ты.

Я падаю на диван. Вся моя ярость исчезает после слов Сильвы. Не уверена, что я должна сейчас испытывать: облегчение или ярость.

Какого черта?

Поэтому Бет меня ненавидела? Большую часть своей жизни я пыталась разгадать эту загадку; вот он – ее недостающий кусочек? Но если я не ее ребенок, то какого черта она так долго держала меня при себе?

– Чертовски классно, – рычу себе под нос.

Им нужно узнать, откуда я родом, но сильно сомневаюсь, что это приведет к чему-то хорошему. Ребенка, на которого тебе не наплевать, не оставляют с человеком вроде Бет. От кого бы я ни появилась, где бы они ни были мои кровные родители, они явно бросили меня не просто так.