Айсылу Тахавиева – Потерянный шанс (страница 4)

Такое же пережила и сама Эрия. После страшных «уроков» отца, она выслушивала все мамины слова. Та рылась в ее голове, заставляла думать о всех моментах, начиная с четырех лет, когда у девочки появилась осознанность.

Как-то раз Эрии пришлось учиться переставать впускать фразы матери в голову. Несколько часов подвержению таких мыслей были похожи на неделю, проведенную в комнате для психическобльных людей.

-Эй, не смей отключаться, – кто-то покачал девушку.

–Хватит, отпустите меня, разве вы не должны были любить меня?– закричала Эрия.

–Солнышко, разве ты не видишь, мы тебя любим, сильнее нашей любви не существует.

Девушка ,цокая на каблуках, подошла к Эрии. Она была изящной, было видно, что она ухаживает за собой: дорогой парфюм, одежда, укладка, – все было на высшем уровне. Единственное, что выдавало ее была кровь на лице. Она была не ее, но при этом родная.

Следы побоев отца еще не зажили. Но блондинке, стоящей скрестив руки, явно не было до этого дела. Глаза отливали красным, это были линзы. Ее настоящий цвет глаз был голубой, но она считала его слишком спокойным, видимо они не впечатляют людей. Скулы подчеркивали статус, а нос, вздернутый, но все еще такой же аккуратный, прибавлял простоты к образу.

–Чш, – зашипела дама.

Словно убаюкивая маленького ребенка, произнесла мать. Руки опустились, звук каблука остановился так же внезапно, как и начался.

Она наклонила голову набок, затем вытянула запястье. Нежные пальца прошлись по шее дочки, после чего направились к глазам. Большим пальцем девушка надавила на правый глаз, крики пронзали на сквозь.

У Эрии не было больше сил плакать, поэтому оставалось кричать. Это ничего не изменит, но лучше, чем если она замолчит, в таком бы случае мать явно вырвала ей глаз.

–Они у тебя точно отцовские, знаешь, может мне стоит попросить его подарить их мне. Ты же не против, – девушка убрала палец, но обхватила другой ладонью лицо дочки,– смотри на меня и не смей отводить взгляда. Каждая клеточка твоего тела принадлежит мне. Знала бы ты, как трудно было тебя родить. Теперь ты будешь мучиться всю жизнь, только представь, как каждую ночь ты просыпаешься от режущей боли внизу живота. Вспаривать живот без анестезии, наверное, довольно больно. Помнишь того жалкого ублюдка. В детстве он решил подружиться с тобой, увы, не повезло парнишке. Ну, ничего он вроде утонул, да? – смех становился громче и противно приторным.

–Не делай вид, будто ты его не убивала, – огрызнулась Эрия и посмотрела снизу вверх на мать.

–Такого мнения ты обо мне, я его всего лишь запугала, а что сделал с ним твой отец, это совсем другое. Несмотря на это, тебе же понравился ужин того вечера? – будто не замечая ничего продолжала София.

Ответить на вопрос мать не дала, вместо этого легким движением отправила дочь в отключку. Ей это порядком надоело, она не могла ее довести до безумия, тогда бы окружающие явно увидели в ней изменения. Но она могла оставить след в ее воспоминаниях, теперь та будет ловить панички всю жизнь.

Мать не могла простить дочке все мучения через которые прошла, чтобы родить ее. Было много осложнений во время родов, она даже чуть не погибла. А врачи, как они смели говорить, что спасать нужно ребенка? Она проделала такой путь, чтобы стать успешной и когда стоял вопрос жизни и смерти, спасти хотели не ее.

В первый раз в жизни что-то сделали против нее. Да, дитя ни в чем не виновато, но если она будет лучше нее, что если ее будут любить больше? Такого допустить никак нельзя.

Эрии снился тот самый день, когда ее глаза могли стать целью матери. К счастью, все обошлось, но кошмары того дня и всех других стали уже неотъемлемой частью жизни. Вырубившись во сне, она проснулась в реальности.

Пот ручьем стекал со лба, сердце бешено стучало. Дыхание, которое раньше было ровным, начал прерывисто останавливаться. Глаза бегали, вместо привычного светлого холла, все было темно, резкие вспышки, крики.

Видимо Эрия снова словила паническую атаку. Чем труднее становилось дышать, тем сильнее билось сердце, отдавая пульсацией в ушах. Руки дрожали, хаотично мотая ими, девушка пыталась ухватиться за что-то твердое, но было бесполезно. Не видно, ничего не видно, неужели в этот раз у матери получилось, и она осталась без глаз?

В кромешной темноте, шум, который звенел наравне с пульсацией, остановился, и послышался чей-то голос. Он был знакомый, мужской, но явно не отца. Он звал ее?

–Тише, тише, Эрия ты меня слышишь?– руки Рейнардса осторожно обхватили плечи девушки, он был явно напуган ситуацией,– что с тобой? Дыши, успокойся, я рядом, считай до трех

По всей видимости, он вернулся только сейчас. Увидев девушку, перепугался, бросился ее успокаивать, хотя таких ситуаций не встречал. Повторяя одно и тоже, его руки гладили Эрию сначала по спине, потом по голове.

Девушка прерывисто дышала, иногда и вовсе пропадая, будто ей уже не нужен был воздух, и она научилась поддерживать жизнь без его помощи.

–Тише, тише, прошу, посчитай до трех.

–Один…– голос прорвался, развеяв опасение командира.

–Молодец, давай дальше, – Рейнардс оживился.

–Два, три, – хрипло произнесла девушка, выдавливая из себя воздух.

Постепенно темнота отступала, слух прояснялся, а дыхание восстанавливалось, и лишь сердце все также бешено стучало. Перед глазами на коленях сидел Рейнардс, его глаза были полны страха, руки не отпускали запястье Эрии. На лбу проступил пот, он явно переживал не меньше самой девушки.

–Не беспокойтесь, такое не впервые, со мной все хорошо.

–Не впервые? Девочка моя, что же такое с тобой было, раз для тебя такое в порядке вещей,– последовал протяжный вздох, ему не хотелось давить, расспрашивать что-то, он не любил лезть в чужие дела, – что ты тут делаешь? Ты должна быть у меня в квартире, и где твои вещи?

–Я не знала где ваша комната, а из вещей у меня только рюкзак, мне большего не нужно было.

Рейнардс ударил себя по лицу, его разочарование было понятным. Он устал, его мешки под глазами только служили подтверждению этому. А тут появилась еще одна проблема, девочка, которая явно имела за собой что-то большее, чем сиротскую жизнь, как предполагал тренер. Он встал с колен, отряхнулся, вытащил из кармана пачку сигарет и вышел на воздух прикурить.

Все это время Эрия молча наблюдала за его поведением. Вредные привычке помогают справиться со стрессом, но также становятся твоей слабостью. Она не любила ни пить, ни курить, ни тем более употреблять, это стало бы ее точкой, на которую легко надавить.

Рейнардс бросил окурок на земле, поспешно затушив ее ногой. Еще раз взглянув на луну, мужчина повернулся и направился к Эрии. Тщательно подирая слова, чтобы не спугнуть гостью, тренер начал свое объяснение:

–Я просил этого, кхм, придурка отвести тебя прямо к моей комнате и ни на сантиметр дальше. Видимо я для него не имею никакого авторитета, раз он так тупо игнорит мои слова. Хотел удостовериться выполнил ли он мою просьбу, но этот подоныш, даже не взял трубку!– нога Рейнардса нервно стучала по кафелю, руки были скрещены, а вид поникшим, возникшая ситуация не доставляла ему удовольствия, а напротив ужасно огорчала. Он оплошал, теперь шансы, что Эрия переподпишет контракт через полгода значительно уменьшились,– вставай, нам пора, если не трудно, хотелось бы узнать как часто у тебя такие состояния? Мне стоит волноваться за тебя ночью?

–Не так часто как вы думаете, и обычно я отлично с этим справляюсь сама, если что-то подобное произойдет снова, просто не обращайте внимания, поэтому просто спите, ваша помощь мне не необходима, – неразборчиво попыталась оправдаться девушка, перебирая пальцы в руках.

–Я понял, но все-таки ради своего здоровья тебе нужно проконсультироваться с нашей медсестрой . Раз это происходит нечасто, то нам хватит времени вас познакомить. Постарайся выспаться, завтра предстоит разбор базы, а затем ты увидишься с членами отряда.

Идти было не так далеко, комната тренера была на первом этаже, в дали коридора. После щелчка дверь распахнулась и перед глазами Эрии предстала интересная квартира.

На удивление, квартира была чистой, хотя многие привыкли, что мужчины, особенности одинокие, не следят за порядком в доме, разбрасывают вещи и вовсе являются теми еще грязнулями.

В голову сразу пришла мысль, что, возможно, в квартире было так чисто, потому что у командира много обязанностей и дома он бывает редко.

Номер на дверце был 102, значит, этот корпус был явно не первым по счету. Имело ли это значение? Нет, скорее всего нет, переезды раз в год из-за изменений в рейтинге не принесли бы никому из команд радости.

Войдя в комнату, сразу повеяло запахом сигарет, его едкий дым наполнял комнату, не оставляя даже крупицы свежести. Первым перешел порог Рейнардс, он направился к окну, чтобы проветрить квартиру и впустить воздух.

Эрия прошла следом, осматривая место, где она может жить, пока не познакомилась с командой. Несмотря на размеры комнаты, было довольно просторно. Ничего лишнего: одна комната, кухня, соединенная с гостиной, отдельная комната для душа, а главное для таких гостей, как она был диван, который раскладывался в удобную кровать.

Эрия давно не спала в нормальных условиях, поэтому завидев уютное местечко, сразу бросилась к нему, забыв о манерах или осторожности. Тренера такое поведение ни чуточку не удивило, может быть, за столько времени, проведенного на базе, он привык к разным эмоциям и поведениям.