Айрис Джоансен – После полуночи (Мужские забавы) (страница 91)

И только после этого Ишмару упал на землю. Кейт склонилась над ним.

Его глаза оставались открытыми, он смотрел прямо на нее.

– Не так… – Его тело вдруг дернулось, взгляд сосредоточился на чем-то позади нее. – Нет, не хочу… Не забирай…

Ужас исказил его лицо:

– Эмилия!

От его страшного вопля сердце Кейт сжалось, и ей стало трудно дышать. Ноги подкосились, и она опустилась на землю. У нее не было сил повернуться и посмотреть, что же такое страшное увидел Ишмару. Наверное, Эмилию. Ее слова вызвали знакомые ему видения.

Слова Кейт или слова Эмилии?

Теперь глаза Ишмару закрылись. И тело обмякло. Все равно надо удостовериться, на самом ли деле он умер. Кейт дотянулась до него и попыталась нащупать пульс на шее.

Его не было. И тогда она еще более обессиленная откинулась, привалившись спиной к дереву.

Он умер.

Смерть всегда вызывала у нее сожаление, но на этот раз Кейт не испытывала привычного чувства. Более того, она была уверена, что, если он откроет глаза, она выстрелит в него опять, как выстрелила бы в ядовитую гадину.

Все произошло так быстро, что она никак не могла ни поверить, ни осмыслить случившееся – Ишмару мертв. Ужас, преследовавший ее, прекратился.

Нет, еще не совсем.

Здесь должен быть отец.

– Кейт!

Это голос Сета. А через мгновение он, ломая кусты, бросился к ней. Увидев ее, он остановился и медленно подошел к тому месту, где она сидела.

– Мертв?

– Да.

Сет подхватил ее на руки.

– Черт бы тебя побрал! – Голос его дрожал. – Зачем ты обманула меня? Я чуть с ума не сошел, когда услышал эти выстрелы.

Кейт обняла его. Как ей было хорошо ощущать его рядом с собой.

– Он ждал меня. И я верила, что справлюсь с ним. – Она закрыла глаза и прошептала:

– Но отца не было с ним. Мне кажется, он убил его.

Сет покачал головой.

– Я нашел его. Его запах я почувствовал сразу. Он кружил по лесу, уводя меня от этого места.

Кейт почувствовала прилив облегчения.

– Слава Богу. Где он?

– Я оставил его на тропинке, когда услышал выстрелы.

– Пойдем отыщем его.

– Сейчас, – он крепко прижал ее. – Мне просто необходимо прикоснуться к тебе. – После чего Сет осторожно поставил ее на ноги и скрылся в зарослях.

Когда Кейт добралась до них, Сет нес Роберта на руках.

Тревога снова сжала ее сердце:

– Ему плохо?

– Нет. Просто он босиком. Видимо, здорово поранил ноги и не может больше идти.

– А тебе не тяжело?

– Нет, конечно. Он почти ничего не весит.

В руках Сета отец выглядел слабым и беспомощным, как ребенок.

Она подошла к нему и погладила по щеке. Он открыл глаза, но, похоже, по-прежнему не узнавал ее.

– Папа!

Он промолчал в ответ.

Знакомая боль снова пронзила ее. Он не мог говорить уже несколько месяцев.

– Все хорошо, папа. Ты в безопасности.

Слышал ли он ее? Понимал ли, о чем она говорит?

– Его надо отнести как можно скорее в палату, Кейт, – мягко сказал Сет.

Она смахнула слезы, покатившиеся по щекам.

– Ты прав. Здесь довольно прохладно, – и, повернувшись, пошла вперед по тропинке в ту сторону, где сквозь просветы листвы виднелись слабые огоньки в окнах дежурного персонала.

Они уже выбрались из зарослей и зашагали по лужайке, когда Кейт услышала голос отца.

Стремительно обернувшись, она напряженно начала всматриваться в его лицо. Ему не удавалось громко произнести нужные слова. Только слабый шепот срывался с его уст.

– Тсс, – успокоил его Сет, слегка покачав на руках. – Я здесь. Все хорошо.

И, кажется, отец понял его слова, сразу успокоился и расслабился.

Блаженное чувство покоя охватило Кейт. Сет здесь, рядом с нею. Значит, все будет хорошо.

– Вот ты и нашелся, Роберт, – Чарлин накрыла его забинтованные ноги одеялом. – Эдак ты скоро начнешь бегать. Что ж, намного лучше, чем сидеть и ждать посетителей. Правда? – Она повернулась к Кейт. – Я вызвала полицейского Эбланда, как ты и просила. Он ждет тебя внизу.

– Спасибо, Чарлин.

– Не стоит благодарности, – и медсестра вышла из комнаты.

Сет встал возле кровати рядом с Кейт, глядя на ее отца.

– Как ты считаешь, RU-2 поможет ему?

– Именно на это я и надеялась, когда работала вместе с Ноем. Но я не знаю, какое действие он оказывает именно на эту болезнь. Может быть, если бы начали лечение раньше… Сейчас произошло столько необратимых процессов. – Она беспомощно пожала плечами. – Он так ослаб. И мне трудно представить, какой будет реакция организма на RU-2. Нужно провести несколько опытов.

– Мы возьмем его с собой в Амстердам, – уверенно сказал Сет.

– Хорошо. – Она погладила отца по руке. – Не думай, что мы собираемся сдаваться, папа, – прошептала она. – Помнишь, как ты говорил мне, что я не смогу приставить листочки к дереву? Сейчас мы попытаемся сделать это. И они станут такими же сильными, как и были. Вот увидишь. Ты придешь в себя, начнешь говорить, читать и писать, ходить и общаться с людьми.

– Нам пора идти.

Кейт отступила назад.

– Да, – и, повернувшись к двери, добавила:

– До свидания, папа.

– И он слышит тебя? – спросил Сет, когда они вместе зашагали по коридору к посту медсестры.

– Иногда мне кажется, что да. А иной раз у меня появляется такое ощущение, что он просто куда-то вышел. – Ей с трудом удалось проглотить застрявший в горле комок. – И мне даже легче становится от этого. Трудно смириться с мыслью, что он словно узник, заключенный в самом себе. Гораздо приятнее думать, что он бродит где-то поблизости. Стремительный, уверенный в себе. Такой, каким он всегда был.