Айрис Джоансен – После полуночи (Мужские забавы) (страница 20)

– Фантастика!

Кейт почувствовала, как вспыхнула от гордости и как щеки ее зарумянились от искреннего восхищения, которое прозвучало в его голосе.

– Но надо добиться девяноставосьмипроцентного попадания.

– Что?! – удивленно воскликнула Кейт.

– Надо, чтобы стрела попадала в самое яблочко. RU-2 действует как ядерный взрыв.

– Я не собираюсь работать на вашу карьеру.

Он усмехнулся:

– И мне этого тоже не нужно. Но не кажется ли вам, что наступило время, когда вам уже стало трудно работать в одиночку?

– Минуточку, – попросила Кейт. Темп, который задавал Ной, был слишком стремительным для нее. – Каким образом вам удавалось получить результаты воздействия вашего лекарства на организм, если у вас не было вещества, подавляющего систему защиты?

– Мне кажется, что я смог вывести нужную формулу. При проверке на животных это действовало превосходно. Ни сучка ни задоринки. Никаких побочных действий. – Ной пожал плечами. – Но, к сожалению, шимпанзе все-таки не люди.

– Боже! – в ужасе прошептала ошеломленная Кейт, по-своему поняв его слова. – Вы опробовали RU-2 на людях?

– Только на одном-единственном, – он указал на свою грудь. – Два года назад.

И тут до Кейт дошел смысл сказанного:

– Когда вы узнали, что неизлечимо больны?

– Все равно врачи дали мне не больше шести месяцев, – почти оправдывающимся тоном проговорил Ной. – И я решил, что терять мне нечего. – И слегка поморщился. – Но лекарство чуть не угробило меня окончательно. Шок оказался очень мощным.

– И что помогло вам выйти из него?

– RU-2. Лекарство продолжало оказывать свое действие, несмотря ни на что. Я выжил. Результат действия препарата налицо. – Он отпил еще кофе. – Но, должен сказать, встряска оказалась не из легких. Это как действие бомбы. В тот момент, когда он будет выставлен для всеобщего пользования, на него обрушится огонь критики и обвинений. Поэтому действие его должно быть намного мягче и безболезненнее. И безопаснее.

– Но моя формула и способ действия могут оказаться несовместимы с действием RU-2?

Ной улыбнулся:

– Посмотрим. Это надо проверить, так ведь? Но времени на это уйдет совсем немного. Меньше месяца вам, чтобы завершить работу. И еще один месяц для меня, чтобы найти наиболее приемлемое сочетание с RU-2.

– Месяц? Да на такие вещи люди тратят годы.

– У нас нет возможности тратить на это годы, – улыбка сошла с его лица. – Не исключено, что у нас и месяца-то нет. Огден непременно пронюхает, что я остался жив. И снова пустит гончих по следу. Один из таких охотников уже сел вам на хвост, более того, он уже осуществил первую попытку убрать вас, которая сорвалась только из-за случайности. Значит, последует еще одна, а потом еще одна. Пока он не добьется своего.

– Если только покушение было подстроено и в самом деле на меня. То, что RU-2 может вызвать желание покончить с вами, – еще не значит, что это имеет отношение и ко мне. Мы почти никак не связаны друг с другом. И я не вижу доказательств того, что…

– Когда вы дождетесь подтверждения, вы будете уже мертвы.

Жесткость интонации подействовала на нее ошеломляюще:

– Что же мне в таком случае предпринять? Позвонить в полицию и сказать им, что меня преследует убийца, нанятый…

– Вряд ли полицейские поверят в эту версию. И, к тому же, когда в дело оказываются вовлечены столь могущественные компании, то и полиция может оказаться бессильной, – прямо ответил Ной.

– Как это полиция может оказаться бессильной? – недоверчиво переспросила Кейт. – Они всегда исполняют свои обязанности.

– До вас, конечно, дошли слухи о том, что компания «Джи и Си» терпит финансовые трудности?

Она кивнула.

– Ничего подобного не было на самом деле. Наши дела шли наилучшим образом. Но когда кто-то не жалеет денег для того, чтобы подпортить чью-то репутацию и вызвать недоверие у тех, кто сотрудничает с этой компанией, – им удается добиться желаемого.

– Но зачем им тратиться на это?

– Для того чтобы представить все дело так, будто я нуждался. После чего они могли бы подстроить какую-нибудь мошенническую операцию, из которой мне бы долго не удавалось выпутаться. И еще дольше мне бы пришлось отмывать свое имя от грязи. И тоже без особенного успеха, поскольку они снова запустили бы новую утку. Не будь взрыва, они могли подослать ко мне убийцу. Одним словом, чтобы спасти себя, Огден пойдет на все. Если мой препарат появится на рынке, Огден разорится. Нет, – покачал головой Ной. – Полицию вовлекать в это дело нельзя. Ставка слишком высока, чтобы мы могли рисковать. Мы должны справиться сами.

– Семь лет я прожила с полицейским и была свидетелем многих удачно разработанных операций. Я знаю, как надежно работает их система.

– Неужели бывший муж ни разу не рассказывал вам о случаях подкупа?

– Рассказывал, конечно. В их рядах оказывались и такие грязные типы. Но это не означает, что теперь я уже не могу доверять им.

– Постарайтесь понять и поверить тому, что я сказал вам.

Но Кейт не хотела и не могла поверить ему. Ной был совершенно посторонний для нее человек, вываливший сразу на ее голову такую кучу страннейших мыслей, идей, подозрений, что при всем своем желании она не в состоянии была смириться. Но одновременно нельзя было и не прислушаться к сказанному. Встряхнув головой, Кейт проговорила растерянно:

– Все это настолько неожиданно. И, простите, в таком количестве. Я просто не в состоянии оценить все, как оно есть на самом деле.

– В таком случае позвольте я проделаю эту нехитрую операцию вместо вас, – предложил Ной и осторожно взял ее руку в свою. – Я все продумал и знаю, что делать, Кейт, как обезопасить вас и Джошуа.

– На то время, пока вы будете использовать меня для того, чтобы довести ваш препарат до совершенства? – сухо уточнила она.

– Ну, конечно. А вы ждали, что я начну отрицать?

– Ничего я не ждала. У меня голова идет кругом от всего. – Вырвав руку, она сунула ее в карман жакета. – Я хочу только, чтобы вы знали: я не собираюсь доверять ни жизнь своего сына, ни свою собственную кому бы то ни было.

– Послушайте, Кейт. Неужели не ясно, что единственная ваша возможность сохранить свою жизнь: это помочь мне вывести RU-2 на орбиту. После того как он появится на рынке, наша жизнь будет в полной безопасности. Но до того Огден сделает все мыслимое и немыслимое, чтобы стереть нас в порошок… – Ной замолчал, увидев выражение ее лица. – Мои доводы не убедили вас, как я вижу. Ну что ж. Ступайте и подумайте о том, что я вам сказал. Если передумаете, найдете меня в этом же самом мотеле. Я пробуду тут еще несколько дней.

Кейт задумчиво кивнула и встала, направляясь к выходу.

Ной нахмурился:

– Что-то мне не очень по душе ваша идея ехать домой в одиночестве. Почему вы не хотите, чтобы я проводил вас?

– Потому что не хочу, чтобы вы ехали следом, – покачала она головой.

– Да, вот еще что…

Кейт оглянулась:

– Как выглядел мужчина, что сидел в машине?

– А зачем это вам? – спросила Кейт удивленным тоном.

– Мы должны знать наших врагов. У меня есть люди, которые могли бы выяснить, кто он такой.

– У него длинные темные волосы, которые он завязывает хвостом на затылке. Высокие скулы, серые глаза. Он похож… может быть, он индеец. А может быть, и нет. – Кейт напряженно вспоминала, что она еще упустила. Подумав, она добавила:

– На шее были намотаны то ли четки, то ли ожерелье. Не знаю, как это теперь называется. Из машины он не выходил. Но у меня создалось впечатление, что он не очень высокого роста.

– Надеюсь, я не забуду ничего из вашего описания. – Ной помолчал. – Только об одном прошу вас, Кейт. Не обращайтесь в полицию. Это может очень плохо кончиться для нас обоих.

– Я буду делать то, что сочту нужным, – резко ответила Кейт и, запнувшись, продолжила уже чуть-чуть другим тоном:

– Но мне бы не хотелось причинить вам вред. Если сказанное вами и в самом деле правда, – это означает, что вы сделали нечто беспримерное для всех нас.

– Выходит, я могу надеяться, что это не обернется против меня?

Кейт покачала головой:

– Конечно. Что бы я ни предприняла, все это будет сделано только ради того, чтобы помочь вам выбраться из этой ямы.

– Напрасно. У вас ничего не получится, – печально сказал он, выразительно глядя ей в глаза. – Вы все еще не понимаете, как мне кажется, что происходит. Нравится вам его или не нравится, но мы теперь скованы одной цепью.

Наверно, он взял не правильный тон, думал Ной, глядя вслед уходящей Кейт.

Дверца машины хлопнула. До чего же ему хотелось догнать ее, взять за плечи и встряхнуть как следует, заставить осмыслить сказанное им. А он как последний болван продолжает сидеть на месте. Ной прекрасно представил состояние Кейт, она никак не могла смириться с мыслью, что удар был направлен против нее. И чем больше он будет ее убеждать, тем сильнее она будет сопротивляться. Незачем пугать се, если он хочет, чтобы она встала на его сторону.

Ум Кейт остер, как шпага. И окончательное решение может принять только она сама и более никто.