Айрин Лакс – Развод. Я буду в красном! (страница 12)
Пыльный, богом забытый агрохолдинг, где главные события — сбор урожая сахарной свеклы и новая пасека «Сладкий край»
Надо же, он отправил свою телочку… на поля, в захолустье…
Но не уволил. Нет.
И заработную плату назначил такую жирную, словно она была руководителем, а не простым специалистом, даже не самым лучшим!
Если Юрий перевел свою телочку, но не уволил окончательно, значит, он продолжает поддерживать с ней связь.
Неужели она настолько хороша в постели?
И он был готов рискнуть, чтобы оставить любовницу при себе.
Палишься, дорогой…
Как же сильно ты палишься, будучи уверенным в своей неуязвимости!
Но скоро этому придет конец. Мне оставалось только подождать, когда он заявится к ней.
Я планировала застать их на месте преступления.
И не хотела ждать долго.
Нужно было сделать лишь одно: подтолкнуть муженька к активным действиям.
В ход пошла наглая ложь.
Сложные времена — непростые решения!
— Милый, мне нужно слетать на несколько дней в родные края. Тетка звонила, ахает, говорит, что вандалы разрушили дедов памятник, а он же у нас фронтовик, герой труда. Я не могу остаться в стороне.
Муж переводит на меня задумчивый взгляд.
Но я заметила, как в нем мелькает довольная искорка. Впрочем, он состряпал расстроенное выражение лица.
— Как скоро полетишь?
— Не буду откладывать на потом. Лучше разберусь сейчас, тем более, я не была у родных в этом году на родительский день. Навещу всех и вернусь. Думаю, мне три-четыре дня хватит с лихвой.
Для пущей убедительности своей легенды я прямо при муже заказываю билеты на самолет и бронирую отель в родном городе.
— Я бы полетел с тобой, — вздыхает. — Но столько дел, столько дел…
— Лучше останься здесь. Дел невпроворот. Кто-то всегда должен оставаться у руля, а то наворотят, как с «Высоткой», потом не расхлебаемся.
— И то правда, — целует меня в висок. — Но, главное, помни. Мысленно я с тобой, любимая…
Ага, конечно!
Мысленно он уже нагибал свою телочку и трахал во всех немыслимых позах, подлец.
Глава 9
Глава 9
Юрий Зевин сорвался в поездку сразу же после того, как я «улетела» в Красноярск.
Разумеется, я никуда не улетела, сидела у подруги и дожидалась, когда муженек сорвется с места.
Долго ждать не пришлось.
Ему не терпелось.
У него, что называется, трубы просто горели!
И вот я, получив сообщение о том, что мой муж сорвался в глушь, отправляюсь следом за ним.
Жарко, пыльно…
Захолустье, какое еще поискать нужно.
Я стою на краю поля и вдыхаю воздух, густой от запаха пыли, цветущих трав и сладковатого душка перестоявшего сена.
«АгроПромСоюз».
Мой муж здесь. Прибыл ночью на личном авто. Ни в каких отчетах не значится.
Зато я знала, где он расположился.
Снял домик на краю поля для своей телочки-Илоны, в паре километров от здания, где расположен был центральный офис «АгроПромСоюза».
Удобно, наверное, ей не приходится далеко ходить.
Но, судя по тому, что я знала, ей вообще не приходится бывать на работе.
Эта должность — номинальная, Илона не работает.
Неужели мой муженек не доверит ей даже бумажки перекладывать после того эпичного провала?
Она просто живет здесь, в глуши…
Я иду по грунтовой дороге к опрятному домику, за которым, как я знала из отчетов, располагались поля и пасеки.
Домик современный, оснащен всеми удобствами.
Во дворе — лежаки для того, чтобы загорать и надувной бассейн.
Весело прыгают струйки воды, поливая газон.
Словом, здесь было уютно и даже приятно.
И…
Там были они.
Мой Юрий расположился на лежаке, развалился с видом короля. На голове — солнечные очки, а на нем медленно двигается она.
Рядом низкий столик с холодными напитками: пот стекает по пузатым бокалам с коктейлями.
Илона собрала волосы вверх, ее кожа блестит маслом для загара.
Она не сидит без дела, работает бедрами и попой.
Движется именно так, как Юрий говорил своему брату: четко и быстро ерзает, отрабатывая свой гонорар.
В моей руке — телефон.
Камера направлена прямо на милующуюся парочку.
Через секунду Илона развязывает тесемки лифа купальника, светит своими дойками, а Юрий довольно присвистывает.
— Все, моя хорошая, приступай! — шлепает по попе. — Я готов.
Она приподнимается.
Не снимая трусы, просто сдвигает в сторону узкую полоску стрингов.