Айрин Лакс – Пороки моего мужа (страница 27)

— Тебя. Тебя… Возьми меня, пожалуйста… Прямо сейчас… Ааа… — захныкала, когда его пальцы начали скользить по кругу, собирая еще больше смазки.

— Войти толстым членом в эту маленькую дырочку. Разворотить ее…

Пальцы Леонида скользнули немного внутрь, сразу два. Он расставил их пошире, растягивая, истязая превдкушением.

Потом снова гладил, и я снова постанывала. То тише, то громче…

В зависимости от того, как он меня трогал.

— Какая ты жутко мокрая стала…

— Возьми меня.

— Теперь встань, как положено. Дай себя вымыть…

У меня в голове все плыло, раскачивалось, путалось. Я едва чувствовала себя, была готова…

А — он?

— Ты плохо меня расслышала?

— Нет. Я… Сейчас.

Мне кажется, я даже немного рассердилась. По крайней мере, воды расплескала немало, прежде чем села к Леониду лицом, а он начал меня мыть руками, пальцами, трогая всюду.

Пальцы без зазрения совести трогали мою грудь, долго-долго мяли соски, разжигая пожар еще больше, и я начала задыхаться.

— Стони, если тебе так хочется, — в его голосе послышалась легкая, довольная усмешка.

— Тебе нравится меня мучить?

— Честно?

— Да.

— Очень…

Его дыхание коснулось груди. Леонид накрыл ртом сосок, трогая его, посасывая, кусая. Пальцы второй руки опустились между ног, теребя.

— Лео… Боже… Аааах… Лео… Лео…

Я начала извиваться, вращая бедрами, вымаливая. Его пальцы заходили внутрь совсем немного.

— Неужели и ты не хочешь? — захныкала я.

Все прекратилось.

Ааааааррр…. Я была готова рвать и метать.

— Открой рот.

Я сглотнула вязкую слюну… Приготовилась… Я не знаю. Я была на грани, думала только об одном. Поэтому ожидала, чего угодно, только не… только не вкуса зубной пасты!

— Удивлена?

— Угу.

— Я же сказал, что тебя нужно хорошенько помыть. Всюду. Здесь в том числе.

Чувства, когда ты уже взрослый, самостоятельный, а тебе чистят зубы, как младенцу, непередаваемые, конечно!

Смущение — лишь одно из них.

Но я была уверена в том, что Леонид этим упивался — каждым мгновением.

Помог выбраться, вытер, подвел к раковине, чтобы сплюнуть лишнее и прополоскать рот. Пришлось наклониться и набирать в рот воду из его ладоней. Я нарочно трогала их губами и даже лизнула.

— Ох, какая ты. Покорная, но бунтующая! — резко, до боли сжал. — Вкусная. Сожрать охота. Чтобы ничего не осталось. Ни-че-го… И не трогать. Сохранить. Как это совместить, скажи?

Большие ладони вновь начали гулять по моему телу, сгребли груди, сжав их болезненно.

— Теперь скажи, о чем подумала. В ванной. У тебя за миг стало сердитое, воинственное личико. Спрашивай.

Эти пальцы…

Стали совсем наглыми. Еще эти покусывания, на грани. Одной рукой Леонид трогал меня за грудь, пальцы второй руки толкались в дырочку, быстрее и быстрее. Я стонала, корчась. Извиваясь, даже задевала попкой его толстый, эрегированный член и едва ли не наскакивала на него…

— О чем думала?

Я уже совсем забыла… Что… Как… Когда?

Мысли такие пустые, вязкие и поверхностные.

— О чем, Ясмин? — согнул пальцы в щелочке, надавил, потянул, будто насадил на крюк край плоти.

Я вскрикнула.

— О твоих… Шлюхах. Вот о ком я подумала. Ты тоже… Тоже их моешь перед тем, как потрахаться. С ними ты такой же? Вот о чем я подумала…

Леонид застыл, и я резким движением сорвала повязку с глаз, уставившись на мужа через отражение в зеркале.

Из-за того, что верхний свет был погашен, а свечи стояли низко, его лицо было совсем темным. Но красивым…

— Такой же? — скривились его губы. — Девочка, я хуже. Я в миллион раз хуже. И тебе лучше этого никогда не знать…

Он снова припал к моей шее ртом, оставляя болезненные засосы и за несколько толчков пальцев довел до оргазма. Я обмякла, не смогла стоять, расплылась на раковине.

— Приходи в себя, — поцеловал в шею. — Разогрев прошел успешно. Жду в своей спальне.

Глава 22

Ясмин

Эти интонации в его голосе заставили меня гореть — сытые, властные, томные, полные скрытого огня. Я словно наблюдала за тем, как языки пламени разгорелись очень близко от меня, за стеклянным куполом. От усиливающегося жара кровь прилила к щекам лишь сильнее.

— Прибери здесь и приходи.

Я задрожала. Так долго ждала и вот теперь, когда это вот-вот должно было случиться, внезапно струсила.

Эти паузы действовали на меня двояко — и усиливали влечение, и давали время подумать.

Может быть, не стоило?

Если бы просто все прошло сразу, в моменте, я бы даже не подумала о том, что бы притормозить.

Но сейчас вспомнила первую ночь — долгие поцелуи, свой страх…

Может быть, я сплоховала? Струсила? Все испортила?

Честно, я помнила плохо, что было. Но не зря же все прекратилось и больше муж ко мне не подходил.

Причина во мне?

Леонид подошел и погладил меня по щеке.

— Все будет хорошо, не бойся.

***