Айрин Лакс – Порочный. Скандальный роман (страница 6)

– Долго твой телефон заряжается. В хлам убитый.

– Какой есть. Говорю же, киньте смс в ватсап, будет быстрее.

Сохранив мой номер, отец Амиры открывает приложение, ищет мой контакт и подвисает…

Разглядывает аватарку, что ли?

Она огненная, согласна.

– Не ошибся? – спрашивает немного хрипло.

– Все верно. Это я. Да. Мой номер.

– Ясно… – набирает какой-то текст, отправляет.

Еще раз бросает взгляд на экран, прячет телефон в карман куртки.

Напряжение в салоне машины невероятно густое и тяжелое, словно воздух стал горячим и влажным.

Я спешу скорее покинуть салон, тянусь к телефону, Рахман Исаевич делает так же, сталкиваемся плечом и пальцами. Я отшатываюсь, он придерживает за спину горячей ладонью.

– Извини. Не ушиб? – поглаживает.

Вижу только, как движутся его губы, полные, яркие губы. Слишком красивые губы для мужчин его возраста. Разве у стариков не должны быть две сморщенные ниточки?

У этого же не рот, а сплошной соблазн и наказание. Интересно, его борода сильно мешается, если целоваться?!

О чем я думаю, боги!

Тикать надо… Да побыстрее!

Я быстро хватаю телефон и выскакиваю из машины, выпрыгнув. Морщусь от боли в колене, быстро-быстро хромаю к дому, и только там, оказавшись в темном брюхе подъезда, воняющего кошачьей мочой и гниющими бытовыми отходами, перевожу дыхание.

Хватаю загаженный кисляк полными легкими. Вот это мой мир, моя жизнь… А не то, что привиделось в машине. На миг у меня возникло ощущение, будто мужчина меня хочет поцеловать. Когда его взгляд в очередной раз губ коснулся, стало так жарко.

Нет, не стоит.

Вот – мой потолок. Унылый пейзаж бичарского дома. По крайней мере, сейчас…

Поднимаюсь по ступенькам на четвертый. Дверь обшарпанная. Лязгаю ключами, вхожу.

Если повезет, брата не встречу.

Повезло… Юркаю к себе в комнату, достаю еще один комплект ключей. Их два, один – для амбарного замка. Причем изнутри тоже петли…

– Что за мэн? – возникает за спиной долговязая Карина Тимуровна, пассия моего бати. – Видела, ты из его тачки выскользнула. Долго стояли. Сосала ему?

– Завидуешь?

– Просто пожрать не на что. Ванька последнее стащил, урод, – обзывает моего брата.

Тот тоже… весь в отца пошел, в творчество. И в творческом поиске снаркоманился.

Появляется наплывами. Лучше бы не появлялся.

– Я это к чему, – не унимается Карина. – Пора бы и тебе начать зарабатывать, слышь. А у меня как раз работенка имеется. Ты же танцуешь? Потанцуешь на празднике, я уже обо всем договорилась.

Карина работает администратором в клубе низкого пошиба. Договорилась, что я буду плясать на чьем-то празднике, это не означает ничего хорошего.

– Какой праздник? Когда? – уточняю сухо, потому что спорить бесполезно.

– Мальчишник у Савелова. Через три дня. Ты уж постарайся… Деньги обещают приличные. Поедешь на дачу, будет еще больше.

Нет уж, спасибо… Ничем хорошим это еще в том загаженном клубе не кончится, где работают одни потасканные девки. А ехать на дачу, вообще. С таким же успехом можно снять трусы и просто встать раком у оживленной трассы. То, что девок на таких мероприятиях дерут толпой и пускают по кругу, факт.

Карина принимает мой вопрос за согласие, улыбается винирами.

– Вот и славно. Давно пора привести в этот дом деньги и сделать ремонт, мебель обновить. Хорошо себя покажешь, на приваты пристрою. Постоянный поток денег обеспечен, еще и состоятельного клиента себе найдешь, вообще, не жизнь, а сказка начнется…

Зеваю.

– Я спать.

Юркаю в свою комнату, запираюсь и перевожу дыхание.

Ясно только одно – через три дня меня здесь быть не должно.

Но выходит иначе…

Глава 5

– Какая еще доставка из фруктовой фермерской лавки? Не заказывал я ничего! – отвечаю раздраженно.

Как раз дочка подлетает:

– Папа, папочка, это я заказывала! Примите, пожалуйста? – заглядывает в глаза преданно. – Оплата картой или наличкой. Вы мою карту заблокировали, вот, возьмите… – роется в своем кошельке.

– Убери, – отвожу ее руку в сторону. – Что ты там заказала?

– Фрукты, ягоды. Все полезное и вкусное.

Беру портмоне с комода, набросив на плечи кожанку, выхожу, чтобы принять заказ у курьера. Расплачиваюсь. Там целая огромная корзина экзотических фруктов. Плюс корзинка с десертами.

– У нас что, фруктов дома нет?! – ворчу, опустив корзину на кухне. – Полный холодильник.

– Есть, конечно же. Только это не для меня. Это подруге. Авроре.

Так. Той девчонке. Шельма…

Усилием воли гашу воспоминания о ней в целом, чтобы снова в штанах не припекло. Думать негоже о подруге дочери в таком ключе, как я… кхм… думал утром в душе.

– И что это? За что такие подарки? – спрашиваю недовольным голосом. – Разве я не сказал, что ты с ней не дружишь?

– Сказали, конечно. И я, честно, буду держать дистанцию. Клянусь. Но считаю нужным извиниться.

– Вот как! – складываю руки под грудью. – За что? Разве не она эту… толпу привела, а?!

– Она, конечно, и еще другие… – Амира вздыхает, потупив взгляд. – Я и сама виновата, папочка. Не была с вам до конца честна вчера.

– Говори уже, сегодня. К утру дело шло.

– Да, сегодня, – поправляет. – Сегодня, конечно же. Когда все эти гости разом толпой нахлынули, я струсила и побоялась показать себя… не такой. Не хотела, чтобы меня потом называли скучной, зубрилкой… Или того хуже, гнобили, затевали травлю… Вам, наверное, подобное незнакомо, времена раньше были другие, а мы здесь… сейчас… Я побоялась показаться перед всеми этими людьми негостеприимной и забитой деревенщиной из крохотного аула. Даже подумала, может быть, ничего страшного? Они немного посидят и уйдут… Я упустила момент, когда все вышло из-под контроля. Виновата не только Аврора и те, другие, но и сама я. Тоже виновата. Простите, папа, – стоит, повесив голову. – Вы на Авроре высказались, наверное, и мне стыдно за свою трусость. Я хотела извиниться. Перед ней. Поэтому заказала… – машет рукой. – Вот. Еще записку добавлю и отправлю курьером. Надеюсь, ей понравится. Там много манго. Аврора его очень любит, но редко кушает. Ей не по карману.

Резануло по слуху: не по карману.

К тому же видел я этот дом, который чудом еще не снесли. Ветхий.

Ко всему прочему, приятно, что дочь свою вину осознала. Радует. Может быть, все-таки из нее выйдет толк.

– Отправь, конечно, – киваю. – И давай уже, собирайся. Нам в аэропорт ехать через полтора часа.

– Папа?

– Что? Я же сказал, в аул отправишься.

Глаза дочери наполняются слезами.

– На неделю, – добавляю. – Потом посмотрим.