Айрин Лакс – Порочный. Скандальный роман (страница 11)
– Нет, – отвечаю хрипло. – Восстановление вы мне оплатите, чтобы я к вашей дочери не приближалась. У нас уже есть… уговор.
Мужчина с рыком вжимает губы в мою ладонь и скользит ниже, захватывая прикусывающими движениями запястье.
– Словила. Подсекла. Шельма… – поднимает на меня горящий, тяжелый взгляд. – Все так. Верно. Так что ты хочешь? Что еще ты хочешь?
Голова идет кругом. Он так близко.
Так смотрит.
В груди вихрь.
Немножко страшно, но предвкушения и острого, захватывающего дух волнения намного больше.
Я привыкла к мужским взглядам. Они все – ужасно похотливые бабуины. К выкрикам «я бы вдул» и «покатайся на моем банане» я уже привыкла. Но так, как смотрит на меня отец Амиры, еще никто не смотрел.
Обещания кружат голову.
Он вроде торгуется, но я не чувствую, что он меня покупает.
Предлагает другую жизнь?
Это же самообман.
Ты обманываешь себя, Рори. Об-ма-ны-ва-ешь…
Ему просто хочется тебя… натянуть.
Стараюсь мысленно обозначить как можно более грубо и пошло это действие, внутри растекается лава.
Ох, да…
Глаза бесстыже падают на мощные бедра мужчины. Стыд? Нет, не слышали… Его ширинка напоминает палатку…
– Квартиру? – предлагает сам.
Снять? Купить?
Не все ли равно?
У меня сердце вот-вот разобьется о грудную клетку от волнения и жара.
– Хватит, – прошу. – И телефон Амиры тоже… Тоже себе оставьте. Я пришла, только чтобы сохранить номер, и все.
Обхватываю себя за плечи, больше всего хочется коснуться плеч мужчины, но я не позволяю себе этого сделать. Неясно, какая будет у него реакция. Он дикий, необузданный, горящий, как факел.
Мне следует держаться от него подальше. Слишком опасно.
Слишком волнительно и… соблазнительно.
– Пусть будет по-твоему.
Мужчина медленно выпрямляется, сложив руки под грудью. Смотрит на меня сверху вниз, я все еще в его тени.
Тону? Вязну? Сгораю?
С ума схожу…
Задыхаюсь.
– Записывай номер, – командует.
Я вынимаю из кармана спортивных штанов древний кирпич, нажимаю. Он не включается.
– Разряжен! Есть зарядка?
– Какая у нее…
Перехватывает мою кисть, фиксирует руку с телефоном и хмыкает:
– Нет, под такую дырку ничего не найду. На бумажке запиши. Не хочешь брать бэушный телефон, завтра получишь такой же. Новый.
– Что?! Нет! Я… на ваше спонсорство… не подписывалась! – шиплю возмущенно.
– Не подписывалась, – кивает невозмутимо. – Но телефон получишь. В счет того, что, если моя дочь сама… с тобой дружить захочет… ты просигналишь об этом мне и не станешь втягивать ее ни во что. Годится?!
Подумать мне не дает.
– Годится!
Отец Амиры пожимает мою руку крепко-крепко, трясет, будто мужлану, и вдруг…
Напоследок…
Снова кусает за запястье.
Я потрясенно вскрикиваю, покрываюсь жаром.
Не знаю, куда деться от смущения.
Отец Амир отстраняется с довольной ухмылкой, сверкнув глазами:
– И насчет моего предложения. Подумай. Будешь согласна, звякни.
Довольный собой, он делает шаг назад, со словами:
– Мне лень куда-то ехать сегодня, и я не хочу переживать, что твоя задница замерзнет где-нибудь еще или нарвется на неприятности. Остаешься с ночевкой.
Мне не оставили выбора! Я все еще пытаюсь найти причины отказаться, но, если честно, мне хочется остаться. Слишком устала…
– Выбери спальню. Ужин через полчаса, ты прибираешь со стола.
Рахман… у меня язык не поворачивается назвать его Исаевич, уходит, величественно и гордо. Я снова его разглядываю. Теперь уже по-новому смотрю, внутренне сгорая: какой он… пздц…
Свожу ноги вместе, их потряхивает. И я понимаю, какими мокрыми внезапно стали мои трусики.
И как ночевать с этим мужиком под одной крышей?!
Глава 9
Я выбираю, что надеть к ужину. Когда в сторону сдвигается очередная вешалка с футболкой и рубашкой, понимаю, что тупо перебираю шмот, будто девица перед свиданием!
Злюсь… Вот надену первую попавшуюся…
На глаза попадается ярко-синяя, к ней нужны праздничные брюки. И все больше я испытываю раздражение на самого себя. Рахман, дружище… Тебе лет сколько, за сорок перевалило, такая ерунда давно волновать не должна.
К тому же наряжаться павлином перед девчонкой будет глупо и тупо.
Тупо и глупо, еще раз повторяю, захлопнув дверь шкафа с сильнейшим раздражением.
Плюс ко всему Аврора сама одета более чем скромно. У нее вообще вид такой, будто она с пожара сбежала. Плюс на голове большая шишка, припухлость, которая мне совсем не нравится.
Поскользнулась и упала? Или чего похуже?
Мысли так и вьются, вьются, стекаются к ней ручейком…
Ух, шельма.
Зараза.