Айрин Лакс – Отдайся, не пожалеешь! (страница 6)

– Еще шире, мамочка. Еще шире… – расталкивает их в стороны.

Его глаза сверкают озорно, когда он смотрит мне в глаза.

– Идеальная, просто! – выдыхает признание, снова начинает целовать мою влажную щелочку взасос.

Еще не пускает в ход свой язык, а я очень сильно хочу этого.

Его взгляд сталкивается с моим, он то опускает, то поднимает вверх длинные, темные ресницы.

Ясно, что он не из стеснительных, но когда я запускаю пальцы свободной руки в его волосы и чуть-чуть оттягиваю голову, чтобы посмотреть в его лицо, чтобы увидеть, как его губы влажно чмокают у меня между ног, он немного розовеет, прихватывает языком капельки влаги с губ и шумно выдыхает.

– В чем дело? Вкусно?

– Пиздец как.

– Тогда пробуй меня еще.

– Только при одном условии.

– Какое? Без презерватива даже не предлагай, не дам!

– Я о другом. Поиграй для меня со своей киской, ма… – глотает слова, дрожа от возбуждения.

Ноздри раздуваются. Он полон нетерпения.

– Поиграй со своей голодной киской, мамочка.

Разумеется, он иронизирует! Какая я, к черту, мамочка. У нас разница всего шесть лет. Ох, как же быстро я капитулирую, апеллируя понятиями. В клубе я посчитала его ужасно молодым для меня, а теперь думаю: “Шесть лет? Ах, какой пустячок незначительный!”

Но его словечки и взгляды подстегивают меня. Они бьют прямо в сердце, словно раскаленная молния, распространяются по крови, как вирус. Между ног все горит от его поцелуев, пульсирует жадно, требуя добавки.

Его обращения ко мне кажутся немного пошлыми и чуть-чуть грязными, но из его пухлых губ эти слова звучат невероятно сексуально. Порочно, но невероятно прекрасно и так правильно…

Черт побери, я словно взлетаю каждый раз, когда он меня целует взасос, проводит губами по лепесткам и вонзается в самую мякоть. Чудовищно хорошо делая это, покусывая меня там…

Это лучшее, что я чувствовала в сексе.

Ни с чем не сравнимое удовольствие.

А ведь он только начал…

– Тебе нравится, правда? – спрашивает он севшим голосом с порыкивающими интонациями. – Я чувствую, как часто ты дышишь и течешь обильно и сладко.

– Разве по реакции незаметно?

– Я хочу, чтобы ты говорила. Говорила, как тебе это нравится.

– Мальчишке нужна похвала? – закатываю глаза от смеха, но потом не могу не закатить их от удовольствия и не стонать, как кошка.

Потому что он начал лизать. Медленно, неспешно, проникая глубже и высовывая язык, снова по кругу облизывая и толкаясь уверенно.

– Мне нужно, чтобы ты говорила! И, черт меня дери, я заставлю тебя говорить, как тебе это нравится. Нравится, все, что я с тобой делаю сейчас… А от того, что только планирую сделать, ты будешь вообще без ума! – заявляет самоуверенно.

– Да-да, продолжай! Просто продолжай!

– Конкретнее? – требует ненасытный.

– Мне нравится это…

– Давай, мамочка… С виду ты выглядишь, как та, что училась на пятерки, и правильно изъясняется. У такой точно в запасе найдется куча красивых слов для описаний!

– Ммм… Еще немного, вот так… Да… Ах… Глубже. Быстрее… Вооот… Дааа… Идеально. Боже… Идеально! Продолжай!

Он замедляется и трогает меня пальцами, поглаживая по кругу.

– Скажи, как тебе было хорошо.

Я смотрю на него сверху вниз возмущенно.

– Хорошо настолько, что ты заслужил медаль. В золотистой обертке.

– Шоколадная медалька?! Я рассчитывал на полноценный завтрак, приготовленный твоими руками! – заявляет он, нежно-нежно растирая дырочку по самой грани.

– Завтрак? Хмм…

Я продолжаю себя трогать, постанываю громко, когда мои пальцы скользят по горячему влажному теплу смазки, покрывающей возбужденную плоть.

Ужасно мокрая, Айя… Такая мокрая, что капает из щели и стекает на комод.

Тарас крепче хватается пальцами свободной руки за мое колено и наблюдает, не отрываясь. Смотрит… Его палец, поглаживающий влажные лепестки, ускоряется, и я стону чаще.

Он застывает.

– Говори!

Мне хватает сил, чтобы пошутить:

– На завтрак ты еще не нализал, мальчишка!

– Не нализал, значит!

Его взгляд темнеет.

– Что ж, тогда убери свои руки. Я покажу тебе, что такое настоящее удовольствие. Тогда с тебя завтрак, обед и ужин…

– И минет на десерт?

– Ты сама это предложила, Ма…

– Только после справки! – шиплю.

Он резко отбивает мою руку в сторону, фиксирует запястье и обсасывает мои пальцы в соку, берет в рот каждый из них, смакуя.

– Приготовься кончать…

Хочется сказать, что я всегда готова, но когда он берет меня в рот, я понимаю, что это не так. К такому я точно была не готова…

Глава 7

Его горячее дыхание опаляет меня, дрожь становится невыносимой.

Когда его губы и язык касаются меня, совсем не жалея, не щадя, я едва не падаю спиной назад от напора.

Тарас начинает ласкать меня по кругу, таранит дырочку языком, проникает глубоко внутрь, так максимально глубоко.

О черт… Мои легкие – просто на разрыв от частых стонов.

Потом он мучительно медленно покручивает-покручивает языком там, ускоряясь. Я выкрикиваю его имя, крепче держась за волосы, теснее вбиваясь в рот парня киской.

– Бесстыжая мамочка и такая голодная, – хрипит едва разборчиво. – Я сейчас спущу, если не возьму в кулак… Ты такая вкусная, – облизывается и снова припадает ко мне.

Он придерживает меня за бедро одной рукой. Пальцами свободной руки расстегивает ширинку. Не сводит с меня своего темного, порочного взгляда.

Гипнотизирует, продолжая меня лизать и смаковать губами.

– Идеальная, – стонет едва слышно.

Потом он прокладывает дорожку языком выше, напористо касается клитора. Он прижимается ко мне всем ртом, кружит кончиком языка около напряженной плоти, сокращая спирали.