Айрин Лакс – Невеста на полставки (страница 4)
Указать на дверь.
Но я в его квартире. Живу на птичьих правах…
Без работы. С малышом.
Уйду – и жить будет негде…
Тетя Ирма скалится на меня постоянно. Считает, что я приживала и нахлебница.
– Я…
– К тому же ты в моей хате жила и ни за что, как я понимаю, не платила. Аренду мамке не отстегивала. Благодарность у тебя есть или как? – возмущается брат.
Мне нечего ему на это ответить. Остается лишь одно – промолчать.
– Сгоняй за хавчиком! – добавляет Игорь, метнув в мою сторону нехороший взгляд. – Одна нога здесь, другая там. Потом поговорим…
Мне приходится натянуть поверх домашнего халата ветровку и плестись в круглосуточный гипермаркет, что находится через дорогу. Сверху начинает накрапывать мерзкий дождь, сбоку еще и ветром продувает, неожиданно холодным для летнего времени года. Погода – дрянь! Когда уже закончится неделя дождей?
Купив все необходимое, я иду обратно, стараясь успеть как можно быстрее.
Мысли в голове пляшут, как ненормальные. Явился Игорь! Ему еще два года сидеть надо было… Зачем вообще придумали УДО? Таких, как Игорь, по УДО отпускать никак нельзя.
Я не разделяла точку зрения тети Ирмы, что ее сына загребли по ложным обвинениям, потому что точно знала, что старший двоюродный брат проворачивал нехорошие делишки. Я сама слышала его разговорчики с дружками, когда стояла за стойкой бара и подливала им выпивку.
Потом Игоря арестовали, случилось несчастье с баром. Я забеременела и оставила ребенка. Беременность была сложной, поэтому работать не получалось. Я ничуть не жалею о решении оставить Тамика, но просто понимаю, что тем самым осложнила себе жизнь.
У меня сейчас столько проблем.
Я ждала чего угодно, но только не появления двоюродного брата, связанного с криминалом. Тем более, его требование возместить ущерб! Он же знал, что бар сгорел, и знал, что стоимость возместили.
Игорь не сказал ни слова упрека тогда, а сейчас вдруг решил стрясти с меня деньжат?
Было бы что трясти…
Я перебиваюсь с копейки на копейку! Живу в чужой квартире…
– Долго ходила! – встречает недовольным цоканьем Игорь и морщится, увидев, какой марки коньяк я купила. – Фу, такой алкашкой только конченые синяки травятся. Другой че не взяла?
– На другой коньяк денег не хватило. Игорь, я без постоянной работы. Перебиваюсь случайными заработками.
– Ладно. Кстати, про это и поговорим. Есть один вариант, как ты можешь отработать должок… – говорит Игорь.
В его взгляде загорается нехороший огонек, и у меня начинает сосать под ложечкой.
Чувствую, брат меня хочет втянуть во что-то нехорошее…
– Когда Анечку выпишут из роддома? – спрашиваю намеренно нежно, с придыханием и наслаждаюсь звуком, с которым скрипят зубы старшего брата.
– Скоро. Послезавтра уже. Ты будешь на выписке?!
– Разумеется, буду! – ухмыляюсь.
– Ты мог бы не делать так?
– Не делать как?
– Не бесить меня. Неужели так сложно?
– Даже не знаю… У меня были все шансы заполучить эту девушку. Я просто тебя пожалел. Ты был так сильно в нее влюблен. Я решил не втыкать палки тебе в колеса. Но подумай вот о чем. Любовь живет три года. Ваши три года уже прошли… Тик-так, братец! Тик… Так… Обратный отсчет пошел!
В ответ Эмин издает рычание, от звука которого я складываюсь пополам и просто ржу в полный голос.
Три года он женат на Анне, три года постоянно ревнует ко мне и терпеть не может, когда я шутливо начинаю кокетничать и, о, мое любимое, когда я на праздник 8 Марта появляюсь с шикарным букетом цветов и подарком.
Я хорош в выборе парфюма или женских безделушек. Аня принимает и носит их все. Эмин бесится еще больше, когда при следующей встрече я намеренно глубоко вдыхаю запах волос Ани с тем самым парфюмом, который я подарил.
Мне кажется, в такие моменты Эмин близок к братоубийству, обстановка немного накаляется. Но я никогда не перехожу черту, просто дурачусь. Люблю бесить старшего брата, буду честен, и уважаю их трепетные влюбленные отношения. Хотя по большему счету отношусь скептически…
– Не приходи, – роняет Эмин. – Без тебя обойдемся.
Задевает.
– Еще чего. Как же Дарина? Сестричка по мне уже соскучилась?
– Она – единственная, кто по тебе соскучился. Потому что ты дурачишься, словно ребенок.
– Ты на взводе, признайся. Поэтому рычишь.
– А сам как думаешь? Разумеется, я на взводе. Переживаю…
– Ладно, больше дразниться не стану. Скоро увидимся. Передавай привет булочке!
– Родители спрашивали о тебе…
– И им привет, – открещиваюсь как можно быстрее, не желая развивать тему того, что я почти не общаюсь с родителями.
В конце длительного рабочего дня я с чистой совестью отправляюсь в бар, на посиделки с товарищами. «Парадайз», как всегда встречает полным танцполом и довольно горячими девочками. Не только танцовщицы поражают воображение! Но и возле барной стойки выстроилась тааааакая шеренга красоток: бери любую! Они все хороши – улыбаются призывно, спинки ровные, попки даже на первый взгляд безумно крепкие, волосы переливаются в свете огней.
Я обвожу пресыщенным взглядом тех, кто находится без спутника. У блондинки слева грудь – зачетный вклад в окаменение содержимого мужских штанов, но лицо вытянутое, как у лошади. Даже скорректированный подбородок и пышные губки не спасают ситуации… Нет, такую, если пользовать, то только сзади. Рядом с ней ютится русоволосая с довольно объемным ротиком, но, приглядевшись, понимаю, что я ее уже на своем причиндале вертел, она любит быть сверху и повизгивает, как дешевая потаскушка. Иду по ряду дальше – две подружки хихикают между собой и наметанным обводят взглядом собравшихся. Ясно… Профессионалки. Работают здесь от заведения или просто залетные девочки из эскорта, ищущие подработку на стороне.
Признаюсь, сегодня я переоценил «Парадайз». Все кажется таким знакомым и пресным, что хочется зевнуть в кулак. Взгляд немного цепляется за брюнетку, она даже улыбается мне в ответ и поднимает почти пустой бокал с коктейлем. Черты ее лица отдаленно напоминают мне кого-то… Кого-то… Черт, кого же она мне напоминает?! Ааа… Вспомнил! Эта брюнетка напомнила мне ту самую мамашку, сынок которой не так давно вылил йогурт в мой портфель, испортив контракт! «Титя! Титя!»
Конечно, как я мог забыть эту дурочку? Признаюсь, она была симпатичной! Жаркой штучкой, даже несмотря на все эти мамские шмотки. Если бы она предложила мне загладить… кхм… свою вину и приласкать изнывающий член губками, я бы согласился. Отвел в укромное местечко и позволил ей старательно и долго извиняться… Глубоко извиняться!
Мои фривольные мысли пересекает звонок приятеля.
– Эльдар, ты где?
– У барной стойки. А ты где?
– Все! Заметил тебя! Скоро буду! – обрывает разговор мой закадычный друг Рамиль.
Через несколько секунд он появляется возле барной стойки и сразу же обнимает меня, презрев рукопожатие.
– Здорово! Ну ты и лось вымахал…
– Я лось? На себя посмотрим, амбал!
Шутливо бодаю Рамиля в плечо.
– Садись, – хлопаю по барной стойке, привлекая внимание бармена, чтобы сделать заказ.
– Давно приехал из своей тундры? – смеется Рамиль. – Черт, без тебя здесь совсем скучно было! Оторвемся?
– Оторвемся, – обещаю кивком. – Только давай через пару дней, идет?
– Не понял! Что за отсрочки! Или ты в тундре монахом стал? Что ты там вообще забыл?
– К шаману одному ездил. Заряжал оберег для сына старшего брата. Он женат, долго ждали появления ребенка. Хотел сделать им необычный подарок…
– Оберег? Ну ты даешь! Не знал, что эти этнические штучки тебя так цепляют! Ууу… Оооо… Ээээ… – неуклюже пытается подражать пенью шамана. – Для себя что-нибудь взял?
– Ничего не брал.
– Че, реальный шаман? Может, за будущее у него спросил?
Отмахиваюсь от приятеля.