Айрин Лакс – Ненавижу тебя, босс! (страница 6)
— То есть, ты признаешься, что солгала мне? Солгала на собеседовании?
— Нет. Я не соврала, я создала интригу. И вы на нее купились.
Повисла тишина.
Не перебор ли?
Потом я снова слышу, как громко он смеется, вокруг глаз собираются лучики.
Меня окатывает приятным теплом изнутри.
В дверь кабинета стучится кто-то. Это Алла.
— Всё хорошо, Максим Алексеевич? — она выглядит обеспокоенной.
— Вполне. Принеси мне приказ о принятии Первушиной на работу. Я подпишу его прямо сейчас. Приступаешь сегодня, — это он уже бросает мне.
Мне понадобилось некоторое время, чтобы понять: решение о том, что я принята на работу, было готово ещё в пятницу!
Но Устинов заставил меня волноваться и быть как на иголках все выходные и начало понедельника.
Стоит ли говорить, что я возненавидела его ещё сильнее?
*****
С этого дня и началась моя работа в «Эверест Корп».
Работать под началом Устинова было не проще, чем на плантациях.
Он был требовательным, жестким, но.… спустя месяц работы на него я поняла одну вещь: он был справедливым И это, чёрт побери, заставило меня невольно испытывать уважение к нему, как к боссу.
Но ненавидела я его, как человека, так что одно другому не противоречило!
Меня расстраивало лишь одно: я почти целый месяц работала на Устинова, но так и не приблизилась к своей цели. Я не обнаружила ничего, что могла бы использовать против семьи Устиновых, а потом….
Потом мне представился случай.
Глава 4
В тот день весь офис был взбудоражен и гудел, как растревоженный улей.
Важная встреча с иностранными инвесторами шла уже второй час.
К этой встрече Устинов и его команда готовилась не один месяц.
Команда держалась вполне достойно. Но напряжение ощущалось в воздухе. От этой встречи зависело слишком многое.
Я тоже присутствовала на встрече, но лишь в качестве девушки, которая подливала воды и меняла бокалы. О большем мне и мечтать было пока нельзя. Чудо, что меня, вообще, допустили.
Вероятно, я бы даже в качестве девушки «принеси-подай» сюда не попала, если бы не Алла, которая накануне свалилась с отравлением. Она не могла отойти дальше, чем на метр, от санузла.
Вместо нее поспешно поставили меня.
Максим Алексеевич в своей привычной манере был спокойным и сосредоточенным, но я замечала, как время от времени его взгляд темнел. Это происходило, когда что-то шло немного не так.
Каждая досадная мелочь или едва заметная осечка были для него критичными.
Он любил держать все под контролем.
Было заметно, что Устинов переживает за ход переговоров.
Или только я замечала мельчайшие изменения в его мимике?
Когда очередь дошла до презентации расчетов, я вдруг понимаю: там, на одном из слайдов — ошибка.
Грубая ошибка в расчетах, она практически перечеркивает все предыдущие выводы.
Не я готовила эту презентацию, меня бы не подпустили к организации встречи такого уровня. Но я все время была рядом, наблюдала и за генеральным прогоном доклада.
Я хорошо помню, как Максим Алексеевич жестко отругал простофилю, допустившую грубую ошибку.
Потом эту ошибку исправили, но сейчас…. показывают презентацию с ошибкой, наверное, просто перепутали!
Я сжимаю ручку так сильно, что она чуть не треснула.
Невольно перевожу взгляд на Устинова. Он тоже заметил.
А докладчик — нет. Он шпарит по написанному, игнорируя логику этой связки.
Челюсть Устинова напрягается, глаза сощуренные, и на виске начинает бешено пульсировать синеватая венка.
Я замечаю, как партнеры-китайцы начинают перешептываться между собой на родном языке.
Мне прекрасно слышно, о чем они говорят. Переводчика сегодня нет, потому что Устинов говорил с китайцами на английском. Но сейчас ситуация явно выходит из-под контроля.
Этот миг отпечатывается в моем сознании, как возможность потопить Устинова или протянуть ему руку помощи.
Вряд ли он обратил внимание на строчку в моем резюме, что я знаю китайский!
Помочь или промолчать, наблюдая, как из-за одной мелкой ошибки в потенциальных инвесторах зарождаются сомнения.
Если на встрече такого уровня появляется ошибка, она может быть фатальной.
Каждое мгновение — на вес золота.
Устинов побледнел и выглядит невероятно напряженным.
Неожиданно, будто со стороны я наблюдаю за тем, как выхожу вперед и приветствую партнеров.
— Прошу прощения, — обращаюсь к ним.
Мой голос звучит громче, чем я ожидала.
Все взгляды моментально переключаются на меня. Максиму Алексеевичу хватает одного косого взгляда, чтобы передать мне целый спектр эмоций:
Однако я делаю шаг вперед, упорно игнорируя его взгляд.
— Извините, пожалуйста, — слегка поклонившись, приветствую потенциальных инвесторов и партнеров. — Произошла нелепая ошибка. Наш специалист, ответственный за подготовку, неожиданно слег с сильным отправлением. Здесь кое-что напутано…
Отобрав у изумленного докладчика планшет, я быстро свернула презентацию, отыскала верный вариант и развернула на большом экране.
— Здесь имелась в виду не итоговая сумма, а промежуточные расходы, которые мы обсуждали ранее.
— Это меняет дело, — улыбается мужчина, возглавляющий делегацию. — Вы могли бы оказать небольшую услугу? Один из наших друзей не силен в английском, и мы тратим слишком много времени, чтобы пересказать ему суть. Если вас это не затруднит, конечно.
— Совсем не затруднит.
— Обычно с нами всегда путешествует переводчик, но сегодня он был вынужден остаться в отеле.
— Возможно, и наш, и ваш человек ужинали в одном и том же заведении?
Китайцы дружно посмеиваются.
Инцидент исчерпан.
Послышавшийся за столом легкий шепот подсказывает мне, что они поверили. Кто-то даже благосклонно кивает. Напряженная обстановка разрядилась, и можно было дальше продолжать вести переговоры.