Айрин Лакс – Ненавижу тебя, босс! (страница 15)
— Это компенсация, — говорю я. — Не хочу, чтобы между нами оставались какие-то недоразумения. Ты заслуживаешь... больше. За эту ночь.
Она молчит, но в её глазах уже пылает огонь. Я чувствую, как неловкость и собственное раздражение начинают съедать меня изнутри.
— Думаешь, я приму это?
— Прими и не усложняй.
Анна встает, и через мгновение ее рука, едва заметно дрогнув, поднимается вверх.
Бац!
Моя левая щека горит от резкого удара — пощечина оказалась жгучей и хлесткой.
— Я не продаюсь! — говорит Аня тихо, но отчетливо, потом разворачивается и уходит в ванную комнату.
Там она проводит совсем немного времени и покидает номер отеля так, словно в нем начался пожар.
Глава 10
Не могу поверить, что это случилось со мной.
Ненавижу себя за то, что поддалась минутной слабости, повелась на чары закоренелого бабника!
Максиму не составило большого труда меня охмурить, затащить в постель, а на утро заявить, что все было ошибкой.
Фатальная ошибка.
Виновата только я….
Я одна!
Я не должна была забываться в объятьях злейшего врага, но именно это и случилось вчера.
Проклятье!
От этой ночи, проведенной с Устиновым, есть только одна польза — теперь я ненавижу его в миллион раз сильнее и презираю всеми фибрами души.
Он — мерзавец!
Признаюсь, некоторое время назад я даже начала сомневаться, стоило ли мстить ему?
Ведь не он лишил моих родителей жизни!
Он — всего лишь сын убийц…
Несут ли дети ответственность и кару за грехи отцов?
Говорят, что так быть не должно.
Я даже начала задумываться о правильности своей мести, но теперь, ооооо…. Теперь я понимаю, что яблоко от яблони недалеко падает.
Он — подонок.
И он заслуживает быть наказанным.
Но как же мне всё-таки больно…
Больно почти так же сильно, как было хорошо с ним.
С моим злейшим врагом.
*****
Хотела бы я просто взять и стереть себе память. Но, увы….
Находиться на работе, в близости от Максима становится совсем невыносимо.
Работа стала пыткой.
Я в отчаянии смотрю на экран компьютера. Буквы и цифры пляшут перед глазами, будто насмехаясь над моим подавленным состоянием. Рабочие задачи, которые раньше казались элементарными, теперь будто стали сверх сложными, невозможно сосредоточиться. Я машинально делала что-то, исправляя уже исправленное, но понимая, что из этого выходит полная ерунда.
Сны о Максиме мучительно возвращаются каждую ночь.
Сначала туманное воспоминание нашей ночи, затем — его холодный взгляд, разочарование и злые слова, словно выстрел в упор.
Я пытаюсь это игнорировать, притворяться, что ничего не произошло.
Я же сильная, я всегда была такой.
Но, кажется, теперь моя броня просто испарилась!
— Анна! Ты проверила отчет за прошлую неделю? — раздраженный голос Аллы на несколько секунд возвращает меня в реальность.
Я с шумом выдыхаю, хватаюсь за мышку, проверяя таблицы.
Опять ошибки, опять перекосы в данных.
— Соберись! — требует Алла.
Я понимаю, что когда Алла меня отчитывает, это происходит на глазах у босса. Он стоит в дверях кабинета и слушает, задумчиво взглянув на меня.
*****
Даже дома, в моем убежище и уголке спокойствия, легче не становится.
Бабушкино пристальное внимание и ее забота превращаются в пытку.
— Ты совсем на себя не похожа, девочка моя, — приговаривает она за ужином. — Щеки впали, глаза опухшие. Ты что, плакала?
— Нет, просто читать много приходится. Обучение….
— Значит, ночью не спишь? Это нехорошо! Точно читаешь? Выглядишь так, будто плакала.
— Бабуль, всё нормально. Просто много работы, знаешь, как это бывает, — мой голос звучит спокойно, но внутри что-то дрожит, вот-вот готовое разорваться на куски.
— Работы.... — усмехается бабуля. — От работы ты не страдала никогда так. Сейчас же ты просто убиваешься! У тебя что-то на душе, Анют. Не уходи от разговора. Поделись со мной и тебе полегчает…
Только этого мне не хватало!
Я с трудом держу себя в руках, делаю вид, что слушаю бабушку, когда она рассказывает о происшествии в магазине на кассе, где ее хотели обвесить.
Но на самом деле я ее не слышу.
Все мысли опять заполнили обрывки ночи, проведенной с боссом, и резкий голос Максима:
Такое чувство, будто меня подкосило и свалило с ног ощущение собственной беспомощности.
*****
На следующий день становится только хуже.
Поздно вечером, отчаявшись, я делаю последний глоток кофе, который стоит на моем столе ещё с обеда.
У меня нет ни желания находиться здесь, ни работать.