Айнур Галин – Морпехи. Книга вторая (страница 45)

– Ну усыпим, а дальше что? – не понимая, вновь спросил Шурик.

– Тогда спросим у Йогарха, что дальше делать. Хотя он, наверное, в курсе и так. Короче, вот такие планы, если поверхностно, а дальше – ждём Дениса и Рашидова. Сейчас Серёгу позову, шашлыки пожарим. А то они только послезавтра приедут.

– Макс, а там могилка до сих пор есть? Что с ребятами то?

– какая могилка?

– Ну, вчера там были, Читов, Парамонов – посмотрев в глаза Ускова спросил Шурик.

– а, да живы они. У Читова кстати дитё даже есть. Самый первый, так сказать.

Шурик облегчённо вздохнул, все живы, это хорошо.

– А сегодня какой день? – ища календарь или что-то подобное на стенах кухни, спросил Саша.

– Сегодня среда, двенадцатое марта 2025 года, Саша. Тут, кстати, душ есть, вода, правда, дождевой, с крыши, но помыться – можно. Даша одежду подберёт. Расслабься, нормально всё будет – сказал Максим и вышел на улицу. Даша же улыбнулась и, пальцем показав на дверь в душевую, взяла висевший всё это время на стене возле рукомойника автомат и вышла за Максом.

Шурик сидел неподвижно, уставившись в одну точку и думал о сказанном ребятами. Как-то слишком всё идеально, чтобы быть похожим на правду. Хотя, тот факт, что они до сих пор преследуют свою цель, говорит о том, что всё это не плод его воображения и ему не мерещится. Саша проверил свой пистолет и посмотрел на одиноко стоящий у стены в прихожей автомат.

– Ну хорошо. Пусть будет пока так – сказав вслух, он встал и пошёл в душ.

Прохладная дождевая вода, которая использовалась в душе, смыла с тела Шурика многодневную грязь. Всё хорошо, но вот – потеплее бы эту самую воду, так как климат не самый жаркий, и под солнцем не так хорошо прогревается.

– Интересно, а вот грязь, она исчезает, если в петлю временнУю попадаешь, или накапливается? – размышлял Саша, обтирая свежим полотенцем голову.

– Ну ты чего там, помылся, нет? Выходи уже. Ребята пришли, – заскочив в дом сказал Макс, и тут же исчез в дверном проёме.

– Готов, готов, – сказал вслед убегающему товарищу Шурик, рассматривая на вытянутых перед собой руках явно меньшего размера футболку. Надеть кое-как получилось, но выглядел в ней он, как ему казалось, нелепо. Такие майки обычно надевают молодые парни, которые, походив пару месяцев в качалку, думают, что у них эталонное тело. Сашино тело было далеко от эталона. А футболка была мала.

– Ну, зато чистая, – решил он и накинул сверху свою куртку. Штаны подошли, возможно, сыграл тот факт, что спортивные штаны были из эластичной ткани, в них втиснуться мог и поздоровее парень. Ремень, на котором висела кобура с пистолетом, он по привычке так же надел, хотя выглядело это нелепо, хотя, если прикрыть полами куртки, то сразу и не заметно.

Во дворе уже чувствовалась тусовка, музыка, играющая чуть громче, чем можно было. Какая-то певица на английском языке пела. Голоса, вроде и знакомые. Постояв у двери, Шурик осмелел и вышел во двор. Резкий аромат жареного мяса тут же ударил в нос, а сизый дым от мангала заполнил небольшой двор. Рядом с Максом смеялась Даша, видимо парни, стоящие рядом, смешное рассказывают.

– Кто все эти люди? – задал сам себе вопрос Саша. В этот момент к нему подошёл мужчина.

– Шурик, дружище. Ну как ты? – похлопал он по плечу Саши.

– Серёга я, не узнаёшь, что ли? Видимо, богатым буду. Смотри, вон Ванька и Паша. А вон Орлов со своей женой. – продолжил он радостно говорить. Парни, стоящие у мангала рядом с Максом, дружно помахали ему.

– Пойдём, выпьем за твоё возвращение, – предложил Серёга, и вручил стакан с какой-то светлой мутноватой жидкостью.

– Что это? – посмотрев на свет, спросил Шурик.

– Местная настойка. У нас же тут пшеница растёт, и спирт имеется. Альфа! – показал пальцем вверх, подчёркивая важность слова, Серёга.

– А чего такая мутная? – не отводя взгляда от странной жидкости, спросил Шурик.

– Да, толком делать ещё не научились.

– Но мы на верном пути, да Серёга, – крикнул стоявший у мангала Ваня и все дружно засмеялись.

– Ну, чего ты встал, как неродной. Парни, и дамы конечно. Предлагаю выпить за Александра, что жив-здоров вернулся к нам. Осталось дело за командиром. Ура! – Серёга поднял повыше свой стакан, и, развернувшись лицом к Саше, чокнулся с ним, залпом выпил и пошёл к нарытому у машины столу. К Шурику по очереди подошли ребята и каждый поздоровался лично, широко улыбаясь.

– Ну что, Саша. Ты рад?! Всё же хорошо, помнишь, я тебе говорил. Помнишь? – согнутыми костяшками пальцев Макс слегка потрепал по голове Шурика, еле дотянувшись.

Разговоры становились всё громче, как и музыка. Саше стало как-то неуютно и неудобно. Вроде бы, ребята и свои, а ощущение – что чужие. А соседи? Никто не жалуется, да и эти не боятся шум устраивать. Тут подбежала Даша, держа в руках кусочек какого-то фрукта.

– Как настроение, Саш? Чего грустишь?

– Да нормально всё, – сказал Шурик и посмотрел на свои руки, а вернее – на стакан, который был у него в руках. Мутная жидкость, имевшая слегка сероватый оттенок, как у хреновухи, маслянисто блестела.

– Да хрен бы с ним, – подумал Саша и, сделав глубокий резкий выдох, выпил. Должно было быть противно, но оказалось безвкусно. Абсолютно никакого вкуса. Даже вода имеет вкус, а это – просто жидкость, после которой остаётся лишь ощущение, что пил жидкость. Шурик вопросительно посмотрел на Дашу. Она моргнула и, улыбнувшись ему, ушла к ребятам. Саша ещё раз оглядел двор. Стоит, наверное, всё-таки подойти к мангалу и к столу, есть-то хочется. И в туалет хочется. Прям, сильно хочется. Голод всё-таки перевесил, и Шурик хотел пойти к столу, но ноги как будто прилипли к крыльцу. Он посмотрел вниз, они на месте, голова на месте и вроде соображает. В это время Макс и Даша повернулись к нему и призывно помахали, чтобы он подошёл к ним. Саша ещё раз попытался, но и на этот раз не получилось. В голове началась лёгкая паника. Рывок, ещё рывок и показалось, что он смог сделать шаг, но ноги остались на месте, а тело неминуемо приближалось к земле. Он всё ещё смотрел на лица ребят, которые начали расплываться, ему сложно было сконцентрироваться. Шурик сделал последнее усилие, рывком попытался оторвать от пола ноги и выставил руки перед собой.

Хлёсткие удары по лицу, раз за разом. Голова резко заболела. Не было сил открыть глаза.

– Тащ майор, тащ майор! – омерзительный голос кричал прямо в барабанную перепонку, создавая дикое давление в голове и порождая очередную волну боли.

Саша хотел сказать, чтобы кричащий человек заткнулся наконец, но вместо слов услышал только какое-то мычание. Он попытался в очередной раз встать, дав команду своим рукам и телу, но не чувствовал в ответ ничего. Ни боли, ни других ощущений. Как будто у него не было ни рук, ни ног.

– Все трое тут, тащ майор, – противный голос вновь создал очередную волну боли и дискомфорта в голове у Шурика.

"Что за пойло там такое, раз от него ужасное похмелье?" – думал он, мечтая открыть глаза. Они просто слиплись, Саша ощущал, что веки двигаются, но казалось, что ресницы сплелись между собой и не дают разомкнуться векам.

Яркая вспышка света – и дикая боль вонзилась в голову от правой ноги. Шурик попытался отдёрнуть ногу, но не смог, а боль постепенно угасала, превратившись в ощутимую и местами приятную. Приятную тем, что она чувствовалась. Нога одна есть. Значит и остальное должно быть на месте.

Вновь резкая боль, только теперь левой ноги, ощутилась, будто тысячи иголок вонзились в неё. Боль поступала волнообразно, с каждым разом угасая, до тех пор, пока Шурик не почувствовал тепло на кончиках пальцев. Он попробовал их сдвинуть и тут же шершавые носки внутри ботинка коснулись кончика пальцев.

Вдруг на лицо кто-то полил холодной водой и начал обрывать ресницы. Казалось, что этот кто-то пытается раскрыть их. Саша вновь попробовал открыть глаза, ресницы уже их не сдерживали, но предательский яркий свет вспышкой боли прокатился внутри черепа. Перетерпев боль, чуть разомкнув веки, Саша увидел вдалеке белое пятно света.

– Это сейчас что, я умираю, или оживаю? – сам себя спросил он.

– Шурик, живой! – прозвучал рядом до боли знакомый голос, на что Саша вновь пытался что-то ответить, но мычание, вырывшееся из его рта, дало ему понять, что пока лучше молчать. Он вновь закрыл глаза, пытаясь забыться, чтобы избежать боли. Яркий свет сменился на темноту, сознание вновь ушло во мглу.

– Семён Викторович, ну что, какие прогнозы? – чёткий голос прозвучал в тишине.

– Всё хорошо, Денис. Нога скоро заживёт. Надо дождаться, пока они сами очнутся, – ответил голос профессора.

– Так я же живой, – подумал Саша. Голова была чиста, как никогда. Он чувствовал себя как огурчик. Ничего не болело.

– Я в порядке, – приоткрыв глаза, хотел сказать Саша, но услышал что-то невнятное.

– Он очнулся, – произнёс голос Дениса.

Саша открыл глаза, в помещении, где он находился, было темно, по крайней мере, не было яркого болезненного света. Несколько секунд он пытался сконцентрировать взгляд, и в конце концов смог, над ним стоял с обеспокоенным лицом Денис, а рядом сидел улыбающийся Рашидов. Голову повернуть не смог, но, поняв его мысли, Денис тут же ответил:

– Тут они, рядом. Живые оба. Кому из вас, идиотов, пришла в голову идея – гулять по деревне? Я Дашу в счёт не беру. Вы – два взрослых мужика. Вы же чуть не померли там! – выругался Денис.