Айнур Галин – Морпехи. Книга пятая. Перепись населения (страница 20)

Он не знал, сработает или нет, просто, верил в это, других вариантов всё равно не было. Орущее и сопротивляющееся тело Андрея он донёс с трудом. Мужчина весил не меньше ста десяти килограммов, и любые его потуги, связаные с желанием освободиться, Лёня преодолевал тяжело. По пути ему даже пришлось вновь прибегнуть к удушающему приёму.

В комнате Лёня уложил его, используя петлю на шее и вывернутые руки. Лучшего рычага управления, чем боль, человечество ещё не придумало. Связав тело, Лёня сел на него сверху, и при каждой попытке встать или сдвинуться бил человека ладонью по голове. Как и у собак Павлова, Лёня в конце концов выработал некий инстинкт у тела Андрея, и в конце концов тот лежал смирно. Заставить его замолчать удалось лишь засунув кляп. Слушать истошный крик и постоянную ругань в конце концов Леониду надоело.

– Успокоился?! Успокоился, я спрашиваю? – и Лёня вновь ударил ладонью Андрея по голове. Мужчина тихо прорычал от боли и кивнул. – Будешь смирно и без движений лежать, бить не буду. Понял? – не получив отклика, Лёня вновь ударил. Андрей закивал.

Долго сидеть на теле хозяина ангара не пришлось, минут через десять отростки корней гриба начали медленно обволакивать лежащего человека, проникая в ноздри, уши и глаза. Тело сразу же обмякло, погрузившись в анабиоз. Как только Лёня почувствовал мягкость и отсутствие какой-либо напряжённости в мышцах, сразу же встал. Он отошёл в сторону, чтобы понаблюдать, как Андрея, по крайней мере, его тело, со всех сторон обволакивают тонкие нити, постепенно превращая в кокон.

– Ну, мужик, давай. Не подведи. Дальше – уже сам. Что смог, то сделал! – негромко произнёс Лёня и отправился в комнату. Чувство лёгкости, которое он ощущал после помощи медикаментами наблюдателя, постепенно ушло, сказалось и то, что он почти час провозился со здоровым телом Андрея, который существовал без человеческого разума. В комнате всё осталось без изменений, всё те же тела и полки, обвешанные паутинками белых нитей, светящиеся синим цветом дискомфорта.

Лёня обошёл каждого, практически у всех гриб уже начал восстанавливать свой кокон, заново обволакивая тело тонкими нитями. Очистив руки, ноги и живот каждого, он сел рядом и стал ждать. Слова Валиса о том, что устройство должно помочь, не особо-то и воодушевляли Лёню. Он не знал, как его применить, и что делать. В кармане лежали пригоршня капсул и шприц-тюбиков, готовые к применению в любой момент. Только когда этот момент настанет, он не знал.

Браслет сообщил своему носителю, что на улице к ангару подошли три человека. Они медленно обошли постройку и остановились у входа. Их пульсация была необычной, а тела подсвечивались не привычным красным цветом, как до этого видел Лёня в проекциях, а оранжево-жёлтым. Но он не придал этому значения. Люди просто остановились и стояли на одном месте, практически без движения, у самого входа.

– Может, с тебя начнём? Испытаем, так сказать, мало ли. Если что, не жалко, в конце концов, – произнёс Лёня и подошёл к телу Малышева. Убрав частички мусора с его одежды он сперва пощекотал его, затем ударил. Потом достал одну капсулу, и расчистив рот от грибной паутины положил её на язык. Сходив в общую комнату, он принёс кружку воды, и немного залил в рот полковнику. Подождав и не дождавшись эффекта, он убрал колпачок с тюбика, и оголив участок кожи на животе поставил укол. Сердцебиение Малышева резко участилось, а тело слегка задрожало. Лёня попытался удерживать Игоря, положив одну руку ему на лоб, а вторую на живот. Конвульсии всё усиливались, и Лёня, не ожидая такого эффекта, перепугался на славу. Всем корпусом он прижал Игоря к лежанке. Сейчас он не думал о том, что этот человек подлец и заслуживает только смерти, сейчас он желал только одного, вернуть разумы своих товарищей в тела, и вместе уже решить, что делать дальше. Оставаться в одиночестве в Ином мире Лёня не хотел.

Через пару минут Малышев успокоился, бодро задышал и стал более тёплым на ощупь. Всё это Лёня прекрасно чувствовал, и ему захотелось взглянуть в глаза. Он не понимал, откуда возникло это желание, но аккуратно расчистив глазницы от грибной паутины приоткрыл ему веки, и сразу же с устройства на его запястье появился мягкий зелёный свет, который тонким лучом попадал в зрачки человека, находящегося в анабиозе. Заметив это, Лёня замер в ожидании. Его браслет такое ещё не демонстрировал, и прав был Валис, когда говорил, что именно устройство сможет помочь.

– Лёня, ты? – моргнув несколько раз хрипло произнёс Малышев.

– Я, а ты кто?

– Конь в пальто! Убери руки! Я полковник Малышев.

– Лежи, ты ещё слаб. Можешь пока лечиться, – ответил Лёня, удерживая рукой грудь Игоря, хотя тот не особо-то и сопротивлялся. Тихонько застонав он тотчас же закрыл глаза.

– Как себя чувствуешь?

– В целом – плохо, – ответил полковник. – Как будто под поезд попал.

– Это хорошо, раз есть такой опыт. Ты полежи, полежи. Я других разбужу, – сказал обрадовавшийся Лёня. Он не знал, как, но всё сработало. И чтобы не оставаться один на один с Малышевым, он разыскал тело Дениса и проделал те же манипуляции. Сбегал за водой, положил ему на язык капсулу и вколол шприц-тюбик. Возможно, Малышев, очнувшись, и чувствовал бы себя лучше, если бы доза препарата в капсуле была больше, но полученный результат уже был победой. Очистив глаза Архипова, Лёня положил руку с браслетом ему на лоб, а другой рукой придержал тело в ожидании судорог и конвульсий.

Глава 6

– Леонид Леонидович, – прохрипел Малышев. – Лёня! Помоги мне встать.

– Не до тебя пока, лежи. Остальных надо вытащить, – огрызнулся тот на полковника, желающего слишком много внимания к себе.

– Другие не важны, – едва слышно ответил Игорь, собравшись с силами перевернулся и рухнул на пол. Лёня это видел, но убрать руку с тела Архипова уже не мог.

Полковник тихо застонал от боли, потратив несколько секунд встал на колени и на четвереньках медленно двинулся к выходу.

– Нос и уши прикрой, там грибы спорами взрываются. И ползи налево, в комнату, полежи там, сейчас подойду! – крикнул ему вслед Лёня.

Но Малышев его не слушал, он был одержим целью, и побыв в беззащитном состоянии сделал для себя окончательный вывод: этот мир должен оставаться таким, каким он был до того, как люди с Земли пришли сюда. Те личности, которые живут и заселяют Иной мир опасны, а земные люди сделают всё возможное, чтобы вернуть их домой.

– Давай, давай, дружище. Выходи, – нашёптывал Лёня. Препараты уже начали действовать, давая организму импульс для пробуждения и восстанавливая его после анабиоза. Тело Архипова несколько раз дёрнулось в судороге, спина выгнулась, а ноги стали беспорядочно пинать стену комнаты. Ещё через пару минут Денис схватил Лёню за руку и тихо застонал.

– Отпусти. Слышишь меня?

– Даа… Рад слышать, – ответил Архипов.

– Ну всё, полежи чуток, я другими займусь, – сказал Лёня, и промыв ему глаза ушёл к следующему.

Он несколько часов бегал между оживающими людьми, пока пробуждал каждого, вытаскивая разум человека из сети разума плотоядного гриба. Легче всех проснулся Белов, он осознанно зашевелил руками и показал Лёне большой палец вверх, а когда тот ему вычистил лицо – улыбнулся. Тяжелее всего далось возвращение Диме, старшему из братьев. Его долго лихорадило, а приступы длились почти полчаса, но в конце концов все были возвращены.

– Сидите пока тут, я расчищу эту плантацию. Не выходите, – предупредил Лёня и вышел в галерею, чтобы убрать все шляпки грибов, растущих там. Большинство из них раздулось, готовясь в любой момент взорваться и выпустить в воздух тысячи спор, чтобы заразить человека и сделать его подневольным. Лёня быстрыми движениями срезал все видимые грибы, напоминающие шампиньоны, старясь не повредить шляпку. Дойдя до конца он заглянул в комнату, чтобы проверить состояние хозяина, Андрея.

Гуцул спокойно лежал головой вниз, когда Лёня прикоснулся к телу, он вздрогнул и застонал.

«Была не была!» – подумал Лёня, и очистив от грибных нитей, перевернул тело. Он очистил лицо и посмотрел ему в глаза. Андрей поморгав несколько раз промычал.

– Что? – не расслышал Лёня. – Не понимаю тебя. Ты кто?

В ответ мужчина уже более яростно прорычал. Догадавшись, Лёня вынул кляп изо рта.

– Спасибо. Спасибо. Развяжи меня, а то дышать нечем. Я думал, задохнусь уже, – хрипло попросил Андрей.

Но Лёня не спешил его освобождать, он внимательно смотрел на него, пытаясь понять кто перед ним.

– Я это. Я… Андрей. Срежь верёвку, – прохрипел он.

И когда Лёня разрезал сдерживающую руки и шею верёвку, Андрей расслабился и задышал полной грудью.

– Спасибо, Лёня. Спроси у меня что-нибудь. И освободи уже. Надо сжечь тут всё!

– Что спросить?

– Можешь ничего не спрашивать, а просто отпусти. Я человек. Я Андрей Гуцул.

– Чем докажешь?

– Мне нечем доказывать. Могу все ваши имена назвать. И фамилии.

– Валяй! – согласился Лёня и присел в кресло. И только в этот момент он заметил, что Малышева поблизости нет. Ни в комнате отдыха хозяина, ни на кухне, ни в гостевой землянке.

– Стоп! А где Игорь?

– Не знаю. Отпусти меня. Итак, Архипов, Белов, Попченко и братья Сазоновы. А ты Леонид Леонидович. Твоя фамилия ни разу там не прозвучала.

– Всё верно. Верно, – ответил Лёня и разрезав верёвки пошёл искать Малышева. Он побежал к лестнице и поднявшись наверх увидел, что дверь открыта. Ворота ангара тоже были распахнуты, и отсутствовал хозяйский автомобиль «Пассат».