Айн Рэнд – Муж, которого я купила (страница 24)
— Нет, боже, нет ее дома!
Пятеро людей ошеломленно переглянулись.
— Будь я проклят! — воскликнул инспектор Раферти, с размаху садясь на стул. — Ну что за дело! Что теперь-то могло произойти?
Единственным местом, которое им пришло в голову и куда они могли отправиться на поиски девушки, была квартира Лори. Все пятеро быстро собрались, сели обратно в машину и поехали туда на полной скорости. К тому времени они уже не просто переживали, а по-страшному паниковали.
Когда они вошли в квартиру, то встретила их сама Джинкс. На ней вместо фартука была аккуратно надета одна из футболок Лори, с рукавами, обмотанными вокруг талии. Она была на кухне и готовила ужин.
— Чем обязана такому визиту? — спросила она с очаровательной улыбкой гостеприимной хозяйки.
— Мисс… мисс Винфорд! — едва смог сглотнуть инспектор Раферти. Он единственный не потерял дар речи.
Джинкс стояла перед ними в добром здравии, улыбчивая и невозмутимая, слегка надменно и вопрошающе подняв одну бровь, будто в вежливом ожидании объяснения.
— Рад… рад видеть, что с вами все в порядке, мисс Винфорд, — пробормотал невразумительно инспектор Раферти, определенно не понимая, в чем тут вообще дело. — Рад, что мы наконец вас нашли!
— Нашли меня?
— Да, мисс Винфорд! Вам больше не стоит бояться его!
— Бояться кого?
— Молодого человека, похитившего вас, Лоренса МакДжи!
— Лоренса МакДжи? — закричала Джинкс. — Лоренса МакДжи?!
И тут она так громогласно расхохоталась, что инспектор Раферти и все остальные сопровождающие его люди в ужасе уставились на нее.
— Ох… ох боже ты мой, как же все это замечательно! — смеялась Джинкс, теперь понимая подлинный смысл и причину всего произошедшего.
— Вы рады, что мы его арестовали, да? — робко спросил ее инспектор Раферти, очень удивленный ее реакцией.
— Арестовали? Его? Бог ты мой!.. Инспектор, отпустите же его немедленно!
На этих словах Виктор Перкинс, делавший какие-то заметки в своем блокноте, от неожиданности уронил его на пол вместе с ручкой.
— Все это не более чем огромное недоразумение, инспектор! — быстро сказала Джинкс, она еще беспокоилась, но к ней быстро возвращалось самообладание.
— Недоразумение, мисс Винфорд?
— Видите ли, меня вовсе не похищали, — объяснила она таким милым голосом, таким искренним, что было бы трудно не поверить ее решительным, слегка насмешливым глазам. — Думаю, вы заслуживаете того, чтобы знать правду, и я вам обо всем поведаю. Мистер МакДжи не похищал меня. Мы были знакомы друг с другом достаточно давно, и мы любили друг друга, а потому сбежали, чтобы пожениться, ведь мои родители, поймите меня правильно, стали бы чинить препятствия такому браку. А потому мы все это выставили как похищение, чтобы замести следы. Это была целиком моя идея!
Лица всех пятерых приобрели такой странное побледневшее выражение, какое она впервые видела в своей жизни.
— Конечно я сбежала от того болвана со сломанным носом, который пытался ко мне ворваться, а затем я вернулась обратно сюда. Потому, собственно, и не было особых причин разыскивать меня.
— Я… я никогда… я в жизни никогда… Я… — Инспектор Раферти понял, что дар речи ему тоже отшибло, как и способность мыслить логически.
— О, дорогой мой инспектор! — Джинкс тепло и невинно ему улыбнулась. — Вы же не хотите разбить мне сердце, так жестоко обойдясь с моим бедным суженым?
— Конечно… конечно… Все это в корне меняет ситуацию, — заикаясь, ответил инспектор.
— Где он сейчас?
— В тюрьме, мисс Вин…
— В тюрьме? Как вы посмели! Живо идите и освободите его!
И она пулей вылетела прочь из дома, пятеро мужчин едва поспевали за ней.
Она села за руль полицейской машины, вытолкнув водителя.
— Не волнуйтесь, я вожу получше вас! — крикнула она в ответ раскрывшему было рот инспектору, который вознамерился запротестовать. — Ну же, садитесь! Быстро!
И большой автомобиль ракетой понесся вперед, оглушительно воя сиреной, ведомый миниатюрной девушкой с копной взъерошенных волос.
— Даже не пытайся описать все это, Вик, старина! — пытался перекричать завывания машины и звук двигателя мистер Скрэгс. — Такую историю словами не опишешь!
Джинкс пришлось некоторое время подождать в приемной, прежде чем дежурный на пару с инспектором Раферти вызволили Лори из камеры. Они нашли его лежащим на койке, закрывшим лицо руками. Но как только лязгнул замок и двое вошли в камеру, он тут же вскочил, стараясь казаться спокойным и храбро смотреть им в глаза.
— Я приношу вам свои извинения, мистер МакДжи, — сказал инспектор Раферти, — хотя, конечно, не стоило вам молчать. Но теперь я с радостью могу вам сообщить, что вы свободны идти куда угодно.
— Я… свободен?
— Да, мы знаем всю правду. Мисс Винфорд все нам рассказала.
— Она и правда сделала это?
Лори остолбенел, но к тому времени он уже понял, что лучше не оспаривать ни единое слово Джинкс, что бы она ни рассказала.
Он прошел в приемную, где к нему тут же на шею бросилась Джинкс и поцеловала на виду у всех присутствующих.
— Ох, Лори, дорогой мой, прости, что из-за меня тебе пришлось столько вытерпеть! — взмолилась она. — Было благородно с твоей стороны хранить молчание, но все же тебе стоило рассказать им правду! — продолжила говорить она, будто не замечая изумленных взглядов, которыми он ее одаривал. — Я все им рассказала, как мы сбежали, чтобы обручиться, как я придумала всю эту историю с похищением, чтобы обмануть родителей. Теперь и ты можешь подтвердить это, дорогой!
— А, да!.. Конечно, это так! — воодушевленно подтвердил Лори, думая о том, что не бсмелился отрицать бы это, даже если бы ему захотелось.
— Ай да Лори! — воскликнул мистер Скрэгс восхищенно. — Только подумать, что он работает в нашей газете!
— Большим заголовком, мистер Скрэгс, — обратилась Джинкс к редактору, — «Светская львица сбегает с нашим репортером!»
— Не благодари меня, беспомощный болван ты, а не преступник, у которого нет даже задатков воображения! — шепнула тем временем Джинкс Лори, сжав его руку, когда они спускались по лестнице, удаляясь прочь от темного тюремного прохода. — Ты хотел предоставить им сенсационные новости? Так теперь только подумай, насколько сенсационными покажутся для них мои!
Эскорт
Предисловие редактора
Вероятнее всего, этот небольшой рассказ был написан в 1929 г., когда Айн Рэнд вышла замуж за Фрэнка О’Коннора. Одним из его подарков были чучела двух маленьких львят, названных Оскаром и Освальдом. Вскоре они стали для семейной пары их собственным воплощением «великодушия вселенной». Каждое Рождество их наряжали в цветастые шляпки и вывозили в свет, дабы они тоже могли радоваться этому чудесному празднику.
Я упоминаю обо всем этом потому, что рукопись рассказа «Эскорт» была подписана у Айн Рэнд как «О. О. Львы». Все это свидетельствует о том, на мой взгляд, что история задумывалась простой и веселой, а сама писательница неотрывно связывала этот живой искрометный юмор с тем временем, которое она провела в обществе своего мужа вместе с Оскаром и Освальдом.
К тому моменту Айн Рэнд прочла огромное количество произведений О. Генри. Веселая, беззаботная манера повествования восхищала ее не меньше, чем виртуозная изобретательность в том, что касалось сюжетов его произведений. Таким образом, «Эскорт» и «Ночного Короля» можно воспринимать как дань уважения литературному гению О. Генри, а также как ее первые попытки удивить читателя неожиданной концовкой, как это делал О. Генри.
Он уже было собирался выйти из дому, когда Сью спросила:
— Ты вернешься не раньше утра, дорогой?
Он поспешно кивнул, в очередной раз услышав от нее этот неудобный вопрос. Тот самый, который, как он всегда надеялся, его жена перестанет ему задавать. Сью никогда не жаловалась, только мягко и понимающе смотрела на него своими голубыми глазами, но в ее голосе ему всегда мерещился какой-то печальный упрек. Но сегодняшним вечером и сам вопрос, и ее голос звучали иначе. Казалось, она не возражала, даже переспросила:
— Так тебя не будет до рассвета?
— Да кто же знает, дорогая, — раздосадованно ответил он. — Ты же прекрасно понимаешь, что мне это тоже не по душе. Но работа есть работа.
Он уже столько раз и так тщательно ей это разъяснял: экспедиторы на товарных складах не могут работать тогда, когда им вздумается, а поскольку особого выбора у него нет, то ему приходится работать ночами. Хотя он, конечно, знал, с какой тоской во взгляде она смотрит на жен, чьи мужья после работы возвращаются домой и вечером садятся ужинать вместе с ними за большой стол, ярко освещенный лампой. А ведь Сью проделала такую огромную работу, стремясь вселить в их дом уют и спокойствие. Он даже не заметил, в какой именно момент тоскливая лачужка, которую они когда-то вместе сняли, преобразилась в чудесный теплый дом. На кухне блестели чистенькие красно-белые тарелки, а сама Сью сияла рядом с ними в своем фартучке таких же оттенков, словно ребенок среди игрушек, стройная и светловолосая. Они были женаты уже третий год и едва припоминали, как впервые зашли в эти самые комнаты, тогда выглядевшие заброшенными, в которых все было в пыли и потрескавшейся краске. Тогда он только-только окончил колледж и мог дарить своей юной избраннице разве что жутковатые счета за аренду, с которыми им лишь чудом удавалось справляться каждый месяц. Вспомнив обо всем этом, он лишь мрачно поджал губы и сказал: