Айлин – Тайное царство секты Бай Хе (страница 24)

Первую безопасную плиту я нашла не сразу. Это оказалась плитка, изображающая семена лотоса в третьем ряду от начала. Возможно, безопасные плитки были и ближе ко мне, но камешек, отскочив от изображения закрывающегося прозрачного лотоса, тут же упавшего вниз, приземлился на упомянутую плиту, которая не шелохнулась. Допрыгнуть было можно, я даже не задумалась, стоит ли рисковать, и прыгнула. Приземлилась. Пошатнулась. С трудом устояла на плите и выдохнула. Только тогда поняв, как сильно колотится сердце. Достав из хранилища платок, вытерла неприятно липкие и влажные руки. Обернулась назад и заглянула в яму рядом, совершенно не удивившись, увидев там колья и чей-то скелет. Самоуверенность — злейший враг практиков. Уже на пороге храма я была уверена, что летящий шаг использовать здесь нельзя. Помолившись над тем, чтобы у безымянного практика была хорошая реинкарнация, я подняла камешек и задумалась, куда его кинуть.

Камешков оставалось все меньше, а я не дошла и до середины зала. Сейчас я сидела на очередной плитке, отдыхала и рассматривала безопасные, вспоминала перевернувшиеся и очень надеялась найти взаимосвязь. А еще пыталась понять, как можно подтащить камни, которые перескочили на безопасные плитки, до которых я просто не могла допрыгнуть и от которых по этой причине пришлось отказаться. Лотосы, лотосы и еще раз лотосы - от цветов всех форм и размеров пестрело в глазах. Понадеявшись на свою удачу, я встала и кинула камушек на одну из плит, которая тут же рухнула вниз.

Все же удача — это не моя сильная сторона. Я стояла в центре зала на плите с распустившимся лотосом и печально понимала, что сейчас вниз вместе с плитой рухнул мой последний камень. Дальше придется прыгать наугад, и это мне совсем не нравилось. Я в очередной раз обернулась, чтобы осмотреть свой путь и в этот момент в голове что-то щелкнуло. Я посмотрела вниз. На плиту, на которой стояла. Подо мной был шикарный детализированный полностью раскрывшийся цветок лотоса, с белыми лепестками, которые лишь сверху были чуть-чуть окрашены розовым. Перевела взгляд на первую плиту: семена лотоса. На губах сама собой появилась легкая улыбка. Если моя догадка верна, я смогу пройти зал, если нет, то нет. Разумеется, можно вернуться назад безопасным путем, поискать другие варианты, но что-то подсказывало: мне надо вперед, к постаменту с лотосом. Если вернуться назад, то все, что мне остается – вернуться с пустыми руками и покорно ждать, пока Царство не откроется снова. Я высмотрела нужную мне плиту, а потом не раздумывая прыгнула. Мне понадобилось пара секунд, чтобы понять - я не упала вместе с плитой, а уверенно стою на ней, а значит, моя догадка верна. Первые полпути я прошла по распускающимся лотосам. Дальше мой путь лежал по лотосам увядающим. Когда у тебя ясный ум, удача не так уж и важна!

Удача может и не важна, а вот умение приземляться куда нужно — очень. Буквально на последней плите, уже после приземления, я не удержалась и наступила на соседнюю плиту, едва не полетев с ней вниз. Чудом успела переступить обратно на безопасную плитку. Перед последним прыжком долго стояла и пыталась собраться с мыслями. Последний прыжок оставил в душе некую тень, и прыгнуть снова было тяжелее, чем в прошлый раз. Впрочем, я зашла уже так далеко, что останавливаться было просто глупо. Я вдохнула и снова прыгнула.

Глава 15

Я стояла перед огромной скульптурой лотоса, выточенной из цельного куска горного хрусталя. В голове было пусто.

После удачного приземления я некоторое время постояла не шелохнувшись, не веря в свою удачу, а потом медленно выдохнула. А я ведь даже не заметила, что задержала дыхание. Повернувшись, проследила путь, который привел сюда, и хмыкнула. Да - насчет удачи я точно была неправа. Однако стоило мне расслабиться, как я почувствовала, что ноги подкосились и я села на пол перед постаментом. Нервное напряжение отпускало медленно, и я, не удержавшись, снова хихикнула, потом закрыла глаза и позволила себе немного посидеть, ничего не делая и ни о чем не думая. Впрочем, именно что немного. Задерживаться не хотелось, и надо было искать проход дальше.

Спустя продолжительное время я устало опустилась на пол и снова закрыла глаза. Ноги, непривычные к такой нагрузке, немного ныли. Я устала. Я не была готова делать хоть что-то! Ведь к этому моменту скульптуру лотоса я обошла три или четыре раза, пытаясь найти либо проход дальше, либо какую-то зацепку, но тщетно. Вымотанная физически и морально, я села на пол и устало прислонилась к постаменту. Что я там про удачу говорила? Беру свои слова обратно. Удача - важная составляющая практики. Как только я откинулась на холодный постамент, внутри что-то щелкнуло, и лотос с тихим гулом принялся распускаться, являя скрытую внутри статую женщины. Странно, что я не видела ее за прозрачными лепестками. В какой-то момент мне показалось, что это каноничная статуя богини Гуань инь, но чем больше я присматривалась, тем сильнее мне казалось, что я ошиблась. Поза не та, да и сострадания на лице как-то маловато. Статуя женщины была волшебно красива. Тонкие и гармоничные черты лица, удивительная для камня детализация и живость. Казалось, это не изваяние, созданное руками человека, а живая девушка, замершая в момент танца. Значит, храм действительно был посвящен Си Шу, по крайней мере, сейчас в голову мне больше никто не приходил.

Где-то из глубины храма раздались мелодичные звуки гучженя, сначала тихо-тихо на грани слышимости, потом все громче и громче. А потом в какой-то момент статуя вдруг шевельнулась, приняв позу “Взлетающий журавль”, весьма известное танцевальное па и, как мне показалось, посмотрев на меня. Несколько секунд ничего не происходило, а потом храм тряхнуло. Я едва удержалась на безопасной площадке, но оглянувшись, увидела, что многие плитки осыпались вниз. Музыка изменилась и вместе с ней изменилась поза статуи, сейчас она застыла в па “легкий ветер гнет осоку”, и я снова поежилась под взглядом статуи, и снова, спустя буквально несколько секунд, храм тряхнуло. Я отступила и едва не упала в яму, из которой, заглушая музыку, слышалось шипение давно некормленных змей. И снова музыка изменилась, а статуя изобразила новое танцевальное движение - “течение тихой воды”. Я не любила танцы, но как любая воспитанная девушка, была с ними знакома, поэтому повторить относительно простое движение труда не составило. Храм больше не трясло. Значит, я снова угадала правильно: все, что мне надо - повторять за статуей. Темп музыки все нарастал. Если сначала мне казалось, что статуя выбирает случайные танцевальные движения, то чуть позже я заподозрила, что это легендарный танец Си Шу с веерами “Люсин”. Его партитуры не сохранилось, в книгах и легендах только упоминались его отдельные движения. Когда музыка закончилась, я устало опустилась на пол. Все же танцы - это не мое. Впрочем, в этом танце было что-то странное. Похоже, мое выступление было не слишком удовлетворяющим, и статуя снова скрылась в бутоне.

Спустя пару дней я вполне могла подвести некоторые итоги. Во-первых, судя по всему, я здесь надолго, во-вторых, два раза в день статуя появляется на свет, танцует и снова скрывается в бутоне, так как мои повторения не проходят по каким-то ее критериям. Сначала я просто не верила, что все так плохо. Качала головой, убеждала себя, что это неправда и я довольно точно повторяю все па, и раз здесь есть какая-то ошибка, надо поискать другой путь. Да, я его искала, но уйти с безопасного островка никуда не могла. Разве что путь назад был относительно свободен. Но первые неудачные разы обрушили много плит, некоторые из которых были частью моего маршрута сюда.

Где-то через неделю я начала сходить с ума от злости, проклиная все на свете. Даже пару раз пнула постамент, вот только постамент каменный, а моя нога - нет. Было больно, но злость все же немного утихла. В эти дни, когда меня одолевала злость, я часто видела тот самый неприятный сон, медитации хоть и помогали, но слабо.

Потом я как-то задалась вопросом - зачем мне все это было надо? Да - меридианы, да - культивация, но если подумать, разве моя жизнь была слишком плоха? Плохое здоровье и бесконечные насмешки были как-то упущены мной из вида.

Еще пару дней я провела, прислонившись к постаменту и смотря куда-то вдаль. В голове было пусто, отрешенно и безнадежно.

А потом мне просто пришлось принять факт, что я не очень хороший танцор, и если я хочу отсюда выбраться — это придется исправить. К этому моменту все движения я уже заучила, так что отныне мой день был целиком и полностью посвящен танцу. Водное зеркало позволяло мне отслеживать малейшие отклонения в движениях, добиваясь плавности, легкости и некоторой небрежности. В какой-то миг я поняла, что веера в руках сильно не хватает, и достала свой. И вот в этот момент, глядя на свои движения с веером в глади водного зеркала, у меня промелькнула странная, отвлеченная мысль, которую я сначала отогнала как невозможную. “Люсин” это не просто танец — это боевая техника для веера, причем веера не просто боевого, а веера магического. Надо ли говорить, что после этого я стала прилагать в два, а то и в три раза больше усилий.