Айлин – Кандидатка (страница 2)

– Ух ты, да ты красотка! – сказала Оксана, довольная своей работой.

Я смотрела на свое отражение в зеркале и не узнавала себя, я такую дорогую одежду никогда не носила. Кофта была чрезмерно откровенной для меня: рукава кружевные полностью от плеч до запястья, глубокое декольте, тоже отделанное кружевом.

Наряд получился одновременно и офисным, и ярким. Правда, для меня он был чересчур провокационным. К такому прикиду надо было делать хоть какой-то макияж и подобие прически. Мой обычный зализанный хвост вряд ли впишется во всё это.

– Оксана, а попроще ничего нет? Я в таком виде чувствую себя не в своей тарелке. Как я буду отвечать на вопросы адекватно, если мне будет некомфортно, – попыталась возразить я.

– Вика, зачем вообще отвечать адекватно? Сейчас еще макияж и прическу подберем, и тебе только улыбаться надо будет, смотри, какая ты классная. Будь я мужиком, запала бы на тебя, – уверенно сказала Оксана.

– А обувь? Я же не могу кроссовки надеть. А туфли у меня только с выпускного, но там такой каблук, что вероятность переломать ноги выше, чем дойти до банка, – сказала я, тяжело вздыхая.

Внутри я понимала, что остановить Оксану мне уже не удастся: если у нее загорелись глаза, то всё, бесполезно сопротивляться, надо искать компромиссы, и то, если они придутся ей по душе.

– Так, не беси меня, Вика! Я уже решила − ты пойдешь туда как богиня! Получишь эту работу, дальше можешь ходить как хочешь, хоть голой. Главное, работай усердно и присматривай хороших кандидатов в мужья, – говорила Оксана.

– Я пока диплом не защищу, не планирую замуж, – попыталась я возразить.

– Я, вообще-то, о себе говорю, а не о тебе, зануда. Мне расскажешь, кто у вас там самый классный кандидат. Я уже потом сама решу, подойдет он мне или нет, – сказала Оксана так, будто варианта, что она может не понравиться кому-то из представителей мужского пола, просто не рассматривалось.

– А-а-а, понятно, то-то я смотрю, ты стараешься так. У тебя, можно сказать, личный интерес имеется, – сказала я.

– Разумеется, милочка, разумеется, – рассеянно ответила Оксана, разглядывая меня с головы до ног.

– Ну и ласты у тебя, Вик, без обид, конечно, но просто жесть! Такая ты вроде вся ладненькая, миниатюрная, а тут – хоп – и такая лажа. Какой у тебя размер-то, тридцать девятый или сороковой? – спросила Оксана.

– Тридцать девятый, – ответила я, краснея.

У меня было два комплекса, один из которых как раз большой размер ноги.

– Каблуки тебе носить жизненно необходимо, это хоть как-то визуально уменьшит твою стопу. И это не обсуждается! –сказала Оксана и погрозила мне кулаком.

– Поняла я, но если сломаю ногу, ты меня будешь кормить. Мне работа позарез нужна, ты знаешь, что я на мели совсем, – жалобно простонала я.

– И это потому, что ты полная дура. Я тебя сколько раз знакомила с мужиками при бабле, а ты что делала, а? Ну, скажи мне, что ты делала? – начала психовать Оксана.

– Посылала их на первом свидании, как только они начинали лезть ко мне с непристойными намеками, – упрямо ответила я.

– Вот поэтому ты и стоишь тут вся такая пристойная, но с голой попой, – совсем вышла из себя Оксана.

Эта темя была для нее неким триггером, она откровенно понять не могла, почему я такая упрямая и так берегу свою невинность, как будто это кому-то сейчас интересно.

– Всё, я ушла, пока ты меня не прибила. Спасибо, Оксаночка, огромное! Можно сказать, ты меня спасла, – сказала я ей милейшим голоском и попыталась ее приобнять.

– Отвали, подлиза, про курсач не забудь, – всё еще делая вид, что дуется, сказала Оксана, но я видела, что моя подружка сменила гнев на милость, поэтому спокойненько собрала свои манатки и пошла домой.

Дома я еще раз всё примерила с туфлями: пока я стояла, было идеально, но стоило сделать попытку пойти, как становилось печальненько. Я попробовала потренироваться, потом забила на эту идею и решила, что пойду в кроссах, а туфли возьму с собой и надену их уже в банке. В помещении у меня было больше шансов не свернуть себе шею.

Глава 2

На следующее утро я дрожащими от волнения руками сделала себе макияж, уложила длинные тяжелые волосы в высокий пучок и направилась на свое первое в жизни собеседование.

Меня встретил суровый охранник. Он смотрел на меня долго и оценивающе, пока я не вспомнила, что надо сказать, кто я и зачем пришла.

– Здравствуйте! Я Макова Виктория Сергеевна, пришла на финальное собеседование, – наконец выдавила я из себя.

Охранник еще раз окинул меня взглядом, посмотрел в компьютер и хмуро сказал:

– Паспорт.

Я молча протянула свой паспорт. Бегло посмотрев его, охранник вернул мне документ и снова коротко сказал:

– Шестой этаж, налево до конца коридора, приемная директора.

– Поняла, – тихо ответила я и направилась к лестнице.

Я так волновалась, что забыла переобуться, и поняла это уже перед дверьми приемной.

«Так, не психуй! Вроде никого нет, сейчас быстро переобуешься и войдешь», – сказала я сама себе и принялась разуваться.

В этот момент дверь приемной открылась и оттуда вышел мужчина средних лет, хорошо одетый, от него был шлейф дорогого парфюма.

Он удивленно уставился на меня, босую, с туфлями в руках, и спросил:

– В Золушку играете?

Я так и стояла как вкопанная, не зная, что сказать, речь пропала напрочь, лицо начало гореть. Я понимала, это был признак, что щеки стали пунцовыми.

– Так, понятно, у вас, походу, на меня аллергия. Я пожалуй, пойду, удачи на собеседовании. Но учтите, там желательно произносить хотя бы звуки, ну или кивать, на худой конец, – попытался пошутить мужчина и, поняв, что я еще больше потерялась, пошел к себе в кабинет.

Сердце бешено колотилось, лицо горело, черт, что делать-то, какой кошмар! Надо собраться в кучку: что это со мной такое, я же не ребенок уже.

Я сама себя пыталась привести в чувство, практически разозлилась на свое поведение. Быстро обулась и уверенно вошла в дверь приемной, благополучно забыв пакет с кроссовками в коридоре.

– Здравствуйте! Я Виктория Сергеевна, – начала я свою речь строгой тетеньке в очках, на чьем бейджике красовалась надпись «Личный помощник директора».

– Мне уже звонили с поста охраны. Присаживайтесь туда, вас пригласят, – указала она мне жестом на длинный коридор с диванами.

Как только я обернулась, то чуть не ахнула: в ожидании того самого собеседования сидели по меньшей мере пятнадцать девушек, и все выглядели безукоризненно. Я решилась задать вопрос строгой даме:

– Извините, пожалуйста, а все эти девушки – кандидатки на одну и ту же вакансию?

– Совершенно верно. Это один из лучших банков в стране, тут идет строгий отбор, – раздраженным тоном ответила мне дама и дала понять, что более общаться она не намерена.

Я медленно, боясь оступиться при всех, поплелась к свободному месту на диванчике и стала ожидать своей очереди. Кандидатки одна за другой выходили из кабинета генерального директора, большинство из них были явно недовольны общением, кто-то находился там даже меньше минуты. Вскоре в коридоре остались две девушки и я, меня начало колотить мелкой дрожью, я реально боялась. Тут я услышала свое имя, машинально встала и на ватных ногах пошла к кабинету.

Я вошла, аккуратно закрыла за собой дверь и поздоровалась, в ответ была тишина. Генеральный директор смотрел что-то в документах и не обращал на меня внимания. Я оглядела кабинет: просторное светлое помещение, современный ремонт. Генеральный директор сидел за массивным столом с длинным переговорным столом, который, вероятно, служил для того, чтобы устраивать совещания и разборы полетов со своими сотрудниками. Бросалось в глаза, что на столе не было стандартного монитора, а лежал тоненький ноутбук, и то он был сейчас закрыт. Атмосфера кабинета была аскетичная: ни картин, ни цветов, даже шкаф был один, и тот заполнен аккуратно сложенными папками только наполовину. Было видно, что хозяин этого кабинета предпочитает минимализм и порядок.

– Вика, проходи садись, – сказал вдруг генеральный директор.

Резануло по ушам, что ко мне обратились на «ты» и по имени, хотя мы не знакомы.

Я промолчала, это, собственно, было не критично, а работа была очень нужна.

Я села на стул, ближайший к его столу, и внимательно посмотрела на него.

Он молчал, и я молчала, но не отводила глаз. Мне стало вдруг любопытно, что за игру ведет этот молодой на вид мужчина, явно ухаживающий за своей внешностью и одетый с иголочки.

– Один балл, взгляд держишь, – сказал он и откинулся на спинку кресла, продолжая внимательно разглядывать меня.

От его досмотра мне стало не по себе: было ощущение, что он пытается разглядеть абсолютно всё, в том числе и то, что у меня под одеждой. Я невольно поежилась и покраснела.

– Балл снимаю, все-таки не держишь взгляд, – снова сказал он.

Непристойное поведение со стороны мужчины, намеки и тому подобное – это был мой триггер. Я потом обычно жалела о том, что можно было бы сказать или сделать в такой ситуации, но исправить себя никак не могла, и тут меня моментально понесло.

– Меня зовут Виктория Сергеевна, а не Вика. На «ты» мы не переходили еще. Я пришла на собеседование на вакансию финансового консультанта, а умение держать непристойный взглядне входит в требования к кандидату, указанные в объявлении, – ответила я сухо, не отводя взгляд.