Айлин Лин – Корпорация Алиса (страница 8)

Это не моё тело.

Сей вывод я сделала после прошедшей ночи. К этой мысли я пришла из-за преследующих меня снов. Подтверждением выступало ещё кое-что важное: я буквально физически ощущала, как моя душа поглощает осколки души настоящей Алисы, а точнее, встраивает их в себя; и как крохи сущности девушки сопротивляются этому процессу. Что же произошло там, на третьем уровне, что девочка умерла? Алиса явно хотела жить, она, несомненно, любила свою жизнь.

Возможно, когда-нибудь часть воспоминаний реципиентки ко мне вернётся, и я разгадаю тайну её гибели.

Я снова встала. Походила по двору, наматывая круги, следя за дыханием, разогрелась чуток, сделала лёгкую суставную гимнастику. И вернулась к ходьбе.

– А чего это ты делаешь? – в одной из многочисленных щелей в штакетнике я увидела блестящие круглые, полные любопытства глаза орчонка, его левый глаз украшал уже пожелтевший фингал.

– Тренируюсь, – ответила я, не стремясь подойти ближе.

– Ты же просто шаркаешь, как старуха туда-сюда, разве ж это тренировка? – искренне удивился мелкий.

– Для меня – да.

– Такими темпами ты на следующий уровень ещё долго пыхтеть будешь, – фыркнул он и со знанием дела добавил: – Хошь, возьми тягай-камень у моего отца? Пока его тут нет он не будет ругаться. Отец его каждый вечер поднимает по многу раз!

– А можно глянуть на этот ваш тягай-камень? – стало интересно.

– Канеш, вон его булыжник лежит, – махнул тонкой ручонкой мальчик.

Я подошла к забору и увидела часть "снаряда", торчавший из-за угла их каменного дома.

– Большой, – уважительно покивала я.

– А то! – гордо выпятил грудь маленький собеседник. – А тебе сколько лет? Сколько у тебя звёзд? Борг тебя не любит, думает, что ты белоручка. А мне пока нельзя ходить к слизням, мама говорит, они меня съедят. Папа сегодня обещал принести ещё пустых кристаллов для моих игр…

Мальчик мне понравился, в отличие от старшего брата он вызывал улыбку. Пострелёнок оказался словоохотливым, любознательным, энергичным и прямолинейным. А ещё сообразительным.

– Ты хорошая, – заявил он в конце своей речи. – Ты меня ни разу не перебила, успела ответить даже на какие-то вопросы. А Борг дурак и забияка. Ты его не слушай. У него большая голова, а мозгов мало.

– Это же твой брат, – остановила его я, не скрывая удивления.

– У нас матери разные, – фыркнул Лилу. – Он умом, видать, в свою пошёл.

– Не стоит так говорить, – покачала головой я. – Матушка – для каждого святое. Неприкосновенное. Уважай его маму так же, как свою.

– А чего он тогда мою обижает?

– Просто помни: не следует опускаться до уровня Борга, потому что в итоге ты станешь таким же, как он.

– Есть в твоих словах что-то… правильное, – глубокомысленно протянул мальчик. – А можно я буду как ты?

Я вопросительно приподняла брови.

– Ну, ходить по кругу?

– А зачем тебе это? Лучше иди поиграй с другими ребятами.

– Они не хотят со мной дружить.

– Из-за старшего брата?

– И из-за него в том числе. А ещё, потому что завидуют. У меня целая звезда и одна ступень. А у них только звезда. Когда-то они дружили со мной, но вскоре я понял, что это не дружба, а обман. Использовали меня.

Я задумчиво смотрела на нового знакомого, надо же, какой интересный ребёнок!

– Почему ты не на плантации?

– Так туда только с восьми лет пускают, – мой вопрос его удивил, но Лилу промолчал, не став уточнять, отчего я не знаю такой простой вещи.

– Ясно. Что же, давай потренируемся, только для тебя у меня будут другие упражнения.

Глава 8

Хоггейн выполнил обещание и принёс кристалл.

– Так вот они какие природные накопители магии? – вопрос был риторическим, телохранитель пожал плечами и, со словами:

– Пойду сполоснусь, – вышел из дома.

Я же занялась изучением интересующего меня предмета.

Молочного цвета, непрозрачный камень обычной прямоугольной формы с неровными боками и «обгрызенными» краями.

Взвесила в руке, поковыряла ногтем, даже лизнула и понюхала. Крошится, ничем не пахнет, на вкус пыльный. И ни крупицы магии, я это совершенно точно знала. Откуда? Большой вопрос.

– Удовлетворила любопытство? – поинтересовалась Элли, ставя на стол дымящуюся чашку с какой-то бурдой.

– Я хочу кашу, – сказала я, глядя на месиво из тех водорослей с мясом горосаха. – Пшеничную на молоке со сливочным маслом.

Экономка, резавшая серый хлеб, усмехнулась:

– Я бы и сама не отказалась, но тогда надо точно идти работать.

– Пойду, – кивнула я.

Женщина промолчала и положила на плоскую деревянную дощечку несколько ломтей хлеба. Я подхватила один и откусила. Съела, потянулась за вторым, игнорируя похлёбку.

– Так дело не пойдёт, – проворчала Элли, – ешь мясо, нечего нос воротить, для здоровья надо.

Я поморщилась, но спорить не стала.

Хогг вернулся, когда я почти расправилась со своей порцией. Мужчина утомлённого сел на лавку, экономка засуетилась вокруг него, встревоженно глядя на сгорбившего плечи нашего добытчика.

– Ты чего такой? – я озвучила переживания Элли, она не решалась спросить, а я подобной ерундой не заморачивалась.

– Едва-едва выполнил норму за троих, – прогудел тот в ответ. – Завтра будем прокладывать новый рукав. Этот истощили почти полностью, дальше гора не пускает, тупик.

– Ты говоришь о камне, как о чём-то живом.

– Да, как о живом. Раз плодоносит кристаллы.

– Логично.

– Как ты себя чувствуешь? – через несколько минут нарушил тишину Хогг.

– В целом неплохо.

– Она сегодня по двору почти весь день, как заведённая, наматывала круги. После к ней присоединился младший сын Инга, и тоже что-то делал, то прыгал, то катался по земле.

– Лилу? – удивился телохранитель.

– Ага, он самый, – покивала Элли. – Шило в зад… эээ, неугомонный ребёнок, я думала, через несколько минут его ветром сдует от Лиссы, ан нет, как не выгляну на улицу, так он ей в рот глядит, её приказы выполняет. И при этом болтает без умолку – кажется, собрал все новости Варга и вывалил на нашу подопечную.

– Забавный малый, – кивнула я. – Не похож на братца.

– Он на маму свою похож, а она хорошая женщина, – ответила Элли. – Инг когда-то украл её, а чтобы отец Рене не свернул ему шею, бросился в бега через земли Дрэйхов. Их поймали. Отныне они обитают тут. Бедняжка, когда вот так, без любви…

– Он её бьёт? – уточнила я.

– Когда перепьёт, – во взоре экономки мелькнула жалость к неизвестной мне Рене. – А так нет, и пальцем не трогает, по-своему любит и оберегает. А вот Борг, тот, пока отец не видит, хамит и пакостит мачехе.

– Фингал у Лилу зачётный, кто виноват? – спокойно уточнила я.

– В тот день Инг как раз и перепил, а ещё каких-то грибов сожрал и вытворял всякое, Лилу пытался защитить мать и получил за заступничество увесистых лещей. А потом с охоты вернулся Хогг.

– И отправил Инга в нокаут, – хмыкнул телохранитель. – И поделом.