Айли Лагир – Не могу его оставить (страница 33)

— Ну, наконец-то, — откуда-то из сумрака лестницы вынырнул пожилой мужчина в красном рабочем комбинезоне, — еле Вас дождался. Что ж вы, барышня, в такую погоду и гуляете всю ночь.

— Что случилось? Кто вы такой? — Женя непроизвольно вздрогнула и отскочила в сторону, — Я не гуляю, я иду с работы. В чём дело?

— Ветер повалил дерево. Разбито несколько окон и оборваны провода, — совершенно будничным голосом сообщил рабочий, — Во всём доме нет электричества.

Скорее всего, он поджидал Женю давно, соскучился и был не прочь поболтать.

— Это дерево такое старое и такое огромное. Я давно говорил, что его надо спилить. Но в муниципалитете упёрлись. Мол это дерево историческая ценность. Мол сам Вяйнямейнен то ли дунул, то ли плюнул под этим деревом. И, что в результате?

Предчувствуя самое дурное, Женя быстро отперла дверь и беспомощно застыла на пороге.

Её руки невольно опустились сами собой. Короб соскользнул с плеча и грохнулся на сырой скользкий линолеум.

Мало того, что в доме не было света и соответственно не работали все электроприборы, огромное старое дерево буквально выломало раму и сейчас пышная зелёная крона торчала на половину комнаты. А так-как дождь хлестал всю ночь, не только комната, но и кухня насквозь пропитались влагой. Сырым было всё. Постель, скатерти, даже обои.

Женя бессильно замерла на пороге, не обращая внимания на то, что рабочие беспардонно ввалились в её квартиру и начали пилить злополучное дерево.

— Эй, барышня, — её окликнул давешний рабочий, — вам есть куда пойти? Дерево просто огромное. Да и рама выломана с мясом. Это надолго.

— Да-да, конечно, — машинально кивнула Женя. Она была измождена и буквально падала от усталости. Вся мечта переодеться в сухое и хорошенько выспаться полетела в тартарары.

Пока рабочие прилаживались, как разделать могучую крону, Женя устало опустилась на мокрый табурет. К такому повороту событий она была не готова. Такое ощущение, как-будто снова оказалась на улице без денег и крыши над головой. Что ей теперь делать? Куда податься, что бы перекантоваться хотя бы одну ночь? Женя машинально перелистывала контакты своего телефона и чувствовала, как её охватывает досада и растерянность. И опять это чувство вины. Если бы она не вплелась во всю эту историю. Если бы спокойно сидела дома, то никакой шторм был бы не страшен. А, что сейчас? Мокрая, голодная и падающая от усталости. Ещё и никому не нужная. У неё не слишком много вариантов. У Али огромная семья и наглый прыщавый сын. Алесь, скорее всего пьян. К тому же, в его берлогу без противогаза просто не зайти. Результатом такой ночевки могут стать чесотка или тараканы. Тонька живёт на другом конце города. Ольгерд и Иви ещё вчера уехали к родителям, а Мартин скорее всего заканчивает смену и отправится домой в компании очередной подружки. И уже ничего не поделать, когда целыми ты, как дурочка думаешь об этом человеке, когда его элементарную заботу и защиту так хочется принять за проявление чувств.

Внутри всё сжалось от тоски и ревности.

И тем не менее получается, что кроме, как к Мартину ей совершенно не к кому обратиться.

— Привет, ты занят? — Женя почувствовала, как её голос срывается от волнения. Хорошо же будет выглядеть ситуация, когда он вежливо пошлёт её к чёрту. Мартину хватило драки во время концерта. Лоб у него до сих пор не зажил, а организаторы выступления вкатили огромный штраф. Зачем ему нужна такая девушка, которая создаёт одни проблемы?

Кажется наступает ситуация дежавю и всё повторяется сначала. Игорь неоднократно говорил ей, что она ни на что не способна.

Что она неловкая, тупая, безрукая. Жизнь с ней это настоящий квест. Рождённый ползать лететь не может. Она слушала и терпела, потому что боялась остаться одна. Но сейчас она живёт одна и создавшаяся ситуация всего лишь цейтнот. Ей не за, что переживать и стыдиться. Здесь нет ни капли её вины…

— Можешь говорить?

— Слушаю тебя.

— У меня тут случилось… Непредвиденные обстоятельства. Дома авария. Мне надо где-то переночевать.

Воцарившаяся пауза показалась безумно долгой. Женя пыталась отстраниться от визга пилы и судорожно сжимая кулаки, непроизвольно вслушивалась в то, что звучало в трубке фоном. Вне всякого сомнения, Мартин разговаривал с девушкой и её быстрый звонкий голосок, даже за кадром звучал, как колокольчик.

— Подгребай к бару. Только быстро. У меня смена через двадцать минут заканчивается.

Женя не дослушала и ежась от невнятного двойственного волнения, начала поспешно собираться. Прихватила на кухне бутылку сока, в конце-концов идти в гости совсем с пустыми руками, как-то неприлично. Упаковку замороженных овощей(Слава Богу, морозилка ещё не раскисла). Пару пачек печенья. Зубную щётку. И всю скудную наличность.

Уже на улице Женя вспомнила, что не захватила смену одежды. Впрочем, все вещи, даже те, которые были в шкафу, благополучно отсырели. Она махнула рукой и заспешила в сторону бара.

С наступлением дня, погода ни чуть не улучшилась. Ветер по прежнему продувал до самых костей и она основательно замёрзла, едва отошла от дома.

Женя не ошиблась. Мартин, как раз запирал бар, в тот момент, когда она вывернула на нужную улицу. Он был в компании очень хорошенькой девушки и настроение Жени мгновенно устремилось к абсолютному нулю. Если бы не смертельная усталость, возможно она бы озадачилась поисками менее унизительного варианта. Но сейчас Женя буквально падала от усталости и оглядела новую Мартинову пассию с тупым равнодушием. В какой-то момент у неё мелькнуло подозрение, что он запросто может привести к себе домой и двоих, но её предположение к счастью не оправдалось.

— До свидания, — Мартин послал своей новой куколке воздушный поцелуй и тут же повернулся к Жене. У неё даже не нашлось сил, что бы удивиться. Мартин тоже выглядел усталым и помятым. Из-за непогоды ночь выдалась сложная. Количество посетителей, укрывающихся от ливня и ветра зашкаливало и к утру Мартин буквально валился с ног. Но, он провёл свою рабочую ночь в тепле и сухости, тогда, как Женя ночь напролёт таскалась с коробом по выстуженным улицам.

— Что случилось? Почему такая мрачная?

— У меня дома электричества нет, — Женя виновато вздохнула, — Мало того дерево под окном рухнуло. Раму выбило. Вся квартира залита.

— Ну, что ж. Крыша защищает от непогоды, — философски заметил Мартин и задумчиво добавил, — от погоды, впрочем тоже. Ну, что замёрзла?

Он неожиданно распахнул косуху, жестом эксгибициониста-профессионала и многозначительным кивком пригласил Женю к себе. Она предсказуемо смутилась, а Мартин выразительно пошевелил бровями.

— Ну, я ж тебя не насиловать собираюсь.

Мартин был тёплый, даже горячий и Женя робко, словно мышка прижалась к его телу. Ощущения были настолько приятными, что ей категорически не хотелось расцеплять руки и вылезать под пронизывающий ветер.

— Эй, ты там не заснула? Пойдём, а то дуба дадим от холода.

До остановки они шли довольно долго. Город притих и пронизывающий северный ветер безнаказанно гулял на пустующих улицах.

В особо острые моменты, когда порывы буквально сбивали пешеходов с ног, пробирались под одежду и прохватывали своими пронизывающими прикосновениями до костей, они останавливались, Мартин распахивал куртку и Женя прижималась к его телу. Они пережидали порыв и затем неохотно разлепив объятия, продолжали свой путь.

Если бы она не так смертельно устала, то нашла бы в себе силы, как-то осмыслить ситуацию. Женя не могла не чувствовать, что Мартин явно выделяет её среди других девушек. Она не могла понять его непредсказуемого двойственного поведения, но происходящее было таким интимно острым, нежным и вымороженным одновременно, что Женя была готова идти с Мартином как угодно и куда угодно.

— Замёрзла, сестричка? — Мартин в очередной раз распахнул косуху и ехидно пояснил, — сегодня так холодно, что женщинам эксгибиционисты могут себя только описывать.

Не смотря на холод и усталость Женя невольно хохотнула.

К счастью маленький полупустой трамвай пришёл быстро и едва устроившись на заднем сидении, Женя тут же задремала, положив голову к Мартину на плечо.

Дома у Мартина было холодно, но по крайней мере сухо.

В прихожей было темно и Женя не уловила момент, когда Мартин навалился на неё всей тушей, прижал к стене и стиснул в объятиях. Она даже пискнуть не успела. Просто стояла молча, дрожа от ужаса и возбуждения одновременно. В помещении было сумрачно и она никак не могла поймать его взгляда. Мартин зажимал её всего несколько секунд. Крепко и больно с невменяемостью пьяного человека, хотя был абсолютно трезв. Лапал за задницу, засунул свои здоровенные ручищи под футболку, тянул на себя, словно собирался овладеть Женей прямо в коридоре. Ей было жутко и приятно одновременно. Колени стали ватными и в тот момент когда она обречённо потянулась к нему губами, неожиданно отпустил.

— Переодеться есть во, что, — буднично поинтересовался он, — хорошо. Поищи себе в комоде футболку. В ванне есть мой халат тебе должен подойти, — и громко шелестя пакетом, прошёл в кухню, — я устал, как последняя сука. Бутербродами обойдёмся?

Всё ещё ошарашенная произошедшим, Женя молча кивнула, даже не соображая то, что Мартин её не видит.

В спальне тоже было прохладно. Тяжелая рулонная штора была приподнята и в комнату падал слабый серый свет. Женя аккуратно поставила свой рюкзачок на стул и выдвинула ящик комода. Футболки у Мартина все, как одна, были с логотипами различных рок-групп и такие большие, что она утонула даже в самой маленькой и короткой. Женя выбрала светло-серую майку с минимальным принтом и тут её взгляд упал на обрывок блокнотного листка, который лежал сверху. Кажется это был текст песни, точнее разрозненные наброски, написанные прозой.