Айли Фриман – Расправь свои крылья (страница 7)
Он посмотрел на меня долгим взглядом, но вместо того, чтобы наклониться и поцеловать, принялся рассказывать о своей поездке, выдав целый монолог. Он говорил с таким воодушевлением, что я невольно заслушалась, скользя взглядом по чертам его привлекательного лица.
– Мы заключили невероятно выгодную сделку, это просто лучшее решение, – завершил он свой рассказ. – Речь идет о семизначных цифрах.
– Здорово, – сказала я, стараясь поддержать его энтузиазм, но сама в этот момент думала совсем о другом. Когда же он меня поцелует? – Эдуард… – я произнесла его имя чуть слышно, подставив ему свое лицо. – Эти два месяца мне тебя так не хватало…
– Мне тоже. – Он опустил руки на мою талию.
Внутри меня все заликовало. Я положила ладони на его грудь поверх элегантной кремовой рубашки. Мое лицо застыло в ожидании поцелуя. Эдуард не сводил с меня теплого взгляда. Мой пульс начал учащаться.
В следующий момент его губы мягко накрыли мои. Поцелуй был приятным и начался нежно, но, когда я запуталась пальцами в его волосах и притянула Эдуарда ближе, превратился в жаркий и глубокий. Я ожидала, что сейчас тысячи эмоций разом разойдутся волнами по моему телу. Но ничего подобного не произошло. Я не почувствовала огня. Эдуард был идеален для меня во всех смыслах, но почему он не вызвал во мне этот бушующий океан чувств? Я вспомнила, как вчера беспомощно таяла в объятиях случайного парня и тонула в водовороте эмоций. Боже! Я думаю про Дена во время поцелуя с Эдуардом!
Да чтоб его! Пошел вон из моих мыслей!
У него были очаровательные ямочки на щеках.
Как перестать о нем думать, черт возьми?!
«Никак», – ехидно посмеиваясь, заявил маленький дьяволенок на моем плече.
Когда Эдуард отстранился от меня, прервав поцелуй, мое лицо вспыхнуло. И причиной тому были мои непрошеные предательские мысли.
– Макси, – прошептал Эдуард и взял мое лицо в ладони. Я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением. Оно было приятным. Пусть поцелуй не вызвал во мне искр, это не так важно. Я люблю Эдуарда, и он создан для меня.
Увлекая меня в глубину небольшого сада, он признался мне в любви, а я ответила ему взаимностью.
– Помнишь ты вчера говорил, что хочешь добавить звуки скрипки в нашу музыку?
Ближе к вечеру я позвонил Гедеону после того, как полдня провозился со звуковыми имитациями скрипок и виолончелей.
– Да, у меня мелькнула такая мысль, чтобы записать какой-нибудь пробный сингл совместно со скрипачом, – ответил наш солист.
– Меня эта идея очень зацепила, – признался я. – Может быть, подумаем об этом вместе?
– Ден, мне сейчас не до этого. Мы же договорились, что у нас небольшой отпуск.
Ему сейчас не до этого. Ясное дело. Я шумно вздохнул.
– Ладно, я понял. Иди в объятия к Яне. И не вылезай из них две недели. Пока вы будете заняты производством маленьких Гедеончиков, я, пожалуй, займусь производством новой эмоциональной музыки, которая сведет с ума всех наших фанатов.
Черт, неужели я это сказал? Кажется, это прозвучало не очень корректно. Я вел себя как обиженный ребенок.
– Ден, что за ерунда?
– Не обращай внимания, все нормально. Я просто остался под впечатлением от вчерашней игры той девушки на скрипке.
– Я больше поверю, что ты остался под впечатлением от самой девушки, – усмехнулся Гедеон.
– Не исключено, – не стал возражать я.
– Через две недели мы все обсудим, Ден. А пока что отдыхай и наслаждайся жизнью.
С этими словами он отключился. И я снова почувствовал себя одиноким. Я хотел поделиться своими музыкальными идеями, но меня никто не хотел слушать!
Как мне отдыхать? Энергия бьет из меня ключом, разве можно в такое время думать об отдыхе? Хотя, возможно, стоит съездить в родной город. Навестить семью не такая уж и плохая идея. Родители и три моих неугомонных сестры точно сведут меня с ума и не дадут скучать.
К утру следующего дня я собрал наспех вещи и рванул в Тулу.
– Денис! – мама стиснула меня в крепких объятиях, а после нее меня едва не задушили Настя, Катя и Маша, мои младшие сестры – три искрящиеся безумным энтузиазмом девчушки.
– Мы так соскучились!
– Вот так сюрприз!
– Ты привез нам подарки?
Последний вопрос задала Маша, я со смехом подхватил самую младшую сестренку, которой недавно исполнилось шесть лет, и закружил ее вокруг себя.
– Конечно, привез!
Кате было тринадцать, а Насте почти шестнадцать. Все мои сестры унаследовали внешность от отца: темно-каштановые волосы и карие глаза с зелеными крапинками, а я был похож на маму: светло-русые волосы и голубые глаза. Настя и Катя в шутку обвиняли меня в том, что я единолично забрал все лучшее от родителей. На что я просто отвечал им, что мне это положено по статусу, чтобы было чем сводить с ума моих фанаток.
Я любил свою семью, в которой всегда царило благополучие. Меня закружило в этой домашней суете, в водовороте последних новостей и шуточных подколов, в громком топоте и веселых звонких голосах. Все-таки хорошо, что я приехал. После четырехмесячного тура увидеться с родными людьми было правильным решением.
Чуть позже вернулся с работы отец, и мы все дружно собрались за столом. Мой рассказ о нашем гастрольном туре надолго захватил их внимание. В семье я был единственным музыкантом. У всех остальных никак не проявилось желание посвятить свою жизнь музыке. Когда я намекнул родителям, что Машу можно отправить в музыкальную школу, мама заявила, что одного музыканта в семье им достаточно, иначе она сойдет с ума от переживаний. А еще я получил от матери серьезный нагоняй за свое несерьезное отношение к девушкам, о чем во всех красках писали журналисты.
– Найди уже себе какую-нибудь милую девушку! – настойчиво посоветовала мне мама.
И в этот момент передо мной внезапно появилось лицо Макси. Потому что она была очень даже милой девушкой. «Маме бы она понравилась», – промелькнула шальная мысль о скрипачке.
Каждый раз, когда о ней думал, внутри меня возникала непонятная буря, с которой я не мог справиться. Наверное, мне нужен хороший секс. Буду все выходные вести себя как маменькин сыночек, но по возвращении оторвусь по полной с девочками, совсем не «милыми».
– Я твоя самая большая фанатка, – пробормотала Лида.
Или стоп, как ее… Лена. Или, может, вообще Лулу? Я встречался с ней на протяжении месяца еще до того, как уехал в тур, но до сих пор не мог запомнить имя.
Вчера набрал ее номер и попросил приехать. Ночь была страстная, но кроме внешней оболочки в Лулу (или все-таки Лене?) ничего не цепляло.
Сейчас ее пальцы гуляли по моей спине, а я думал, как бы поскорее выставить ее вон. Ее присутствие начинало тяготить меня.
– Я тебя люблю, – промурлыкала она.
Таких слов я сторонился как огня. Она в мои планы дальше пары месяцев не входила.
– Так, детка. – Я развернулся к ней. – Твои слова угрожают сейчас сбить меня с ног. Нельзя давать волю таким чувствам. – Я приложил палец к ее губам, улыбаясь самой дурацкой улыбкой на свете. – Нельзя.
Через четверть часа я уже стоял на пороге, провожая свою гостью. Я придумал себе срочные несуществующие дела и убедил ее, что жутко опаздываю. Едва она ушла, я тоже покинул квартиру, которую использовал исключительно для случайных встреч. Я заранее понял, что безопаснее жить в пентхаусе напротив. Зачем мне толпа удовлетворенных, но брошенных девушек под дверью квартиры?
Итак, осталось еще полторы недели отпуска, мне надо было просто как-то их пережить. Я взял мобильник и заглянул в график запланированных на ближайший месяц мероприятий. Какая приятная неожиданность! Я совсем забыл, что скоро у нас будет выступление в крупнейшем концертном комплексе. Правда, в малом зале. Но все же… А потом я снова посмотрел на экран телефона и понял, как проведу сегодняшний день.
Глава 4
Сегодня снова был четверг – день, когда я могла всецело отдаться во власть музыки. Ничто не могло так поднять мое настроение, как живые звуки, разгоняющие тучи с небосвода моей души. Музыка откликалась в самом сердце, пока мои пальцы зажимали струны в погоне за ритмом. Мощная волна энергии подталкивала меня, я так глубоко ощущала мелодию внутри себя, полностью отдавшись ей.
Вокруг меня собрались зрители, некоторые из них уже бросили деньги в раскрытый футляр. Деньги не имели для меня большого значения, но собранная за период выступления сумма была показателем интереса к моей музыке. Выступления на улице я воспринимала как тренировку, каждый раз учась чему-то новому.
Сегодня я наконец-то решилась познакомить Эдуарда с моей музыкой, поэтому попросила его приехать и забрать меня из парка. Совсем скоро он появится здесь и услышит, как я играю, увидит меня в моей стихии.
Держать свое сердце закрытым было невыносимо. Никто не понимал, что музыка была заложена в моем ДНК. Отчим и мама не воспринимали чувств, которые могла дать мне музыка. Мне нужно было срочно заручиться поддержкой Эдуарда.
Хотя сердце сжималось при воспоминаниях о том, как несколько дней назад мы с ним посетили симфонический концерт. Он был далек от музыки, и я имела возможность лично в этом убедиться. Я пригласила его на свидание в филармонию, и мы прослушали концерт, в котором скрипки были основным инструментом. Я надеялась, что он будет очарован атмосферой красивого звучания и сможет понять все, что творится у меня на душе.