Айгуль Трофимова – Честная ведунья избавит от одиночества (страница 5)

«Надо позвонить Вере, – твёрдо решила Света. – Разговор с Верой обычно идёт мне на пользу. Она умеет слушать. У неё есть чувство юмора. Ей не надоедает обмусоливать со мной тему вселенского одиночества. И, кроме того, она всегда готова без умолку болтать о мужиках. И всегда так забавно это делает!».

Вера словно ждала её звонка.

– Бар в подворотне, 20.00? – сразу спросила она.

– Ага. И столик, как обычно, – ответила Света и первый раз в этот день расслабилась, предвкушая приятный вечер.

«Бар в подворотне» вовсе не был злачным заведением. Это был приятный и уютный паб в центре города,

с деревом и кожей в интерьере. Он располагался во дворике, куда можно было пройти через арку. Там никогда не было многолюдно. Музыка не рвала барабанные перепонки. Еду готовили из свежих, а не из замороженных продуктов. Всё, что было указано в меню, точно имелось на кухне. Это касалось и блюд, и алкоголя. Официанты здесь были милыми – другого слова и не подобрать. Они всегда оказывались рядом, когда были нужны, и растворялись, когда беседа принимала интимный характер, когда свидетели были лишними. Столики стояли обособленно друг от друга, что позволяло сплетничать и откровенничать, не оглядываясь по сторонам. И Света, и Вера всё время забывали название этого паба, хотя он и был их излюбленным местом посиделок. Поэтому они и именовали его просто «Бар в подворотне».

Когда Светлана добралась до паба, Вера уже заняла привычный столик – с одной стороны стеклянная стена-окно, с другой – декоративный стеллаж с книгами. Книги, конечно, были вполне настоящими. Иногда Света и Вера вспоминали студенческие годы и «гадали», перелистывая страницы этих книг. Это поднимало им настроение. Они искренне хохотали над предсказаниями. На третьей полке снизу стоял роман «Эммануэль». Задай вопрос. Назови одну цифру – это страница, назови вторую цифру – это строчка. И вот – твой ответ. Как ни странно, ответы зачастую попадали в самую точку, а если и не попадали, то были вполне многообещающими.

В этот раз Вера уже успела сделать заказ. Сырная тарелка. Красное сухое вино. Она предпочитала местное – с таманских виноградников. Как только Светлана приземлилась в кресло, ей принесли глинтвейн. Корица, корочка цитрусовых, долька ароматного яблока и подогретое вино – это был её любимый набор на период холодов. Так они традиционно начинали свои зимние гастрономические вечера.

Как и ожидала Света, главной темой их сегодняшнего собрания стали мужики. Однако на этот раз её бесшабашная приятельница Вера, которая в свои тридцать с хвостиком уже успела дважды побывать замужем и дважды с одним и тем же мужчиной развестись, вовсе не стала шокировать её подробностями своего очередного романа. Словно фокусник, который достаёт из шляпы одного зайца за другим, она стала припоминать истории о «бывших» Светланы.

Свете сначала вовсе не хотелось ворошить прошлое. Однако в устах Веры – с её юмористической подачей фактов и собственных домыслов – описание ухажёров и неудач на любовном фронте звучало вовсе не так, как Света сама обо всём этом думала.

Вера припомнила и первую любовь Светы – совсем юного школьного учителя информатики (Света в то время была студенткой). Этот парень Вере запомнился по фотографии, которую она случайно обнаружила в альбоме подруги. В тот же день снимок был церемониально сожжён.

– Мне иногда снятся эротические сны с его участием, – издевалась над Александром Вера. Она понизила голос. – Эти сексуально подтянутые до груди шершавые брюки. Заправленная в них синяя строгая рубашка, застёгнутая на все пуговички. И невероятно стильное сочетание – коричневый туго стянутый ремень, коричневые туфли и коричневый портфель, как у моего дедушки…

– Перестань, – не могла удержаться от смеха Света.

– А его причёска! Идеальный пробор и зализанная набок чёлка!

– Если уж он так запал тебе в душу, могу подкинуть его телефончик, – покачала головой Света.

– Вот я тебя и поймала! Так и знала, что ты всё ещё имеешь про запас его номер. Молодец, всегда надо иметь кого-то про запас!

– Только это его домашний номер. Когда мы встречались, мобильных телефонов у нас ещё не было. И советую в трубку не говорить сразу голосом «секс по телефону» – её может снять его мама.

– В моих снах его мамы не было.

– Если бы она в них была, то это были бы не эротические сны, а кошмары, – в притворном ужасе закатила глаза Света. – Благодаря ей мы дальше поцелуев и не пошли. Я до сих пор слышу её вопль: «Признайся, ты совратила моего сына? Согрешил он с тобой или не согрешил?». Жесть! А когда она пришла к нам домой! Мои родители были в шоке. Она кричала: «Мои нарциссы! Мои нарциссы!». Я же не виновата, что Саша подстриг все её нарциссы, чтобы подарить мне! Но знаешь, я и после этого ожидала, что он за нас заступится, за меня. А он на самом деле оказался маминым нарциссом. Такой весь мямля, нерешительный. Пафосные слова – и ноль дела.

– Чем он тебя вообще зацепил?

Света задумалась.

– Он так мило заикался.

– Мило заикался? Ты серьёзно?

– Да, вполне серьёзно. И мило за мной ухаживал. Это было трогательно. Я нафантазировала, что под всей этой хилой внешностью скрывается что-то большее. Во всяком случае, мне хотелось так думать. И он был старше меня. И мне сначала нравилось, что мы скрывали наши встречи. В этом было нечто, я бы сказала, волнительное. И, как теперь я понимаю, прятались мы от его учеников и от его мамы!

– И тебя не смущали его подтянутые до груди штаны? – не унималась Вера.

– Ты же смотрела фильм «Разрисованная вуаль» с Эдвардом Нортоном? Фильм вышел, конечно, позже, к тому времени мы уже с Сашей расстались. Так вот, в этом фильме герой Нортона, которого сначала не уважает его жена, раскрывается совершенно в другом свете. Сначала она считает его бесхребетным, немужиком, а потом оказывается, что он ещё ого-го какой мужик! Когда я посмотрела этот фильм, то поняла вот что: я изначально вообразила, что Саша – как раз такой замаскированный ого-го мужик. Банально – сама себе напридумывала и влюбилась.

– А ещё говорят, что женщина в будущем муже хочет видеть что-то от своей первой любви.

– Это не про меня. Скорее, наоборот, мой идеал мужчины – это противоположность Саши. И у него точно не должно быть похожей матери!

– Александр, Александр, – бормотала себе под нос Вера, перелистывая красочный буклет-меню.

– Ты всё равно возьмёшь «Цезаря», давай меню мне.

– А ты выберешь «овощную сковородку», – парировала Вера, продолжая разглядывать сочные фотографии мясных блюд. Она постоянно терзала себя диетами, так что хоть глазами наестся. – О-о, телятинка под острым соусом…

Расторопный официант принял у них заказ. Вскоре Вера ковыряла вилкой «Цезаря», а Света опустошала горячую «овощную сковородку».

– Я так считаю: это какое-то испытание свыше – влюбиться в Александра. Насколько я знаю, у всех моих подруг хоть раз в жизни были какие-то отношения с Александрами. У тебя был Александр. Ты знаешь, что у меня тоже был свой Александр, после которого я и встретила своего мужа.

– Собственно, из-за него ты уже два раза со своим мужем и разводилась, – вставила Света.

– Теперь с ним покончено. Честно-честно. Но не будем сегодня об этом.

– Хорошо. Но, может быть, никаких проказ свыше нет, и это вовсе не испытание Александром, а лишь мода на имена, которая в какие-то годы держалась в роддомах? Что ты скажешь о тех, кто замужем за Александрами?

– Скажу, что испытание они не прошли, – заявила Вера, и обе подруги рассмеялись.

Светлана до этого считала, что разговоры о тех, кто когда-то терзал её на тот момент юное сердечко, ранят. Что говорить о них ей стыдно и неловко. Как будто Вера могла в любой момент закричать на весь паб: «Позор! Позор!». Конечно, когда-то она сама рассказала о них подруге, но тогда это были, скорее, слезливые истории, полные жалости к себе. Но когда Вера, хохоча, теперь перебирала им косточки… А ведь эти её слова излечивали душу!

О некоторых событиях в жизни Светы Вера знала не понаслышке – она всё видела своими глазами. Так уж получилось, что они уже давно хранили некоторые тайны друг друга и хоть и не считали себя подружками – не разлей вода, были близкими людьми.

– Я сейчас читаю очередную книгу о самосовершенствовании. Полезная, кстати, книга. В ней пишут о том, что человек должен найти какую-то точку отсчёта, что-то, от чего можно оттолкнуться перед тем, как ступить на путь самосовершенствования и самодисциплины. Чтобы те изменения, которые будут в тебе происходить, были для тебя заметны. Чтобы ты могла сравнивать и оценивать, как далеко ты продвинулась к своей конечной цели. И вот что я подумала, – Вера, уже с треть-

им бокалом вина в руках, наклонилась к Свете через стол. – Ты зря не сфотографировала ту фанатку ЦСКА!

– Зойку-разлучницу?

– Зойку. И не разлучницу, – тут Вера подняла указательный палец вверх, – а Зойку-освободительницу! Сейчас, когда прошло уже несколько лет после того, как твоего жениха увела заезжая футбольная болельщица, ты уже должна трезво взглянуть на всю эту ситуацию! Зойка тебя спасла от чудовищной ошибки, она освободила тебя от изверга! Посуди сама – ведь только изверг мог сказать своей невесте в День Святого Валентина, что он уезжает с другой в Москву!