Айгуль Малахова – За стеной (страница 1)
Айгуль Малахова
За стеной
ПРОЛОГ
Мужчина подходил медленно. На лице его было в точности такое выражение, какое бывает у охотника, приближающегося к добыче.
–– Давай поговорим, – вкрадчиво произнёс он, – никто не собирается запирать тебя в лаборатории, как подопытную крысу. Да и как закроешь? Сама подумай, возможно ли это? Будешь сотрудничать с нами по доброй воле и получишь очень, повторяю, ОЧЕНЬ хорошие деньги. Столько, сколько тебе и не снилось. Подумай!
Патока приторно сочилась в его голосе, а интуиция уже кричала: не верь ни единому слову! Он лжец и предатель! Мужчина сделал ещё шаг по направлению ко мне и протянул руку, пытаясь погладить моё плечо. Я повернулась и с силой ударилась о стену. Ни сгруппироваться, ни сообразить что-либо не успела. Лишь услышала сзади крик:
–– Нет!!!Стой!!! – Пальцы вцепились в мою плоть, ногти больно царапнули по плечу…
…Наверное, я потеряла сознание, потому что очнулась от холода. Вокруг, насколько хватало взгляда, был заснеженный лес. Я поднялась, огляделась, пытаясь сообразить, где нахожусь. Только тут, почувствовав острые щипки мороза, осознала, что стою по колено в сугробе. Из одежды – всего лишь майка и спортивные брюки, на ногах – кроссовки. Понимая, что замерзну насмерть, если не начну двигаться, я с трудом зашагала наугад, проваливаясь в глубокие сугробы, благо снег был мягкий и рыхлый. За короткое время обнаженные руки сначала покраснели, потом начали отдавать синевой. Я упорно продолжала двигаться вперёд, стараясь не обращать внимания на уколы мороза, становящиеся все более злыми.
И, вдруг, о чудо! Увидела очищенную от снега дорогу. Она была пустынна.
Странным образом, это обстоятельство не обрадовало, показалось совсем малозначащим. Все теперь чудилось второстепенным. И даже холод исчез, уступив место столь желанному теплу, которое мягким одеялом укутало тело. Захотелось спать.
Нельзя! Отчаянно сигнализировал мозг, пытаясь пробудить меня, но глаза уже закрывались. Я вздремну совсем немного, только прикрою веки…
ГЛАВА 1
Вспышка. Яркий свет вынырнул из кромешной темноты, ослепив меня. Я зажмурилась, застонала. Попыталась открыть глаза. Кто-то посветил фонариком в глаз, именно эта вспышка вернула меня к реальности. Силуэты людей в белых халатах расплывались. Сморгнув слезу, застилающую обзор, я широко распахнула глаза. Размытые силуэты обрели чёткие очертания. Надо мной, внимательно разглядывая, возвышались мужчина и женщина в белых халатах.
–– Здравствуйте. Меня зовут Софья Ивановна. Это Илья Сергеевич, – улыбнулась миловидная женщина доктор.
–– А как ваше имя? – Мягко спросила она.
Я кивнула, разлепила губы, чтобы назвать свое имя и… Так и осталась с раскрытым ртом. Потому что в голове вместо внятных мыслей, оказалась пустота. Имя, казалось, только что вертевшееся на языке, выскочило из памяти. Мало того, я вдруг с ужасом поняла, что не помню О СЕБЕ НИЧЕГО. Ни, кто я, ни, где живу, ни-че-го. Память была девственно чиста, как только что выпавший снег. Сугробы, заснеженный лес…
Картинка из памяти сменилась чернотой. Любые попытки вызвать хоть какие-то воспоминания, заканчивались приступом раздражения и почему-то тошноты. Твердая уверенность была лишь в том, что я – женщина, все остальные знания растворились в бездонной чёрной пустоте.
–– Не помню, – прошептала я, с ужасом переводя глаза с одного врача на другого, – не знаю…
–– Успокойтесь, пожалуйста, – мужчина, Илья Сергеевич, взял меня за руку, бережно, словно прикасался к чему-то очень хрупкому, – вы обязательно вспомните все. Надо только успокоиться. Вы находитесь в больнице, в городе Доброславле. Может быть, название города о чем-то говорит? Какой сейчас год, вы помните?
–– Нет, ничего… Совсем ничего не помню, – прошептала, всё больше погружаясь в паническое состояние, – ни о своём прошлом, ни о настоящем. Кто я?!
–– Ну всё, всё. Илья Сергеевич как раз специалист по неврологии, – ласково проговорила Софья Ивановна, – вы обязательно все вспомните. Сейчас пятое февраля две тысячи двадцать первого года. Мы проведём полное обследование, вполне возможно, это лишь временная потеря памяти… Может быть, вследствие травмы. Сейчас известно лишь то, что вас нашли работники снегоуборочной машины на трассе возле Доброславля. Вы лежали на дороге без сознания в майке и брюках, документов никаких, телефона тоже. Скорее всего, вас выбросили из проезжающей машины. Место там довольно безлюдное и смерть от переохлаждения была бы вам гарантирована. Но накануне всю ночь шёл снег, а утром отправили снегоуборочную технику. На обратном пути в город они и наткнулись на вас.
Мы в буквальном смысле вытащили вас с того света. Хорошо ещё, что обморожений серьёзных нет. Вы – везунчик… Ещё каких-то полчаса и вернуть вас было бы невозможно. Так что радуйтесь пока тому, что остались живы, а память вернётся, не переживайте. Мы вас осмотрели, никаких следов насилия не нашли. Единственное – небольшие и совсем свежие царапины на правом плече. В крови никаких токсических веществ не обнаружено. Будем обследовать, насколько позволит наша больница… У нас все же не Москва, возможности довольно скромные… – Она вздохнула.
–– Отдыхайте, приходите в себя, – доброжелательно сказал Илья Сергеевич, поворачиваясь к двери и давая понять, что разговор подошёл к концу.
После ухода врачей, я закрыла глаза. Лежала, пытаясь сосредоточиться на воспоминаниях. Но сознание выдавало лишь одну картинку: заснеженный лес и глубокие сугробы. Память была девственно чиста, как записная книжка новенького телефона. Стоп. Телефон. Если я помню о том, что телефоны сейчас мобильные, значит, доктор права и все не так уж плохо.
Я лежала, стараясь расслабиться, но беспокойный мозг бесконечно искал какие-то зацепки, связывающие меня с прошлым. Помимо сугробов и деревьев, появилось воспоминание о том, как я шла по этому лесу. И на дорогу выбралась значительно позже. Значит, бросили меня не на трассе, как решила Софья Ивановна, а в глуши. Бросили умирать? Была в моих размышлениях какая-то неувязка и интуиция нашёптывала об этом. Не сейчас. Расслабься и отдыхай. Сон сковал потрясенный разум, и я отключилась.
… – Милая Аня. Вы не представляете, как вкусно получается! – Инна Валерьевна комично закатила глаза и причмокнула губами, представляя сейчас торт по рецепту, который сама же и описывала. Я молча кивала. Мы вышли из палаты прогуляться в больничный коридор. Даже сюда надо было выходить в масках. Мне уже рассказали о пандемии, охватившей мир и обо многом другом. Инна Валерьевна старалась вовсю, просвещая меня по всем жизненно важным вопросам. Сейчас я была вынуждена была битый час выслушивать о различных кулинарных шедеврах, которыми в изобилии владела моя соседка по палате.
Прошло уже две недели, с тех пор как я оказалась в больнице. Впервые добравшись до зеркала, я долго и жадно всматривалась в незнакомое лицо. Это был чужой облик и так непривычно было видеть отражение в зеркальной глади. Кто ты? Вновь и вновь задавалась я вопросом, пристально глядя на себя. Но в душе не отозвалась ни одна струна. Незнакомое лицо так и осталось чужим. Даже вызывало страх, граничащий с паникой.
Меня подвергли всем исследованиям, которые были доступны обычной провинциальной больнице. Обследования показали, что с моим организмом впору отправляться в космос, никаких патологий не выявлено. А память, между тем, была всё так же чиста, как в день обнаружения моего бренного тела на лесной дороге. И никаких предвестников того, что воспоминания вернутся, не появлялось.
Информацию передали в полицию, но никто меня пока не искал. Имя выбрала произвольно, чтобы можно было хоть как-то называть. Придумала: Анна Найдёнова…
С каждым прожитым днем, отчаяние всё глубже запускало ледяные щупальца в мою измученную душу. Мысли о том, что рискую остаться Аней Найдёновой без прошлого навсегда, терзали мозг изо дня в день. Из реанимации меня давно перевели в обычную палату, где находилась Инна Валерьевна, которая каждый день с удовольствием упражнялась в моем просвещении. Доктор, Илья Сергеевич часто вызывал меня в кабинет и подолгу беседовал. Показывал какие-то картинки, проводил бесконечные тесты…
–– Вы очень развиты! Интеллект у вас довольно высокий! – Удовлетворённо воскликнул он как-то раз, после очередного теста. – Странно, учитывая, что вы ничего не помните о своём прошлом… Такое ощущение, что вашу память выборочно обрезали, удалив только ту часть, в которой хранятся ваши личные воспоминания, оставив нетронутыми общие знания… Ретроградная амнезия. Травм у вас не выявили, но такое может случиться из-за сильного стресса.
…Так проходили дни, наполненные непонятной тревогой и ожиданием воспоминаний. Сидя в коридоре на кушетке, обтянутой дерматином, мы наблюдали за санитаркой, которая яростно тёрла пол шваброй с тряпкой. Вскоре увлекательное занятие – наблюдение за чужой работой, было прервано появлением её коллеги. Женщина подбежала запыхавшись, зачастила:
–– Тань, когда здесь закончишь, иди в гинекологию, там некому убирать. У меня отделение урологии и челюстно-лицевое в нагрузку.
–– Да что ж такое! – Зычно гаркнула дородная санитарка, от души треснув шваброй по полу. – Когда же они людей наберут! Совсем работать некому! Уволюсь к чертовой матери!